Комдив - Александр Айзенберг

В этот момент нас оглушила короткая очередь из крупнокалиберного пулемёта, кстати американского Браунинга М2. То обстоятельство, что моя новая техника вооружена американскими пулемётами сыграла и на вооружении остальных подразделений. Хорошо хоть, что удалось выбить их побольше и в итоге моя пехота имела большое количество американских пулемётов. С другой стороны было проще и со снабжением, а также с тем, что к американским пулемётам было много патронов. В этом помещении было три окна, и возле одного из них, на треноге и стоял Браунинг. Подойдя к двум другим окнам-бойницам, начальство осторожно глянуло наружу. Тут как раз был Т образный перекрёсток, и прямо напротив находилась улица, на которой, метрах в трёхстах от дома начинал разгораться немецкий бронетранспортёр, который только что из крупнокалиберного пулемёта и подбили мои бойцы. Вот показалась морда ещё одного бронетранспортёра, но снова прогрохотала очередь Браунинга, на морде бронетранспортёра засверкали искры попаданий и он сначала встал, а затем из под его капота сначала повалил дым, а затем вырвались и лепестки огня. Уцелевшие немцы выскочили сзади, через десантные двери, вот только далеко не отбежали, а попадали на землю. Звуков выстрелов в ходе боя было не расслышать, так как стреляли много и везде.

-Полковник, это только тут такие укрепления, или они везде?

Спросил меня командующий фронтом.

-Везде товарищ генерал-лейтенант, у меня был почти месяц, что бы подготовится к обороне, правда мне в этом очень сильно помогли сталинградцы и предприятия города.

-У тебя только тут выстроена оборона, или есть ещё линии обороны?

-Ещё одна, я ведь не в одиночку город защищаю, так что если соседи отступят, то и я долго тут не удержусь, а не то быстро в окружении окажусь. Мне и с окраины города отойти пришлось только потому, что соседи отступили.

-Товарищ Прохоров, как я уже успел вас узнать, у вас ведь заготовлены сюрпризы для противника?

-Разумеется товарищ генерал-полковник. - Это уже Василевский решил прояснить мои планы по обороне своего участка. - Специально для своих разведчиков и диверсантов подготовлены подземные проходы, что бы они могли без проблем проникать на вражескую территорию. Да и для обороны устроены подземные переходы из дома в дом, так что при нужде можно быстро и безопасно подвести резервы или наоборот отвести войска.

В итоге проверка закончилась без единого нарекания со стороны начальства, всё понравилось, всем довольны, хотя нет, не всем, остались недовольны тем, что другие командиры не сделали так, как я. Присутствовавший тут генерал Севостьянов лишь молча ходил с нами, хотя пару раз спросили и его, но чисто по общеорганизационным вопросам. Наконец начальство отбыло восвояси и я облегчённо вздохнул, хотя особо не переживал. Пришлось разумеется провожать их назад до штаба Севастьянова, но тут всё было просто, спроектированные по моему заказу Грачёвым командирские машины мгновенно получили распространение в армии, они сразу понравились генералитету и защитой, и проходимостью, и достаточным для военного автомобиля комфортом, да и своим внешним видом тоже. Доехали до штаба Севастьянова мы быстро, впереди и позади ехали бронетранспортёры с охраной, так, на всякий случай. Высокое начальство приехав, отправилось в столовую на обед, ну и я с Севастьяновым за компанию тоже, а то время обеденное, желудок уже недвусмысленно намекал, что пора подкрепиться, вот и пошёл вместе с ними. После обеда мы с Севастьяновым откланялись, вернее я, правда перед отъездом ненадолго зашёл в кабинет к командиру. Начальство пробудет у Севастьянова до вечера, когда и выдвинется к Волге, что бы уже в темноте на пароме вместе с машинами переправится на другой берег. Штаб фронта располагался именно там, поскольку это было безопасней.

-Уфф, пронесло, а ты молодец Игорь, я боялся, что они к чему ни будь придерутся.

-Да ладно вам, не первый день замужем, у нас всё образцово-показательно, не для чужого дяди старался, а для себя любимого.

Закончив разговор, я двинулся наконец к себе, у Севастьянова нашлись свои дела, а высокая комиссия тем временем обсуждала увиденное.

-Василий Николаевич, - Это Василевский обратился к командующему Сталинградским фронтом. – Не буду вас спрашивать, почему другие командиры не сделали так, как сделал полковник Прохоров, хотя следовало бы поинтересоваться ещё в ходе подготовки города к обороне, кто и как готовится, но крайне необходимо перенимать удачный опыт. Распорядитесь немедленно начать строить чуть позади позиций других частей обороняющих город такую же оборону.

-Распоряжусь, Александр Михайлович, вот только судя по увиденному, Прохорову активно помогали городские предприятия, а сейчас многие из них закрылись, так что могут возникнуть проблемы со строителями и материалами.

-А вы изыщите возможности, если сами вовремя не сообразили, как можно укрепить оборону. То теперь крутитесь, как хотите.

-Сделаем.

-И вообще, берите во всём пример с Прохорова, он хоть и молодой, но головастый.

Гордову ни чего не оставалось делать, как только соглашаться с начальством, и ведь с одной стороны Прохоров его можно сказать подставил, а с другой стороны показал как надо устраивать оборону, и потери немцы у него несут просто гигантские.

-А вы чего уселись тут и сидите? А ну марш вперёд дырки от задниц!

Унтер-офицер Конрад Шварц, увидев прячущихся от русского огня солдат, был возмущён до глубины своей души и сейчас гнал их вперёд. Решив подать всем пример, он сам выскочил на открытое пространство улицы и практически мгновенно рухнул на землю с дыркой во лбу, а солдаты сразу снова попрятались. Лезть под пускай редкий, но убийственно точный русский огонь они не хотели, за те несколько дней, что они тут пробыли, они уже успели убедится, что русские стреляют без промаха.

Аршлох – традиционное немецкое ругательство, на русский язык переводится, как дырка в заднице, а если дословно, то арш это задница и лох дырка.

За те несколько дней, что они захватили окраину русского города носящего имя их вождя, немецкая дивизия понесла большие потери. Даже бронетехника в городе помогала мало, казалось русские были везде, в танки с бронетранспортёрами летели противотанковые гранаты и бутылки с зажигательной смесью. Летели с верхних этажей и крыш домов, а солдатам вермахта доставалось и сверху и снизу. В них тоже летели гранаты и бутылки, а кроме них и фугасы с картечью. Иногда взрывом