Экспресс в Рождество - Эльма Троу

мне взаимностью, хочу безнаказанно путешествовать, возвращаться домой к отцу и видеть хоть какое-то одобрение с его стороны».

– Многого хочешь, – прошептала она.

Внезапно раздался стук. Алиса дернулась от неожиданности. Она надела рюкзак и открыла дверь. Перед ней в длинном черном пальто и с черной шапкой на голове стоял Даниил. Шею он плотно замотал шарфом-треугольником с черными кисточками внизу. Волосы смешно выбивались из-под шапки.

«Нужно просто держать свои желания при себе», – подумала Алиса, чтобы хоть как-то завершить свои размышления.

– Ты уже собралась? – проговорил он, заглядывая внутрь. – Вот как выглядит купе «люкс»! Ты как будто в передвижной гостинице.

Алиса улыбнулась.

– Пойдем, – ответила она.

Ей было немного неловко говорить о купе. Тем более она купила билет из отложенных на квартиру денег.

«Отец будет меня презирать». – Лисс вышла из купе и закрыла дверь.

– Твоя семья не против того, что ты окажешься отдельно от них? – спросила она, смотря в пол.

Ей было неловко смотреть ему в глаза после вчерашнего. Ему, скорее всего, тоже, потому что взгляд Даниила блуждал из стороны в сторону.

Юноша пропустил ее вперед, и они пошли к выходу.

– Не против. Я буду с ними на связи, встретимся чуть позже, – ответил ей Даниил.

Все время, что они общались в переписках, он казался ей более робким. Однако в жизни юноша выглядел уверенным в себе. Как будто он ничего не боится. Как будто ничего не случилось. Его поцелуй и приветствие это подтверждали, но взгляд говорил иное.

«Противоречив, – сделала вывод Алиса. – Ты будто сам себя не понимаешь. Это все так усложняет. Ты меня не боишься, но смущенно опускаешь взгляд. Что происходит?»

Алиса чувствовала волнение. Еще раньше она договорилась сама с собой молчать о вчерашнем и стараться не показывать свои чувства, которые, возможно, Даниилу не нужны. Если он не чувствует того же, их общению конец.

«Зачем тогда вообще все это? Зачем было соглашаться на прогулку и волновать себя? Зачем было создавать себе искушение и мучиться от этого?» – спросила себя Лисс.

«Затем, что ты не ради него поехала, а ради путешествия, – ответила она себе. – Наслаждайся!»

Они вышли на залитый солнцем перрон, который находился поодаль от желтеющего в утреннем свете здания главного вокзала. Ярко-красная труба надземного перехода с зеленым полосками, как у леденца, тянулась над путями.

– Куда пойдем? – спросила Алиса Даниила, который осматривался по сторонам.

– Я предлагаю стать странниками, – сказал он с загадкой в голосе. – Отправимся за зовом сердца, куда глаза глядят.

Ей понравилась эта мысль. Приключение в реальной жизни, настоящее, волшебное и с тем, с кем ей хотелось его испытать.

Они поднялись по ступеням перехода. Алиса оглянулась на поезд, сверкающий в свете морозного утра. Пространство казалось невесомым, морозным и легким, как лапки снежинок. В воздухе стояла ледяная тишина, нарушаемая хрустом снега под ботинками. Мороз тер щеки докрасна. Алиса спрятала холодный нос в шарф.

Даниил шел, сложив руки в карманы. Шаги у него были широкие, поэтому Алисе пришлось идти быстрее. Он был рядом, но в то же время казался так далеко после вчерашнего. Алиса взобралась на бордюр и пошла по нему. Перед ними открылся вид на вокзал. Вдалеке виднелась темная линия лесополосы.

– Теперь я твоего роста, – произнесла Алиса, не сдерживая улыбки.

– Я представлял себе, что ты такая маленькая, – ответил он ей.

– И как проявлялась моя маленькость в тексте?

– Мне просто почему-то так казалось. У тебя всегда такие милые сообщения, – Даниил улыбнулся ей в ответ.

– То есть рост пропорционален милоте?

– Не всегда, но у тебя это сработало. А ты явно не думала, что я настолько тебя выше.

– Предположила, когда ты прислал свое фото перед Новым годом, – проговорила Алиса смущенно.

Нога соскользнула с бордюра, и девушка чуть не упала, размахивая руками в попытках поймать равновесие. Даниил поддержал Лисс под локоть.

– Осторожно, упадешь, – проговорил он.

Алиса почувствовала, как у нее поднимается температура от его прикосновения.

«Держи себя в руках и не показывай вида», – на мгновение она спрятала лицо в шарф.

Даниил тепло усмехнулся и достал из кармана черную бархатную капсулу с наушниками.

– Ну что, отправимся в приключение, Лисс? – спросил он, протягивая ей один.

Алиса кивнула и улыбнулась в ответ и, стараясь не касаться его, взяла наушник. Та связь, которая была между ними, казалась такой же прочной, как льды, сковавшие Волгу. Однако слой снега добавлял страх провалиться в полынью и обжечься ледяной водой. Сейчас рядом с Даней Алиса была готова рискнуть. Она зашла слишком далеко, чтобы повернуть назад. Заиграла песня All Is Soft Inside Авроры.

* * *

«Будь естественным, – думал Даниил, наблюдая за тем, как Лисс взобралась на бордюр, – Будь уверенным и держи себя в руках, пока не поймешь себя».

Молча они перешли на другую сторону. Теплый вокзал встретил их широкими арками стеклянных дверей. Пройдя просторные залы с креслами, которые были заняты ожидающими, Даниил и Лисс выбрались на оживленную улицу.

Музыка добавляла всему загадку. Хотелось поддаться ее потоку, идти по течению, бежать вслед за ветром, ловить за хвост яркие лучи солнца. Даниил взглянул на Алису и понял, что она чувствует то же самое.

На остановке они сели на ближайший троллейбус. Алиса смотрела по сторонам, словно старалась увидеть и запомнить как можно больше. Птица оригами расправила свои крылья. Волосы девушки выбивались из-под шапки и сверкали в свете солнца россыпью маленьких блесток. Лисс сделала легкий макияж, который подчеркивал лучшие черты ее лица. Яркие и живые глаза заиграли новыми красками под нежно-розовыми тенями. Губы казались влажными.

«Как держать себя в руках, когда рядом такая девушка?» – Даниил отвел взгляд, чтобы Лисс не догадалась, что он на нее пялится.

Ярославль показался ему очень разношерстным и странным городом.

«Сначала ты смотришь на изящные отреставрированные центры культуры, построенные в стиле кубизма, а затем наблюдаешь, как мимо проплывают умирающие хрущевки с полуразрушенными, плетенными бог знает из чего балконами», – думал Даниил.

В одном месте дома построены так близко, что можно перебрасываться солью с соседями через окно, а в другом, чтобы докинуть солонку, нужно очень постараться. Храмы и церкви почти на каждом шагу. Иногда очень странным образом они ютились прямо во дворах. Повсюду церковные лавки, трапезные, булочные при храмах.

Ближе к центру города в троллейбусе стало много пассажиров. Сейчас они стояли друг к другу вплотную. Даниил чувствовал, как Алиса дышит, как шевелятся ее плечи. Хрупкая девушка тонула в своем пальто и среди людей вокруг, как цветок, растущий среди скал. Она подняла взгляд, который