Женщины. Любовь коротко - Михаил Михайлович Жванецкий

приездами их так портят. Они сейчас только об этом и пишут.

– Ну, тогда он просто распишется.

– А если он что-то ещё начнёт?..

– Вырви!!!

– Хорошо… Граждане, дайте инвалиду без очереди на костыле… Молодой человек, вот Рая просит, чтобы вы ей что-то подписали.

Я пишу: «Раечка! Так звали мою маму… Будьте здоровы».

– Ну, тогда и мне что-то напишите… Мусе.

Я пишу: «Муся! Не доверяй Лёне! Пусть знает – я тебя любил, люблю и буду любить! Руки, руки мои тебя помнят. Сердце, сердце ноет! Пусть его утешает, что мы редко видимся. Спасибо за сегодняшнюю встречу. Целую тебя, Мусенька, твой…»

– Рая!!! Ты видела, что он написал?! Его руки меня помнят. Как тебе нравится?.. Может, действительно… Я в 68-м году была в Ялте… Может, это был он, я не помню… Пусть эта записка полежит пока утебя…

– Что значит «пока»?

– Я хочу его жене показать.

– Эй, девочки! – закричал я, но было уже поздно.

На морвокзале

В Одессе на морвокзале.

Толпа провожает или встречает.

Полная женщина в американской одежде на русское тело.

И вдруг она подскочила ко мне, будто вырвалась:

– Вы знаменитый юморист?

– Нет.

Она тут же бросилась к своим.

– Он говорит – нет.

Они ей что-то тихо сказали.

Она подскочила:

– Они говорят, вы – известный юморист.

– А я говорю – нет.

Она бросилась к ним с криком:

– Он говорит – нет. Он говорит – нет. Что вы мне голову морочите?

Они ей что-то тихо сказали.

– Кто-то из вас меня обманывает. Я из Америки. Вы – не известный юморист?

– Нет.

– А они говорят – да. Постойте тут.

– У меня нет времени.

– Постойте две минуты.

– Он говорит – он не известный юморист.

Они ей что-то тихо сказали.

– Так вы – известный юморист? Вы мне скажите: да или нет?

– Я не знаю.

– Он не знает. Если он не знает, откуда вы знаете… Они такое придумают, лишь бы деньги заработать. Могут любого назвать или знаменитым, или юмористом. Когда у них нет воды ни горячей, ни холодной, и неизвестно, когда будет, извините меня, пожалуйста. Я живу в Лас-Вегасе, я их спрашиваю – где Одесса? Они говорят – здесь! Я им говорю – нет. Где вода? Где свет? Где скумбрия?

– Мадам, – сказал я. – С чем вы сравниваете? Одессу надо сравнивать с Одессой. А вы с чем сравниваете? Вы КГБ помните? Идите быстрее.

– Всё! Я знаю, кто он. Как я догадалась. Быстро грузите вещи!.. Нет! Сначала меня. Чёрт с ними, с вещами… Лучше я буду на борту, а вы будете кричать с причала, так легче разговаривать.

– КГБ может снять с парохода, – шепнул я.

– Всё! Я поняла. Мне всё понравилось в Одессе. Сказочный город. Америка – дыра! А эти казино, эта эксплуатация человека человеком! Маркс был прав… Не надо вносить вещи – кидайте вещи на борт… Я в восторге от Одессы! Не загораживайте трап! Я гражданка Америки, чтоб она горела, и я хочу домой!

У окулиста

Пожилая одесская женщина у окулиста, прикрыв один глаз:

– Какая это шесть? Это же восемь!

Врач:

– Дальше…

Она:

– Дальше не будет. Вы скажите, я права?

Врач:

– Нет.

Она:

– Вы хотите сказать, что она шесть?

Врач:

– Да!

Она:

– Нет! Это не шесть. (Всматривается.) Ну, может быть, семь. Но я говорю – восемь. И не спорьте – я спешу.

Врач:

– Эта?

Она:

– Это буква?

Врач:

– Да. Какая это буква?

Она:

– Что?

Врач:

– Вы не видите?

Она:

– Я всё вижу. Я не слышу.

Врач:

– Какая это буква?

Она:

– «Ку»! Как, не похожа? Значит, «Бэ»… Что? Кто? Где? Вот это «Жэ»? Никогда… Доктор! Я сейчас встану, и вам будет стыдно. Идите, сядьте на моё место. Я встаю.

Врач:

– Сидеть!

Она:

– Вот это «Мэ»? Это «Ку», вот это что. Вы меня не убедили. Я остаюсь при своём мнении. Это «Ку». Вот хвостик, вот ножки… У вас есть другие буквы?.. Я прекрасно вижу и таблицу, и вас, и все эти ваши штучки. Со мной у вас не пройдёт. Вот вы тычете в «Нэ». Это «Нэ».

Врач:

– Вот «Н», а я показывал на «П».

Она:

– Так покажите на «Нэ», какие проблемы! Всё! Держите там палку, прикройте левый глаз, я иду к вам.

Врач:

– Сидеть! Вы сдаёте на права!

Она:

– Вот! А вы говорите, не права! Я всегда права, доктор.

Врач:

– Да. Идите.

Она:

– «Ку» есть «Ку» – и всё!

Прохожая

Прохожая обратилась ко мне на улице в Одессе: «Вот, сволочь, эти туфли нельзя носить. Клянусь, я их верну, и со скандалом! Она ещё меня вспомнит!» Я сказал: «Стоит ли из-за этой стервы так переживать?» Она сказала: «Чтоб у неё столько волос выпало, сколько она мне неприятностей сделала! Представляете? А я ей – не могу». Я сказал: «Ну вы же порядочный человек». Она сказала: «А вы разве меня знаете?» Я сказал: «Нет». Она сказала: «И я вас не знаю. Идите себе. Что это за манеры такие!»

Нарьян-Мар

– А где вы, девушка, живёте?

– В Нарьян-Маре.

– А где ваши родители?

– В Нарьян-Маре.

– А чем они занимаются?

– Они в Нарьян-Маре.

– А как они живут?

– Как все в Нарьян-Маре.

– А не хотели бы затеять какое-то дело?

– Нет. Они же в Нарьян-Маре.

– И что будет?

– А что может быть в Нарьян-Маре?

– Ну, может быть, учиться пойти?

– Где? В Нарьян-Маре?

– Ну, уехать, в конце концов.

– Из Нарьян-Мара???

– Ну, а что же там сидеть?

– А где сидеть?

– Ну, за границей.

– А кто же будет сидеть в Нарьян-Маре?

– Ну, значит, надо там жизнь налаживать.

– Где, в Нарьян-Маре?

– В Нарьян-Маре, а где же ещё.

– Откуда я знаю, где ещё? Мы ж в Нарьян-Маре.

– Ну и возьмитесь. Выберите толкового мэра.

– Где, в Нарьян-Маре?

– Да. А что тут странного?

– Да ничего.

– И начинайте жизнь. В Нарьян-Маре. А чего плакаться. Соберитесь, договоритесь, наладьте, и будет жизнь.

– В Нарьян-Маре?

– Там, там, а где ж ещё. Там же хоть что-то интересное есть?

– Это же Нарьян-Мар!

– Значит, так и будете жить?

– А как ещё жить в Нарьян-Маре?

Баба-яга

Звонок в 6 утра. Я снимаю трубку.

– Позовите, пожалуйста, Бабу-ягу.

– Чего? Кого? Какого дьявола?..

– Нет-нет, дьявола не нужно, именно Бабу-ягу.

– Это кто звонит?

– Это Баба-яга? Это мама одного нехорошего мальчика.

– Какая мама? Какого мальчика?

– Баба-яга, у меня мальчик балуется. Звать Сёмочка. Баба-яга…

– Какая я тебе