В тени Алтополиса - Артем Юрьевич Углов

крыльцо в густую тень. Дело сделано, теперь можно уходить. Спрятав блокнот с пометками в карман, я поднялся. Пробрался к противоположному краю крыши, и цепляясь за выступы принялся спускаться. Из-за ночного холода пальцы плохо слушались, то и дело норовя соскользнуть. Хвала небесам, земля оказалась близко.

Спрыгнув на твердую поверхность, я по привычке осмотрелся. В дальнем проулке мелькнула тень – слишком маленькая для кошки и вполне подходящая для евражки. Степные грызуны давно облюбовали городские помойки, копошась в мусоре наравне с крысами. Они даже в спячку не впадали, нарушая заложенный природой цикл. Дед Пахом утверждал, что мясо в городских сусликах порченное, потому и ловить их нельзя, если только не хочешь промаяться с животом или того хуже, подцепить какую-нибудь заразу. Другое дело их дикий собрат, живущий в степи и питающийся чистым зерном.

Хлюпая грязью, я выбрался на улицу адмирала. Света кругом хватало, как и причудливых теней. Они двигались - плясали, словно отыгрывая роли в неведомом спектакле. Вон та напоминала безголового великана, другая - дракона или птицу с уродливо раздувшейся головой, а вон те три – стриг, спешащих вниз по улице.

Я стоял и разглядывал трепещущие тени, не в силах заставить себя пошевелиться. Казалось, что может быть проще – вернуться в тепло, набить пузо и улечься спать на поскрипывающую раскладушку. Но я не мог… я чувствовал, что здесь что-то не так.

В памяти всплыл образ поднимающегося по ступенькам крыльца респектабельного господина. Неужели он незаметно покинул заведение и отправился гулять по округе? С какой целью? Наслаждаться красотами трущоб будучи одетым в дорогое пальто? Сильно сомневаюсь… Про таких обычно говорят: на такси приехал – на такси и уехал. Но в том-то и дело, что никакого такси не было. Номера подъезжавших к бару машин я фиксировал, и не в одну из них господин «У» не садился. Тогда что остается?

Темный закоулок подсказывал один из вариантов ответа. Что-то нехорошее там случилось… Чуйка буквально вопила об этом, но я всё же решился: пересек улицу и нырнул в пахнущую сыростью темноту.

Проход между домами оказался слишком узким даже для ребенка. Куртка шуршала, то и дело касаясь стен, но я шел и шел, до тех самых пор, пока не уперся в забор. Проволочная сетка лязгнула под весом тела – прогнулась, но дальше не пустила. Неужели тупик? Тогда что все это время здесь делали стриги? Стояли рядком, прижавшись друг к дружке? Сильно сомневаюсь…

Присев на корточки, я принялся шарить в темноте. Сослепу напоролся на конец торчащей проволоки. Ойкнул больше от неожиданности, чем от боли. Поднес саднящую ладонь ко рту, почувствовав тяжелый привкус крови. Пустяки – всего лишь царапина. Куда больше меня заинтересовала дыра, проделанная в заборе. Острые края сетки торчали в разные стороны, открывая приличных размеров лаз. Здесь и взрослый легко проберется, чего уж говорить про пацана. Недолго думая, я пригнулся и оказался по ту сторону забора - на небольшом пяточке, окруженном сплошными стенами.

Над дверью с надписью «вход для персонала», мигала тусклая лампочка. Она была здесь единственным источником света, вполне достаточным, чтобы разглядеть усыпанную бычками землю, груду деревянных ящиков, и остроносые ботинки. Я не сразу сообразил, что торчавшая из мусора обувь валялась не сама по себе. Она… она была…

В дрожащем полусумраке удалось разглядеть силуэт человека. Полы дорогого пальто были распахнуты, демонстрируя пиджак с золотистыми пуговицами и выбившийся наружу красный галстук. Мне пришлось сделать шаг в сторону, чтобы разглядеть бледное лицо человека. Это был он – бесследно испарившийся господин «У», столь важно вышедший из такси, а нынче валяющийся в грязи наравне с мусором. Он был один, такой беспомощный и безмолвный.

- Эй, как вы там? – прошептал я в полной уверенности, что не услышу ответа. Потому сильно удивился, разобрав едва слышный стон. – В-вы живы?

Вместо ответа господин дернул прижатой к боку ладонью. На некогда белоснежной рубашке проступило чернильное пятно. Незнакомец словно стеснялся этого беспорядка, пытался прикрыть рукой, цепляясь скрюченными пальцами за ткань.

- Вы ранены?

Я сделал шаг и вздрогнул от неожиданности. Чужой взгляд был направлен в мою сторону. На удивление ясный для лежащего на заднем дворе человека, да еще и с дыркой в боку.

- Помоги.

Он мог бы выбрать тысячу других слов, включающих мольбу, посулы или даже проклятия. Но именно это единственное подействовало на меня сильнее всего. Простая просьба попавшего в беду человека. От былых сомнений не осталось и следа.

- Я сейчас, я мигом... Бар рядом - я сбегаю.

- Не нужно в бар, - остановил он меня. - Позвони по номеру: восемьдесят семь – восемьсот - двести двенадцать… Назови адрес и скажи… Ортега в беде.

Лицо незнакомца исказила гримаса боли. Говорил он тихо – почти шепотом, но я смог разобрать каждое слово. Может дело в ночи, а может в четырех стенах, окруживших узкое пространство на манер колодца.

Губы мои зашевелились, повторяя услышанную комбинацию.

- Ты сделаешь это?

- Не извольте беспокоится, я мигом.

- Позвони по телефону… скажи…

Мужчина продолжал бормотать, но я уже не слушал его. Развернулся и нырнул обратно в пропахший сыростью проулок.

Этому Ортеге сказочно повезло. Улица адмирала Калюжного была центром сосредоточения государственных учреждений, включая отделение почты, банка и единственного на весь поселок телеграфа. Всего-то и требовалось, что пробежать четыре дома, оказавшись перед зданием, похожим на дворец. Величественного блеска зданию придавала мраморная лестница вместе с высоченными колоннами и башенками шпилями, расставленными по периметру.

Исходящий из больших окон свет заливал улицу. Он был настолько ярким, что я сослепу споткнулся об бордюр. Упал на землю, но тут же вскочил. Вихрем взлетел