Герои Шести Цветов Том 2 - Ишио Ямагато

— Что ты собираешься делать, Чамо?

— Чамо не нужна помощь бабули. Чамо справится сама.

Мора смотрела, как Джума покидают барьер Вечного Цветка. Но стоило ей подумать, что Джума присоединятся к сражению с Кьема, как Джума вытащили кролика из его норы. Они ловили белок и диких мышей одних за другими, пихали себе в рты, а потом вернулись к Чамо.

— Хорошо! Вы все молодцы, — сказала Чамо, погладив своих питомцев по головам. А потом она откусила от дикого животного. Все вокруг ее рта окрасилось в ярко-красный цвет, она глотала каждое животное, добавляя их к содержимому своего живота.

— …Не понимаю.

Что бы они ни пыталась сделать, Мора не понимала этого. Но, видимо, понять себя могла только Чамо, так что Мора решила оставить ее в покое.

Тем временем, новость о нападении Ханса и Голдофа распространялась среди Кьема. Гора шевелилась из-за их активности, она могла слышать голоса тех Кьема, что могли говорить.

— Они начали двигаться.

— …Они собираются сбежать?

— Нет, двигаются только двое.

Мора могла понять стратегию врага, услышав их, потому она продолжила прислушиваться к их разговору. Многое могло случиться, а потому этой ночью она не могла себе позволить быть беспечной.

— Но что же насчет Тгунея? — пробормотала под нос Мора.

Снова и снова она оглядывала гору вторым зрением. Но Тгунея нигде не было. Не было и признаков того, что Кьема исполняют его приказы.

«Где же ты? И что задумал?»

— Не дайте им сбежать.

— Врага лишь два. Только Ханс и Голдоф.

Имя Тгунея так и не появилось в словах Кьема.

Вряд ли при нынешних обстоятельствах он не оставил им ловушки. Тгуней точно собирался действовать. Может, он просто заканчивал приготовления к атаке.

А потом к Море подошла Ролония.

— Мора-сан. Прости, я ненадолго, — сказала Ролония, схватилась за бронированный кулак Моры и несколько раз лизнула его.

Ее внезапное появление ошеломило Мору, но потом Ролония замерла и сказала:.

— Я поняла! — и вернулась в пещеру.

«Что они там творят?» — подумала Мора, склонив голову на бок.

— В чем дело? — спросил Адлет, когда Ролония вернулась в пещеру.

— На перчатке Моры тоже оставалась кровь Тгунея.

— И что ты узнала? — спросила Фреми.

— В крови Тгунея осталась кровь Святой. Я почувствовала это, лизнув.

— Ясно…

Значит, яд все же был в его теле. Возможность того, что Гвоздь Святых не попал по нему, исчезла.

— Ролония. Ты можешь определить строение тела Тгунея по вкусу его крови?

— Да, по большей части.

— В его теле есть ядро?

— Да. После анализа его крови я в этом уверена.

— Сколько?

— Только одно.

Адлет нахмурился.

— К сожалению, я не знаю, почему не сработала кровь Святых… Ад-кун, прости. Я пыталась помочь, но…

Плечи Ролонии опустились.

— О чем ты говоришь? Осталось совсем немного, чтобы раскрыть эту загадку. И я не вижу причины, по которой самый сильный человек в мире не сможет решить этот вопрос со всей собранной информацией.

Конечно, он блефовал. Вообще-то, Адлет был встревожен. Он был благодарен Ролонии за анализ, но все еще не мог найти ответ.

У Адлета было много теорий. Например, был среди Кьема тип, что называли разделителями. Она могли разделять свое тело на части и создавать новое. Если Тгуней был таким Кьема, то он мог создать из своего тела насколько других. А потом он мог бы спрятать основное тело, в котором было ядро, а напасть в теле без ядра. Такая теория объясняла, почему на нем не сработала кровь Святых. Если в его теле не было ядра, то яд и не попал в него.

Но анализ Ролонии разбил эту теорию. В теле Тугнея было ядро. Да и не был он разделителем.

Эта теория была бессмысленной с самого начала. Другие тела, создаваемые такими Кьема, были лишь творениями, что походили на животных или паразитов. Вряд ли такое тело могло содержать столько силы, сколько было у Тгунея.

Была и другая теория: Тгуней состоял из многих живых Кьема, а притворялся одним. Его голова, ядро, руки, ноги… каждая часть была разной, была независимым Кьема. Тогда Гвоздь Святых убил только одного из них. А голова и остальные части выжили. Но и эта теория не совпадала с анализом Ролонии. Тгуней был смесью Кьема, но ядро было одно. Так что Адлету пришлось отказаться и от этой теории.

Была и другая мысль, анализ Ролонии мог быть ошибочным. Но он сомневался, что такая робкая девушка может сказать что-то, в чем не будет уверена, а потому он мог верить ее анализу.

— Он не распределитель и не состоит из отдельных Кьема, Адлет. Есть еще догадки? — спросила Фреми. Казалось, что она думает о том же.

Адлет покачал головой.

— Я понимаю все меньше и меньше. Если анализ Ролонии верен, то у Тгунея нет способности скрывать что-то, — добавила Фреми.

— П-простите, — сказала Ролония.

«Тебе не нужно извиняться», — подумал Адлет.

— Ролония, я хочу, чтобы ты ненадолго вышла.

— А?

Внезапная просьба Фреми смутила Ролонию и Адлета.

— Быстрее.

— Л-ладно. Я выйду. Простите, — сказала Ролония и быстро покинула пещеру.

Фреми следила за ней и продолжала смотреть в сторону входа, чтобы убедиться, что она уже не слышит.

— Что за спешка, Фреми?

— Ты веришь словма Ролонии? — Фреми уставилась на Адлета.

— Конечно. Это ключ к пониманию Тгунея.

— Седьмой будет пытаться защитить Тгунея. Ты тоже об этом говорил. Может, Ролония пытается сбить тебя с пути.

— Нет причин так думать.

— Я говорю о такой возможности.

— И я обдумаю это. Но пока не доказано, что Ролония — враг, ты можешь ей верить.

— Ты так беспечен, — закричала Фреми. Она увидела, что Ролония заглядывает в пещеру, и жестом прогнала ее. — Будь осторожнее. Берегись каждого. Рано или поздно тебя обманут или убьют, если ты не изменишься.

— Если седьмой придет за мной, то этого от меня и будет ожидать. Но я — сильнейший человек в мире.

Злость и немного печали проявилось на лице Фреми. Но у Адлета не было догадок, о чем она думает.

— Ты не самый сильный в мире.

— …Что ты сказала?

— Ты даже слабее меня. Нет, ты самый слабый из семи. Ты слишком высокого о себе мнения, знай свое место.

Он сам должен был верить, что он — сильнейший. В этом Адлет был убежден. Если он перестанет верить в себя, то больше и Адлетом не будет.

— Я — самый сильный в мире. Я точно убью Маджина. И я не боюсь седьмого. Ты, остальные, все. Я всех защищу.

Фреми ничего не сказала. Он просто печально покачала головой.

— Я тебе тоже хочу кое-что сказать. Верь хоть немного товарищам. Ты ведь их считаешь врагами, — продолжил Адлет.