Когда заплачет розовый фламинго - Ольга Геннадьевна Володарская

– Нет, это обычные фламинго, – ответил ей художник. – В зоопарке с натуры писал. – Он снял картину с подставки. – А кто такая эта Ансуаза?

Лиза решила не пересказывать легенду о влюбленной богине: главное, ее знал Марк, и он оценит ее приобретение!

– Сколько ты отдала за это? – со вздохом спросил он.

– Копейки.

– Тебя послушать, так все тебе чуть ли не даром достается. Только я знаю, сколько дерут за свои работы уличные художники…

– Я отдала за нее пятьдесят долларов, – вдвое уменьшила сумму Лиза.

– С ума сошла? Мы бы на эти деньги дров накупили на всю зиму!

– Мы будем тут зимовать?

– Ты же сама отказалась жить с моими родителями.

– Да, но можно снять квартиру…

– Как накоплю денег, сразу сделаем это. Чтобы в приличную заехать, а не клоповник.

Да, Лиза решила не возвращаться в Москву! Она не могла оторвать себя от Марка. Каждый день говорила: «Завтра улечу», – но наступало завтра, и находилось множество причин для того, чтобы отсрочить отъезд. «Пока родители в Израиле, можно оставаться», – говорила себе Лиза.

Но вот настал день Х, а ничегошеньки не изменилось. Ей так же казалось, что если она уедет от Марка, то умрет. Просто рухнет бездыханной, поднявшись на борт самолета. Или чуть позже, когда тот взлетит?

– Тебе нужно вернуться, – уговаривала ее Фаина. – Хотя бы на время.

– Отец не отпустит меня назад.

– А ты ничего ему не рассказывай. Просто вернись, притворись паинькой…

– Воблер меня точно уже заложил. Он не знает, где я, но что не дома, пронюхал точно. И я прогуливала лекции.

– Двоюродный брат тебя подстраховывает?

– Да. Он говорит, что я уехала с подругой на юг. Но Влад не верит. Он будто чует, что я с мужчиной.

– И что ты думаешь делать?

– Оставаться с Марком. О нем ни родители, ни Влад, ни даже Авдей не знают. Я отправила голосовые на автоответчик, письмо написала, приложила фотографии (те, на которых нет Марка и непонятно, в каком месте они сделаны). Я попросила прощения у родителей и пообещала приехать к ним, но позже.

– Зачем тебе эта отсрочка?

– Мама меня поймет и поддержит. Я обязательно свяжусь с ней, и мы выработаем стратегию. Вместе мы сможем убедить отца. А я жду совершеннолетия. Через два месяца мне исполнится восемнадцать, и разговор с Борисом Алексеевичем пойдет иначе.

Конечно, Фая считала подругу полоумной. И пыталась вразумить, хоть и понимала: бесполезно. Сама она никогда бы не променяла богатую жизнь на жалкое существование в рыбацком домике. Но ей такой выбор и не предоставлялся, она же не принцесса!

* * *

Погода стояла сухая, теплая, что удивляло местных. Обычно в это время года шли дожди, завывали ветра.

– Ты озаряешь собой все вокруг, – улыбался Марк, прижимая Лизу к себе. На продавленном диване им и любилось сладко, и спалось.

– Я богиня света и тепла, – шутила в ответ Лиза.

– И у тебя есть паж. Видишь лучик, что пробивается через занавеску? Он волшебный.

– Знаю…

Она переворачивалась на спину и обводила взглядом комнату. Все в ней прекрасно в этом ласковом свете, а особенно картина. И в ее рамку вставлена их совместная фотография. Сделали ее наконец. Лиза порывалась напечатать еще хотя бы одну и отправить ее подруге Стелле, но пока руки до этого не доходили.

– Меня отчислят, – сказал Марк, вставая с кровати. Лиза могла любоваться его телом бесконечно, но он тут же одевался, потому что в домике было прохладно. – И если я не смогу откосить, то пойду весной в армию.

– Нет, не пойдешь.

– Сам не хочу.

– Я забеременею, и тебе дадут отсрочку. А там и второго родим.

– Рано нам еще о потомстве думать, сами дети. – Марк был в их паре ответственным за здравый смысл. Поэтому именно он предохранялся. – Давай вместе на теплоход работать устроимся? На крутой, что по Каспийскому морю ходит. Ты английский знаешь, тебя можно официанткой устроить.

– Обеими руками – за!

И тут в дверь заколотили.

– Кто? – крикнула Лиза. В домик частенько захаживали гости, обычно суровые мужики, друзья дяди Марка (именно он являлся владельцем этого строения), но прибегала и его младшая сестренка. Как ее отпускали одну на реку, у Лизы не укладывалось в голове.

– Свои, – послышался ответ. – Открывайте!

Марк нахмурился, не понял, кто это. Зато Лиза голос узнала и пулей вылетела из кровати.

На то, чтобы одеться, у нее ушло несколько секунд. Возможно, спичка бы дольше горела!

Когда Марк отворил дверь, Лиза стояла в джинсах, свитере, носках, с собранными в хвост волосами. Еще она успела закрыть смятое постельное белье покрывалом и схватить термос, в котором они с вечера заваривали травяной чай.

– Ну, здравствуйте, ребятишки! – пробасил Борис, ввалившись в домик. – Как поживаете? Не завшивели еще тут? Не одичали? Легкие не выкашляли? Дубак и грязища у вас, как я погляжу.

– Сейчас печку растоплю, будет тепло, – засуетился Марк. – А вы садитесь в кресло, мы его выбивали на днях. И полы вчера мыли, они просто обшарпанные…

Лиза не ждала ничего хорошего, поэтому молчала.

– Что у тебя там? – спросил отец, указав на термос.

Она налила в крышку чай и подала ему.

– Трава? На чай нет денег?

– Все у нас есть, – ответил ему Марк. – И чай, и деньги. Я нормально зарабатываю.

– Чем?

– Сейчас рыбной ловлей.

– Браконьерством то есть? А дочь моя домохозяйка?

– Давайте познакомимся? – мирно предложил Марк. Он не понимал, что его ничего не спасет. Борис еле сдерживается, чтобы не ударить наглеца, возомнившего себя достойным его принцессы. – Меня Марком зовут.

– Знаю, – процедил отец. – Не только имя, всю твою подноготную. – Он выплеснул настой в раковину. – На учете в детской комнате милиции стоял, свидетелем по делу об изнасиловании проходил… – Борис посмотрел на дочь. – Знала об этом? По кругу девочку с друзьями пустил, но смог отказаться.

– Неправда! – вскричал Марк. – Меня вообще там не было! И девочка эта совсем не девочка. Сама всем себя предлагала, а когда залетела, решила женить на себе одного из ребят. Кто последний – тот отец! Им оказался мой одноклассник, и он не хотел брать ее в жены, как и остальные, тогда она заявление написала, а я решил помочь ребятам…

– Заткнись, – не повышая голоса, оборвал его Борис. – Ты крысеныш помойный, который вечно будет в объедках копошиться. Моя дочь достойна большего.

– Я сделаю все, чтобы Лиза ни в чем не нуждалась. – Марк подошел к ней и взял за руку. – Мы, крысеныши, существа выносливые, башковитые и целеустремленные. Вы тому подтверждение!

– Чего?

– Сами не