Хрестоматия по социологии физической культуры и спорта. Часть 2 - Владислав Столяров

В настоящее время представители спортивной этики, по-видимому, используют два различных подхода в своей аргументации. Первый подход состоит в том, чтобы призывать «быть честным», «быть в форме» («stay fit») или «не принимать анаболики». При этом принимается ложная предпосылка, что эти призывы приведут к соответствующим действиям или что сами по себе они изменят поведение. Второй подход исходит из предположения, что такие общие ценности, как здоровье, гуманность и самоопределение окажут воздействие на поведение в области спорта. Часто упускается из виду, что общие нормы не ведут с необходимостью к «правильным действиям».

В той мере, в какой мир, в котором мы живем, изменяется и становится более сложным, меняются и этические нормы. Условия и структура спорта сильно изменились за это столетие. Следовательно, включение в спорт необязательно приводит к саморазвитию или самоопределению спортсмена (как это когда – то предполагалось), особенно в спорте высших достижений, ибо главным фокусом здесь стал принцип успех/достижение, а не физическое, социальное и психическое развитие личности.

К. Бетте и У. Шиманк [Bette, Schimank, 1993] в своих рассуждениях о «биографической фиксации» поведения спортсменов в спорте высших достижений также приходят к выводу о том, что это поведение (например, существующую практику использования допинга) нельзя изменить моральными призывами. Например, в случае с допингом, как мы все хорошо знаем, эти призывы не работают. Напротив, спортсмены, которых призывали отказаться от применения допинга, не прекращали эту практику даже после нескольких наказаний (напр., Бен Джонсон, Кэтрин Краббе и др.). Это показывает, что принцип достижений и успеха любой ценой доминирует в их поведении. Поэтому, с точки зрения «биографической фиксации», спортсмены не прекратят употреблять допинг (те, кто его принимает) до тех пор, пока они ориентированы на достижение рекордов. «Святой (sane) мир спорта» не существует. Принцип победы любой ценой вызывает страх и неуверенность, и чтобы бороться с этими «эмоциями», «обманывают психику», принимая специальные психотропные препараты, которые предлагают тренеры, предписывают тренеры и доктора. Мы можем сделать вывод о том, что внешняя логика спорта высших достижений превалирует над призывами морали или педагогики. (…) «Fair play инициативы» и другие призывы к морали не могут справиться с кризисом в спорте высших достижений. (…)

Касательно новой спортивной этики. Нам нужна новая этика, которая создает основы для этической оценки специфической деятельности в конкретной ситуации. Г. Ленк [Lenk, 1985] в контексте этики спорта указывает на утилитаризм поведения («Handlungsutilitaismus»). Утилитарная этика требует, чтобы моральная оценка поведения основывалась в первую очередь на результатах деятельности, а не на предписаниях разума (как полагал Кант) или индивидуальных и социальных мотивах. Принцип этой этики состоит в том, /112/ чтобы получать «наибольшую пользу для большинства людей». Г. Ленк предлагает, чтобы в рамках спортивной этики моральная оценка поведения основывалась в первую очередь не на этических мотивах действия, а на реконструкции альтернативных возможностей действия. Эти альтернативы и определяют мотив свершения конкретного действия. Г. Ленк указывает четыре критерия для нравственной оценки действия: результаты действия; полезность действия (что хорошего в нём самом); соответствие этической теории (в данном случае теории утилитаризма); наибольшая польза для большинства людей (что является противовесом эгоцентризма).

Продолжая идеи Г. Ленка, я хотела бы пойти дальше и предложить, чтобы спортивная этика предугадывала действия, которые могли бы внести улучшение во все остальные действия в спорте. Структурный анализ спорта в обществе должен быть отправной точкой новой спортивной этики. Если структура спорта высших достижений с его чрезмерной ориентацией на победу и принципом «результат оправдывает средства» не изменится, существует мало надежды на изменение неэтичной практики в этом спорте. Если мы продолжаем осуждать спортсмена за его действия, мы лишь оправдываем существующую систему потребностей, скрываем реальные проблемы спорта. Значит, философы, социологи, педагоги и ученые всех областей спортивной науки должны совместно работать над созданием новой спортивной этики. Эта задача не может быть решена лишь одними философами спорта.

Детский спорт высоких достижений с педагогической точки зрения

Печатается с сокращениями по изданию: Grupe O. Hochleisungssport für Kinder aus pädagogischer Sicht // Kinder und Jugendliche im Leistungssport: Beitrage des Internationalen Interdisziplinaren Symposiums «KinderLeistungen» / Hrsg. Reinhard Daugs. – Schorndorf: Hofmann, 1998. – pp. 32–44. Переводчик: В. И. Столяров

О предмете дискуссии. (…) По поводу детского спорта высоких достижений Немецкий спортивный союз в 1983 г. принял программное заявление, которое называлось «Дети в большом спорте»[4] (…). /113/ В 1988 г. было принято постановление «Возможные нагрузки и тренировки в детском возрасте». Тот, кто ожидал, что оно прояснит основные позиции по этому вопросу, оказался разочарован. Возникали все новые дискуссии, порой очень бурные. (…) Пока не удается выявить обоснованной теоретической базы по этому важному для спорта вопросу. Кроме того, имеется мало научно-экспериментальных исследований, которые могли бы послужить базой для заключительного решения.

(…) Количество детей, по-настоящему занимающихся спортом высоких достижений, т. е. у которых происходит целенаправленное временное – исчисляемое годами – смещение на ранний срок систематических тренировок и соревнований, (…), не очень велико. Количество видов спорта, в которых это явление имеет место, также не велико; преимущественно речь идет о фигурном катании, художественной гимнастике, спортивной гимнастике и плавании. Но нельзя не заметить, что это проникает и в другие виды спорта, в которых, например, можно стать чемпионом Европы уже в детском возрасте. (…) Но если рассматривать вопрос о детском спорте высоких достижений в меньшей степени с количественной, а больше с педагогической точки зрения, и с учетом того, чего мы собственно хотим добиться от этого спорта, почему мы этого хотим, то даже при небольшом числе причастных к нему детей встают принципиальные педагогические вопросы: что означает для этих детей тот факт, что спланированный и организованный по условиям взрослых большой спорт переносится на детский возраст, т. е. на период до и во время полового созревания? Что для нас в этом важно, и каковы педагогические и физиолого-психологические критерии, позволяющие ответить на вопрос, полезна или вредна эта форма спорта для развития и воспитания ребенка? (…)

Детский спорт высоких достижений с педагогической точки зрения.

Как и многое другое в детском возрасте, (…) детский спорт высоких достижений возник не по педагогическим причинам. Он не был придуман с целью воспитания детей. Его основной интерес не носил педагогического характера; было бы замечательно, если бы это было так. Кубертен страстно желал этого: большой спорт либо будет носить педагогический характер, /114/ либо его не должно существовать, – так гласило его олимпийское кредо. Несмотря на то, что Парижский конгресс 1994 г., посвященный столетию олимпийского движения, вновь подтвердил приверженность этой педагогической направленности спорта высоких достижений, но одного взгляда на практику видно, что преимущественный ее интерес заключается в самосохранении системы этого спорта и в улучшении достигнутых в ней спортивных успехов и достижений. (…)

Для того, чтобы достигнуть оптимизации достижений, в некоторых видах спорта (не во всех), большой спорт с его структурами, организационными условиями, тренировочными нагрузками и требованиями к соревнованиям переносится на детский возраст. Это происходит по настоянию взрослых. Дети сами не додумались бы до того, чтобы подчиниться требованиям запланированной и ориентированной на долгосрочное достижение высоких спортивных результатов форме спорта и организовать свой дневной, недельный и годовой режим таким образом, как того требует систематическая подготовка к наивысшим спортивным результатам. Они этого вовсе не умеют. Это не исключает того, что детям доставляет радость достижение высоких результатов, участие в соревнованиях и упражнениях; они также с удовольствием ходят на тренировки. Но довести свои показатели до уровня выше среднего, удерживать их, планировать свое время на долгие годы вперед дети сами не могут; для этого необходимо действие широко разветвленной социальной сети, состоящей из родителей, тренеров, учителей, врачей, а иногда и психологов. (…)

Две противоположных позиции. (…) Подневольный труд или радость, страдание или желание, препятствие или поддержка детского развития характеризуют противоположные оценки. Например, говорилось о том, что необходимо отменить «детский труд», долой детский высокий спорт, который не позволяет детям оставаться детьми, который, по словам спортивного педагога из Гамбурга Конрада Пашена, подвергает «детей суперстрессу современных спортивных тренировок, нацеленных на высокие достижения». Детей лишают важнейшего опыта, нарушается их семейная жизнь, ограничиваются их социальные контакты, наносится вред их развитию. Из-за спорта высоких достижений создается угроза их физическому, умственному и душевному здоровью, из-за того, что «сеть опеки», /115/ в которую «безвыходно затягивается» ребенок, «становится все плотнее» «тоталитарная система, в которой нет двери», как утверждает голландский спортивный педагог Барт Крум. (…) И совершенно в противоположном духе высказываются сторонники детского спорта высоких достижений: в этом спорте дети могут получать стимулы и побуждения, формировать ценные для их жизни ориентации; при соответствующем руководстве это дает больше позитивного, чем если бы в спортивном плане вообще бы ничего не делалось; ребенок может (…) реализовать свое право на развитие своих талантов. Что касается выносливости и прежде всего координационных способностей детей, то их можно нагружать еще больше и хорошо тренировать; одностороннего психического развития можно избежать при правильном руководстве, при ответственном построении тренировок; при хорошем медицинском обслуживании не стоит также опасаться нанесения вреда физическому здоровью, а при хорошем социальном обслуживании – и душевному. Если и делаются некоторые оговорки относительно того, как сегодня строится детский спорт высоких достижений, то в принципе ему даются положительные оценки в плане воспитания и развития – только его нужно правильно, т. е. в «соответствии с детским характером», организовывать.