Комдив - Александр Айзенберг

Не люблю, когда меня будят посреди ночи, обычно это означает, что наступает писец, особенно в связи с последними событиями, а у нас как известно, если вы не забыли, на дворе война, Великая Отечественная, только сегодня было небольшое исключение из правил. Разбудили меня естественно не из-за пустяка, вот только повод оказался замечательным, мои орлы вернулись из поиска со знатным уловом. Я сам не ожидал от ребят такой знатной и жирной добычи, целый немецкий генерал-майор, командир противостоящей нам немецкой дивизии собственной персоной попался моим разведчикам. Как оказалось, он возвращался от своего начальства и по своей прихоти решил поскорей вернуться в свою дивизию, только не доехал, мы его по дороге раньше перехватили. В качестве бонуса нам достались и его бумаги, где были последние сводки по немецким войскам. В свою очередь будить уже своё начальство я не решился, пускай спокойно поспят, будет им приятный сюрприз к завтраку. В принципе мне этот генерал был малоинтересен, ничего особого немцы не затевали, так что и нервничать смысла не было ни какого, а вот перед начальством отчитаться, тут совсем другой коленкор. Захваченный в плен немецкий генерал это престижно, пускай не первый, уже достаточно их захватили, но и не так часто такое происходит, если сравнить, то мяч пока на немецкой половине поля и они в этом футболе ведут. Утром, после завтрака, распорядился отвезти немца к Севастьянову, а сам позвонил ему.

-Доброе утро, Прохоров у телефона.

-Чего тебе?

Судя по голосу Севастьянов был не в духе, может не с той ноги встал, а может ему начальство за что дыню выписало, тут не часто случаются награждения непричастных и наказания невиновных.

-Да вот, подарок для вас небольшой, мои разведчики ночью в поиск ходили, жирного немца захватили с бумагами, я его с сопровождением к вам отправил, уже подъезжать к вам должны.

-Это всё?

-Да.

-Тогда свободен.

Вот и поговорили, надеюсь немец улучшит настроение Севастьянова. А генерал Севастьянов был не в духе из-за ЧП произошедшего вчера в штабе армии. Не зря говорят, что всё зло от баб, в штаб армии прибыла новая связистка, которая мгновенно вскружила головы большому количеству штабных работников. И ладно бы если она всех отшивала, так нет, со всеми флиртовала, и как итог – вчера прямо в штабе армии подрались капитан и майор из-за этой профурсетки. Раздувать скандал он не захотел, так как это рикошетом ударит по нему самому, но и без последствий оставлять это нельзя. Слухи по любому пойдут, тут как в деревне, все всё знают, так что лучше избавится от корня проблемы, да и командиры были опытными, лишатся их Севастьянов не хотел. В результате он принял соломоново решение, капитана с майором на губу, на десять суток, на хлеб и воду, а смазливую связистку сплавил из штаба армии своему соседу, пускай теперь у того голова болит от Шекспировских страстей. Тот слыл большим бабником, так что пускай теперь он с ней разбирается, хоть своей ночной секретаршей делает. И тут звонок от полковника Прохорова, правда вскоре его настроение значительно улучшилось, это когда прибыл подарок от Прохорова. Немецкий генерал с ворохом документов был хорошим подарком. Всё равно скоро слухи о Шекспировских страстях дойдут до штаба фронта, и хотя он вроде как разрулил ситуацию, но осадочек у начальства останется, а так, на фоне немецкого генерала это будет уже не как ЧП, а как курьёз. Уже не в первый раз Севастьянов благодарил свою судьбу, что ему на пути встретился ещё тогда капитан Прохоров, и что он, хотя вначале и наехал на него, но позже решил всё же нормализовать с Прохоровым свои отношения и тот не стал вспоминать плохое, а сразу показал, что готов плодотворно сотрудничать. Теперь вся его карьера зависит от Прохорова, и тот не зазнаётся, не лезет вперёд, его вполне устраивает его роль, и то, что для всех он всего лишь командир дивизии в его армии. Только он собрался звонить в штаб фронта, что бы доложить о немецком генерале, как раздался звонок телефона.

-Севастьянов, что у тебя там в штабе армии творится?!

-Ничего товарищ генерал-лейтенант, вот сам вам звонить собирался, только к телефону подошел, как вы звоните. Мне мои разведчики сегодня ночью знатного языка притащили, немецкого генерала, командира одной из противостоящей нам немецкой дивизии, причём с портфелем документов, немец от своего начальства возвращался с новыми приказами.

Услышав о таком пленном, генерал-лейтенант Городов мгновенно забыл о любовных разборках в штабе Севастьянова. Конечно хотелось бы этого немца прямо сейчас приказать отправить в штаб фронта, но переправлять его через Волгу днём было опасно, а потерять такого пленного из-за собственного нетерпения очень глупо.

-Так Севастьянов, что бы сегодня ночью отправил к нам немца!

-Я так и хотел сделать товарищ генерал-лейтенант.

-И да, напиши там, кто у тебя отличился с захватом такого гуся, наградим. Заслужили.

Командующий фронтом положил трубку, а Севастьянов лишь облегчённо вздохнул, пронесло. И ведь как вовремя Прохоров подогнал ему этого немецкого генерала. Самое паршивое, это когда приходится отвечать за чужие грехи, вот только он, как начальник вынужден отвечать за все залёты своих подчиненных перед вышестоящим начальством. Теперь если в штабе фронта и вспомнят об этом случае, то уже наказывать не будут, немецкий генерал перекрывает это в полной мере. Приказав накормить немца, всё же генерал, как ни как, после этого поместить его в карцер при штабе до вечера, когда можно будет отправить его к реке, что бы переправить на другую сторону Волги.

Глава 8

Глава 8

Интерлюдия 1

Москва, Кремль.

Эти двое выйдя из кабинета Сталина не раздумывая направились в Кремлёвскую столовую, пока шли, молчали, каждый думал о своём, хотя ход их мыслей был одинаков. Хотя они в каком-то смысле были конкурентами, но в жизни их пути не пересекались, у каждого была своя ниша, а объединяло их только общее поле деятельности. Состоявшийся разговор был сложным, и хотя Сталин их не ругал, но поставил им конкретную задачу, причём ограниченную по срокам, а сорвать