Дебютный развод - Плам Сайкс

— Ну, разве не поразительно…

В эту секунду в глубине магазина вспыхнул фейерверк вспышек. Фиби, недоговорив, повернула голову в направлении сверкающих огней.

— Смотри! Это Валери с Баба. По-моему, это сокращенно от Балтазар, — заметила Фиби, подбегая к очередной гламурной особе, чей ребенок для пущей фотогеничности был втиснут в меховую кенгурушку.

Я поняла, что приехавшие гости вряд ли замечают кого-то, кроме крошечных херувимчиков, которые все продолжали прибывать. По-видимому, началась эра детей-тусовщиков. Такое дитя, обычно не старше полутора лет, посещает только самые крутые мероприятия: арт-гала, эксклюзивные предварительные кинопросмотры, показы мод (только первый ряд, какой смысл приносить с собой ребенка, если сидишь во втором ряду и никто его не видит?!). Еще не достигнув трехнедельного возраста, дитя-тусовщик имеет девяносто шесть ссылок в «Гугл», знает дорогу в примерочные лучше, чем собственную колыбельку, и не менее трех раз встречался с детьми Кейт Уинслет на уроках музыки для детей в «Сохо-Хаусе». Опознавательные знаки истинного ребенка-тусовщика — синевато-черные круги под глазами и зеленоватый оттенок кожи. Если вы не узнали такового на очередной вечеринке — не важно: ребенка-тусовщика так часто снимают, что вы всегда можете увидеть его несколько дней спустя, пролистав журналы «Готем» или «Нью-Йорк», в которых обычно появляется не менее трех таких младенцев.

«Да…» — подумала я, оглядывая комнату. Никаких признаков Аликс Картер. Может, Фиби знает, куда она девалась.

Я протиснулась сквозь толпу к Фиби, чувствуя, как праздничное настроение окончательно улетучивается. Судя по нарядам гостей, я была единственной, кто приехал сюда прямо из офиса. Уходя с работы, я набросила чудесное вышитое пальто от Теккерея, но никак не могла состязаться с девушками, которые все утро провели в салоне красоты у парикмахеров и косметологов.

— Видела Аликс Картер? — осведомилась я у Фиби, стараясь перекричать сгрудившихся возле нее женщин.

— Она только что пошла в дамскую комнату! Спендерелле требуется передохнуть! — крикнула в ответ Фиби. — У нее детей нет, а она успела купить три сумки для пеленок из золотистого атласа. Просто остановиться не может!

— Спасибо, — кивнула я и направилась к дамской комнате в глубине магазина. Дамская комната выглядела скорее очаровательной гостевой спальней. Небольшой диван, обитый белым полотном с желтыми розами, так и манил опуститься на него. Над раковиной висело тяжелое антикварное зеркало в позолоченной раме. Перед ним на полочке красовалась гигантская ваза с желтыми розами. Горы желтого засахаренного миндаля громоздились в маленьких серебряных блюдцах. На этикетках бутылочек с водой серебряными буквами было выведено: «EAU ВЕВЕ» {Детская вода (фр.)}. Все производило впечатление мягкого псевдофранцузского совершенства, хотя в Фиби не было ни капли французской крови. Родом она была (это страшная тайна) из Майами.

Аликс Картер не оказалось и тут. Мне даже легче стало. Мысли о счете из отеля так довели меня, что не было настроения уговаривать женщину вроде нее. Может, мне тоже следует отдохнуть от царящего в магазине безумия? Туалетная кабинка была занята, поэтому я рухнула в кресло, упиваясь собственной депрессией. Если прямо спросить Хантера, ничем хорошим это не кончится.

Я с тоской поморщилась. Но я не могла откровенно поговорить с ним… или могла? Почему бы просто не выбросить из головы подозрения… забыть о проклятом счете? Разве не так поступают умные жены?

Но даже находясь в полном расстройстве, я услышала смешки, доносившиеся из-за двери туалетной кабинки. Кто-то прошептал хрипловатым прокуренным голосом:

— Я трахала его стоя, прямо в коридоре. Лапочка Ники! Когда я спросила, сколько ему лет, он ответил: «Будет девятнадцать».

Стыдно сказать, но я вся обратилась в слух.

— Вот это да! Где он живет? — послышался другой голос.

На Сто семнадцатой, с мамочкой и папочкой.

— Ты дешевка. Дрянь.

— Знаю. И мне это ужасно нравится.

Я не смогла определить, кому принадлежит прокуренный голос, но второй собеседницей, несомненно, была Лорен.

Из-под двери кабинки медленно поползла серебристая струйка сигаретного дыма.

— Класс! — взвизгнула Лорен и, распахнув дверь, вывалилась наружу в облаке дыма. За ней последовала почти неузнаваемая Тинсли с сигаретой в губах. На ней были тесные черные кожаные брюки и белая блузка, она здорово обнажала грудь. На левом запястье у нее поблескивали усыпанные бриллиантами часы от Картье, в ушах красовались огромные бледно-розовые бриллианты. До чего же безумная эволюция — от костюма егеря до облика стриптизерки, и это всего за несколько дней!

— Сильви, я так рада, что ты тут! — воскликнула Лорен, увидев меня.

— Взгляни-ка! — велела Тинсли, не вынимая изо рта сигарету. — Я превратилась в копию Киморы Ли Симмонс. В таком виде можно поймать на крючок парней помоложе!

— Значит, дело того стоит, — ухмыльнулась я.

— Этот туалет — лучшее место во всем магазине. Можно, мы тут останемся? Обожаю возиться с макияжем именно здесь! — объявила Лорен. — И Фиби тоже обожаю, но у нее не все дома. Как будто на свете существует не менее пятидесяти миллиардов детей, умирающих от желания добраться до младенческих одеялец из шерсти ламы за двадцать тысяч зеленых!

Лорен и Тинсли схватили по бутылочке детской водички и уселись на диван напротив меня. Тинсли небрежно сыпанула засахаренный миндаль в корзину для мусора и затушила сигарету о девственно чистый серебряный подносик. Заметив, что я наблюдаю, она пояснила:

— Фиби любит, когда я дурно себя веду. Я ее этим развлекаю. Она… она такая примерная! Не понимаю ее! — Озадаченно пожав плечами, она открыла сумочку и вытащила тюбик туши и крошечное зеркальце. — Настоящая Кимора, особенно если накладывать тушь толстым слоем, как штукатурку, — заявила она, принимаясь красить ресницы.

— Не поверишь, что случилось со мной вчера вечером, — начала Лорен, глядя на меня.

— А что произошло? — вяло поинтересовалась я.

— У нее было пять оргазмов! — встряла Тинсли.

— А ты что, считала? И как можно точно сказать, сколько их было? — запротестовала я.

— Просто вчера вечером в пачке было ровно пять кондомов. А утром не осталось ни одного, и я кончала каждый раз, — объявила Лорен без тени смущения.

— И кто этот парень Пять Оргазмов? Есть у него имя? — осведомилась я.

— Да, только вот вспомнить не могу. Минус два в марафоне обольщения! Я заказала новый белый MP3-плейер с панельками розового золота, чтобы отпраздновать! Боже, он был невероятен! За одну ночь я получила больше оргазмов, чем за всю супружескую жизнь! — взвизгнула Лорен, принимаясь рыться в косметичке.