Грешный ангел - Брук Лин

руки и намазывает мёд на внутреннюю часть бедра. Дразнит меня, обрисовывая языком узоры. Медленно ведёт им вверх.

Его движения погружают меня в туман, я перестаю думать и воспринимать хоть что-то, кроме него.

Убрав мёд, Симон приподнимает и сжимает мои ягодицы, а после его губы прикасаются к моей плоти. Я вздрагиваю. Смотрю на него, с трудом совладая с эмоциями и с собственным дыханием.

– Что ты со мной делаешь? – спрашиваю, полыхая от смущения.

– Тебе нравится? – хищно улыбается, смотря мне в глаза.

Я киваю ему в ответ.

– Отвечай вслух, – упивается моим положением.

– Да…очень, – произношу сбивчиво.

Он прикусывает нижнюю губу и в следующую секунду его язык вновь касается моей плоти. Он творит что-то сумасшедшее со мной.

– Боже, Симон, – восклицаю я от неизведанных раннее ощущений.

С каждым движением его языка, сознание уплывает от меня, конечности ослабевают. Руки отказываются держать меня. Тело мякнет, и я обессиленно падаю на стол, сотрясаюсь от удовольствия и жадно ловлю ртом воздух.

Симон творит со мной что-то невообразимое. Я заполняю всё пространство своими стонами, вцепившись намертво одной рукой в край столешницы, а второй зарываюсь в его волосы, боясь, что он прекратит эту сладкую пытку.

Мне хочется сгореть от стыда за происходящее и тут же кричать от наслаждения. Я улетаю куда-то за пределы этой галактики.

Почему он решил сделать это только сейчас? Зачем вообще это затеял? Как я теперь буду спокойно существовать, узнав о таких гранях интимной жизни?

Глава 13

Облака за иллюминатором красиво плывут и умиротворяют мои беспокойные мысли. Не могу свыкнуться с мыслью, что скоро самолёт приземлится в России, и мне придётся попрощаться с Симоном. Он сидит рядом и держит меня за руку, гладя большим пальцем тыльную часть моей ладони. Остин с Микаэлем решили продлить свой отпуск и остались на острове, поэтому Симон забронировал нам места друг с другом. И всё бы хорошо, его касания приятно ласкают мою кожу, но наш утренний разговор тяжестью лёг на сердце.

Сегодняшнее пробуждение я с уверенностью могу назвать самым лучшим в моей жизни. Я проснулась от поцелуев Симона, который заказал нам завтрак, который успели накрыть на террасе. Я спала таким сладким и крепким сном, что не слышала ничего, пока губы парня не коснулись меня.

– Доброе утро, ангел, – нежно произнёс он и аккуратно убрал волосы с моего лица.

– Доброе, – я обвила его шею руками и расплылась в улыбке, почувствовав сумасшедший прилив счастья.

– Я заказал твои любимые сырники и апельсиновый сок. Так что вставай, – он поцеловал меня в висок и встал с кровати.

А я ещё минут десять нежилась в хрустящей и мягкой постели. Наблюдала сквозь развивающие балдахины за океаном и Симоном, который делал утреннюю зарядку. Всё выглядело так, словно это идеальная картинка из интернета. Я вбирала в себя каждую секунду. Я запоминала ароматы, звуки, взгляды с Симоном. Я настолько глубоко погрузилась в эту сказку, что перестала ощущать связь с реальностью.

Но Симон вернул мне эту связь.

Накинув на себя его льняную рубашку, я присоединилась к нему за стол. Мы завтракали в непринуждённой обстановке. Говорили о предстоящих планах, фотографировались и смеялись. Но я смотрела на него и не могла избавиться от желания заговорить с ним о том, что волновало моё сознание последние дни.

– Симон, а что дальше? – вырвалось у меня из уст.

Я замерла в ожидании его ответа. Боялась, что он воспримет мои слова неправильно и решит, что я теперь не дам ему покоя в повседневной жизни.

– Дальше? – переспросил он, не поняв смысла моих слов.

– Имею ввиду наше общение. Как только мы приземлимся в России, будем делать вид, что не знакомы друг с другом?

– Я не хочу играть в какие-то игры и делать вид, что впервые тебя вижу, – ответил он с привычной ему лёгкостью. – Но продолжать этот роман считаю неправильным.

Его слова заставили меня поникнуть. Хоть курортный роман подразумевает отношения во время отпуска, а потом прекращение любого контакта, но я почувствовала какое-то опустошение внутри. Хотела подобрать правильные слова и согласиться с ним, чтобы не выглядеть жалко и глупо, но он опередил меня:

– Тебе необходимо разобраться со своими текущими отношениями, – добавил серьёзным тоном.

– С ними уже всё решено, – вспомнив Филиппа, внутри тут же образовался ком обиды. – Я ведь говорила, что намерена расстаться с ним.

– Тебе так кажется, Аврора. Это не история одного-двух дней.

– Я настроена решительно.

Он усмехнулся.

– Что? – бросила на него нервный взгляд.

– Это сейчас, пока я рядом и заполняю твой день и мысли собой.

– Так оставайся со мной, – это вырывалось так быстро и неожиданно, что я даже не успела осознать суть сказанного.

– Какое смелое заявление для робкой Авроры, – с ухмылкой отметил он.

– Нам ведь хорошо друг с другом, почему бы не продолжить наше общение за пределами этого острова? – решила не отступать, но внутри сгорала от стыда за такую смелость.

– Потому что дальше не будет также беззаботно и легко. Мы начнём претендовать друг на друга, на наши мысли и чувства. Это превратиться в эмоциональную мясорубку.

Его слова заставили меня задуматься. Я внимательно слушала его.

– Я не хочу стать причиной твоей боли. И не хочу, чтобы ты становилась причиной моей. Ведь рано или поздно кто-то из нас влюбится и всё перестанет быть таким радужным, – добавил Симон.

– Правильно я понимаю, что для тебя любовь равно боль?

Я заглянула ему в глаза и впервые увидела в его глазах боль. Впервые увидела его грустный взгляд, и внутри всё заледенело.

– Любовь между мужчиной и жениной – да. Разве ты иного мнения? – спросил он, вскинув одну бровь.

– Мне хочется верить, что мой опыт – это исключение, а не правило.

– Я испытывать судьбу дважды не хочу.

– Тоже был горький опыт?

– Иначе ведь к таким выводам люди не приходят, – улыбнулся он натянуто.

Но я уловила смену его настроения. Очевидно, что у него, как и у меня, внутри ещё много незаживших ран. И он прав – второй раз на подобное добровольно подпишется только отчаянный.

– Я вернусь в Москву через два месяца. Позвоню тебе, мы встретимся и поговорим на эту тему с остывшими чувствами и холодным рассудком. Ты согласна? – он взял