Герои Шести Цветов Том 2 - Ишио Ямагато

Ханс и Чамо явно не понимали слов Фреми.

— Яд из крови Святых заряжен божественной силой, это отличает его от других ядов. И когда яд из крови Святой попадает в Кьема, то тут же достигает его ядра. Каким бы ни было его тело, Кьема не может от этого защититься. Как только яд попадет в ядро, противостоять ему невозможно.

— Значит…

— Кровь Святых, как яд, эффективна для любых Кьема.

— …Нья? Разве это не невероятно? — спросил Ханс, наконец, осознав силу крови.

— Даже я использую техники, что вводят кровь Святой в тело Кьема, — сказала Ролония. — Атро-сан говорил, что это отлично на них работает.

— Адлет. Кто этот Атро Спайкер? Откуда он знает эти техники? — спросила Мора.

Адлет склонил голову на бок.

— Прости, но я не знаю. Мой наставник был из тех, кто не говорит о прошлом.

— Чамо плевать на странное оружие. Чамо не знает этого Атро, — скучающим голосом сказала Чамо. — Чамо более или менее поняла, что это круто. Но яд же не сработал на Тгунее? Значит, он уже не нужен. Чамо убьет Тгунея. Чамо порежет его на куски и съест. Чамо скормит его своим питомцам в животике.

— Ты не поняла, Чамо? Атака, что сработала бы точно, не убила его, — сказал Адлет.

— И что теперь?

— Если твои Джума порвут его на куски, умрет ли Тгуней? Умрет ли он, если Ролония выпустит из него всю кровь? А если Голдоф или Ханс порежут его, или Мора разобьет его, или Фреми изрешетит пулями, умрет ли Тгуней? У нас нет доказательств, что хоть что-то из этого сработает.

— Чамо не знает. Чамо просто будет его избивать.

— Нам нужно убить Тгунея. И чтобы сделать это, нам нужно понять его тайну.

Адлет сбил Чамо вопросами, и Мора подумала:

«Плохо дело. Настроение Чамо становится все хуже, она может выйти из себя».

— …Так что нам делать?

Несмотря на ожидания Моры, Чамо сдалась.

— Я раскрою тайну Тгунея и пойму, как убить его. А вы думайте, как будете его бить. И как справиться с серебряным порошком.

— Понятно. В этот раз Чамо попытается думать, а потом делать.

Послушание Чамо удивило Мору. Даже Чамо могла взрослеть. Конечно, лишь немного, но она все равно повзрослела.

— Но мы еще не все решили. Даже если ты раскроешь тайну Тгунея, мы так и не нашли седьмого, — сказала Фреми.

— Думаю, если мы загоним Тгунея в угол, седьмой себя проявит.

— О чем ты?

— Седьмой и Тгуней явно связаны. По крайней мере, они оба наши враги и союзники Кьема. Так что для седьмого будет ударом, если мы убьем Тгунея. А потому я думаю, что если Тгуней начнет проигрывать, седьмой встанет на его защиту.

— Ясно. Вместо того чтобы ждать действий седьмого, нужно создать ситуацию, когда ему придется действовать, — сказала Мора.

— А если седьмой не станет действовать, когда мы припрем к стенке Тгунея?

— Тогда мы убьем Тгунея. Уничтожить его важнее, чем найти седьмого, это будет большей победой.

— А еще лучше справиться с обеими проблемами, нья, — кивнул Ханс.

— Все это слишком опасно. Хотелось бы знать, что Тгуней или седьмой будут делать, — сказала Ролония.

— Наставник говорил мне, что хуже всего, когда кто-то решает делать все самостоятельно, и когда делает что-то неискренне. Он рассказывал, что сталкивался с таким. И, по его мнению, идти навстречу опасности, вообще-то, не так опасно. Так что мы уничтожим Тгунея всеми силами. Это лучший вариант для нас в данный момент.

Ролония побледнела сильнее, услышав это.

— Спокойно. Я же самый сильный человек в мире.

— Ты опять об этом, нья? — сказал Ханс, словно ему уже надоело слышать эту фразу.

— Я понимаю, что это значит, и верю в это. Ад-кун — сильнейший в мире, — согласилась Ролония, кивнув.

Казалось, что с планом Адлета все согласны, и Мора была рада, что Адлет решил убить Тгунея любой ценой. Убийство Тгунея помогло бы ее дочери. Тгунея нужно было убить.

— Есть одно предложение, — сказала Мора, подняв руку.

— Какое?

— У меня есть план. Техника, которую я годами готовила для того дня, когда убью Тгунея. Думаю, пора ее использовать. А вы как считаете?

— Что это за техника?

— Я покрою всю гору внезапным барьером, и это поймает Тгунея в пространстве горы. Это может отрезать его от помощников, да еще и помешает ему сбежать. Я могу сделать это лишь один раз, но попытаться стоит.

Глаза Ролонии расширились, когда она услышала план Моры.

— Подождите, Мора-сан. Барьер опасен.

— Я хочу рискнуть. Адлет говорил о том же.

Не в силах возразить, Ролония замолчала.

— Ты можешь держать этот барьер долго?

— Нет, около шести часов. Но этого должно хватить, чтобы убить Тгунея.

— Понимаю. Сделай это, — сказал Адлет без колебаний.

— Как только Тгуней покажет себя, я тут же могу призвать барьер. Адлет, ты решишь, когда барьер активировать.

Адлет кивнул.

— Хорошо, мы решили с планом. Я раскрываю тайну Тгунея. И когда я пойму, почему не сработал Гвоздь Святых, я пойму, как его убить. Фреми мне поможет.

— …Поняла.

— Ханс и Голдоф, на вас Кьема на горе. Нам нужно немного уменьшить их количество. Вы сможете?

— Конечно, нья. Даже меня хватит, — рассмеялся Ханс, а Голдоф хоть и не ответил, но выглядел готовым сделать это.

— Мора, используй свое второе зрение, чтобы видеть всю гору. Если будет что-то странное, то тут же говори нам. И помогай Хансу и Голдофу.

— Поняла.

— Чамо, думай, как обезвредить серебряную пыль. Если я не смогу раскрыть загадку Тгунея, ты и твои Джума станут нашими основными силами. Не сдавайся.

— Конечно. Это и тебя касается.

— Эмм… а мне что делать? — Ролония подняла руку, но Адлет не сразу нашелся с ответом.

— Ролония — Святая Свежей Крови. Она должна помочь, когда дело дойдет до крови. Думаю, она будет полезной, — сказала Мора, и Адлет кивнул.

Когда с инструкциями было покончено, товарищи начали их исполнять. Но Адлет призвал их остановиться.

— Я еще кое-что хочу сказать. Седьмому среди нас, — Адлет посмотрел на товарищей и продолжил. — Если ты хочешь уничтожить нас, то сначала попробуй убить меня. И тебе не повезет, если ты не сможешь сделать это быстро.

Никто не ответил, все вокруг заполняла тишина.

— Если хочешь сказать что-то впечатляющее, то не стоит. Это не круто, — верно угадала Чамо.

Мора и Ханс внезапно рассмеялись. Ролония опустила взгляд и прикрыла рот, Фреми отвернулась. Даже Голдоф, казалось, едва заметно улыбнулся.

«Впервые мы смеялись все вместе», — подумала Мора. Короткий миг она чувствовала между ними единение.

Адлет был нужным человеком. Он мог сделать себя посмешищем, чтобы остальные товарищи могли расслабиться.