Если босс – дикарь. Правила выживания - Ирина Чарова

Но терять лучшего сотрудника в разгар работы – не могу!

Краснею.

– Не льстите мне.

– Льстить не умею. Умею только ценить.

Матрас, бодро лавируя в воздухе, уже выходит в дверь.

А потом – резко останавливается, чуть ли не стукнув меня по носу, потому что я иду следом.

– И еще, к моему приходу – чай, пожалуйста. – душевно просят мне. – Раз уж на должность секретаря мне тут назначить некого, то чай будет с тебя.

– Хорошо…

– Вот и ладненько. Доброй ночи! – раскатисто желает этот дикарь и удаляется прочь по коридору.

А я, закрыв за ним дверь, только обалдело качаю головой, не понимая, как умудрилась на это подписаться.

Я что, правда согласилась совещаться с ним в постели?

Глава 16.2

– Слушай, я замотался вчера. Даже ответить забыл. Простишь? – на другом конце виноватый голос Давида.

А мне – приятно.

– Да ну брось, я все понимаю. Ты меня тоже прости, мне так жаль, что у нас всё сорвалось.

– Ничего, школота… – слышу, что он улыбается. – Мы с тобой еще устроим улетное свидание, да?

– Да. Конечно…

– Точно? Договорились?

– Ага – улыбаюсь я, мечтательно обнимая подушку.

Как же хорошо начался этот день!

Вот я дурочка.

Уже надумала себе, что Давид окончательно на меня обиделся, а он – просто был занят.

– Ну тогда давай рассказывай, что у тебя там за больничный? Я с утра весь офис обыскал, аж испугался, что ты исчезла. Думал, может тебя уволили после вчерашнего совещания.

Краснею, закидываю ногу на ногу.

– Да ничего особенного. Просто поясницу прихватило. Врач назначил постельный режим. Думаю, не больше недели.

– Ого. Надеюсь, ты все назначения выполняешь?

– Конечно – отвечаю с тяжелым вздохом.

– Смотри мне! – звучит нарочито строгое в трубке. – Будешь долго болеть – ругаться буду. Скорей поправляйся! Идет?

Прыскаю со смеху.

– Идет. Спасибо.

– Что там, кстати, у тебя с проектом Аверина? – без особого интереса спрашивает Давид.

– Да пока ничего – жму плечами. – Буду работать из дома.

– Вот как…Ну, если хочешь – можем как-нибудь поработать вместе по видеосвязи. Помогу. Подскажу.

– Можно как-нибудь – смущаюсь я.

И отвлекаюсь, когда в дверь неожиданно звонят.

С подозрением взглянув на время, понимаю, что это не босс.

Слишком рано.

– Дав, я тебе чуть позже перезвоню – говорю в трубку и иду к двери.

На пороге стоит женщина лет шестидесяти с чемоданчиком, на котором нарисован красный, медицинский крестик.

– Здравствуйте! – улыбается она.– Я – Евгения Михайловна. Ваша медсестра.

– Не моя – открещиваюсь я. – Здрасьте… – добавляю растеряно.

– Как же? А укольчики? Витамины группы б. У меня тут указано в сообщении – Стрелецкая Ирина Сергеевна. Вы?

Обалдев, открываю рот.

– Я, но…

– Вот и разобрались!

Потеснив меня внушительной грудью, женщина бойко врывается в мой номер.

А я – только беспомощно хлопаю глазами.

Кажется, с таким лютым напором у моей бедной, зажатой мышцы просто не останется шансов.

Она обречена на выздоровление.

Показав медсестре, где помыть руки , я обреченно укладываюсь на постель.

– Укольчиков не боишься, солнышко? – спрашивают меня, протирая кожу спиртом.

– Ну. Немного – честно признаюсь я.

– Не переживай. У меня опыт большой. Я, деточка, всем Алихабовым уколы ставила. Каждую задницу в этой семье знаю, как облупленную! Этих сорванцов только мне доверяли.

– А что, их много братьев? – любопытствую я, подпирая лицо ладонью, пока Евгения Михайловна колдует над моей пятой точкой.

– Вообще – двое родных. А Заманчик им двоюродный, но он с ними в одной семье рос.

– А почему?

Морщусь, чувствуя, как входит в кожу игла.

– Сиротка он – со вздохом отвечает женщина – С трех лет, кажись. Ну вот. Готово. Не больно же?

– Нет… – бормочу я. – Спасибо.

Но кажется, это был не витамин б.

Евгения Михайловна только что вколола мне грустинку.

– Сейчас-то они все смелые, – продолжает она, собираясь. – А когда меня в детстве видели – такой рёв поднимали, Ирочка, ты бы слышала! Удирали от моего шприца, голожопики, по всему дому. И только когда отец рявкнет – тогда штабелями на кровать укладывались. Правда, на Заманчика крик не действовал. Для него у нас были свои методы.

– А что действовало? – спрашиваю я, натягивая лосины.

Мне почему-то интересно.

– Тетин поцелуй в лобик. Мой тоже срабатывал, но там квота повыше была. От трех раз. Иначе допуск к попе категорически не давал! Ни под каким предлогом!

Улыбаюсь, провожая женщину к двери.

– Нежный какой…

– Ага. И только когда его расцелуют, тогда он на кровать с готовностью ложился, глазки крепко зажмуривал, кулачки стискивал… Ой! Прям дрожал весь! Но ни одного звука. Зато потом, заплаканный, с рук не слазил. Театрально страдал несколько дней подряд, представляешь? – доверительно сообщают мне. – Хромал , за попу держался – на нежности напрашивался. Даже не верится, что сейчас такой хмурый, сердитый лоб вымахал.

– Это да – еще шире улыбаюсь я.

А грустинка, тем временем, расходится по телу и доходит до глаз, начиная щипать их солью.

Проводив женщину, скептически оглядываю приготовленный для босса стол.

Там уже стоит планшет с наброском, расставлены чашки для чая и пузатый чайник с заваркой.

Шмыгая носом, достаю из закромов и бабулино, вишневое варенье.

Последнюю баночку.

Своего. Любимого . Божественно вкусного!

И, когда, к вечеру, в дверь звонят второй раз , я точно знаю – это уже босс.

– Заман Исхарович, я все подготовила… – оповещаю его с порога.

Босс хмуро кивает, стаскивая куртку, и проходит следом за мной.

К столу.

Остановившись, с явным неодобрением оглядывает его несколько секунд, а потом молча хватает чашки, берет баночку с вареньем и деловито уносит все это прочь.

В спальню!

– Чайник прихвати, будь другом – велит, не оборачиваясь.

Расставив чашки по тумбочкам, он ложится на кровать и цепляет под спину подушку.

– А у тебя окно что ли открыто? – спрашивает с подозрением.

– Нет…

– Холодно – выносит свой вердикт.

И, под моим обалдевшим взглядом, забирается под одеяло, блаженно принюхивается и, кутается в него чуть ли не до носа, оставляя только два хитрющих, довольных глаза на поверхности.

– Располагайтесь, Ирочка. Я готов.

– А вам не кажется, Заман Исхарович, что это немного чересчур?

– Нет, знаете, совсем не кажется. У меня вообще-то на работе сегодня такой стресс был – жалуется босс, страдальчески сводя брови.

– Какой такой стресс?

– Там все бестолочи – отвечают мне с тяжелым вздохом. – Я с ними так понервничал. Мне всю нервную систему разворотили. А теперь меня от стресса знобит. Представляете?

– Босс… – упираю руки в бока.

– А в этом номере согреть меня может