Сердце Земли - Максим Шаттам

как в картинках волшебного фонаря, Тобиас увидел лица, эфемерные, появляющиеся на миг – бесплотные, как облачка пара. Вслед за лицами стали мелькать пейзажи, фигуры.

Очевидно, завороженный тем, что открылось ему в глубине колодца, незнакомец не двигался. Внезапно он, сжав кулаки, отпрянул.

И принялся не спеша ходить вокруг, в то время как в лучах поднимающегося снизу света продолжали возникать и тотчас растворяться во тьме лица и силуэты.

Мужчина засмеялся – нервным, жестоким смехом.

Он резко поднял руку, сжав ее в кулак, словно ловил муху на лету.

– Я поймал тебя! На этот раз ты мой! Мой! Ромедуза проиграла! Да, проиграла!

Его плащ затрепетал на ветру, он спешно запахнул его и торопливо направился к невысокому холму среди скал.

Тобиас колебался. Сможет ли он найти дорогу обратно в пещеру, если пойдет за незнакомцем? Ему не хотелось бросать находившихся там пэнов.

– Я должен узнать больше, – прошептал подросток.

Он дал незнакомцу отойти на порядочное расстояние и вновь последовал за ним, стараясь запоминать как можно больше ориентиров, чтобы иметь возможность вернуться в пещеру.

С вершины холма Тобиас с изумлением увидел вдалеке лес.

Бесконечный лабиринт изогнутых деревьев без листьев, с кривыми ветвями и похожей на старческую морщинистую кожу корой. С поляны среди деревьев в небо поднимался слабый дымок. Мальчику показалось, что он разглядел там что-то похожее на небольшую хижину, но в этот момент незнакомец вошел в этот жуткий лес, и Тобиас, боясь потерять его из виду, прибавил ходу.

Первое впечатление оказалось верным: жизнь покинула это место.

Тут все было стерильно. Скрюченные стволы деревьев мертвы, на земле грубый ковер из мха, а сухие стебли колючих кустов ломаются при малейшем прикосновении.

Человек направился по тропинке к поляне – там действительно стояла хижина. Свет горевшего в ней очага изнутри придавал окнам оранжевый оттенок.

Он толкнул дверь и исчез за ней.

Тобиас бросился к окну и заглянул в него.

Незнакомец грел над огнем руки.

Это показалось Тобиасу странным – было совсем не холодно.

Я могу существовать здесь без пищи и воды. Что, если это место полностью лишает меня чувств?

Он ущипнул себя за руку и тут же ощутил боль.

– Нет! Не то… Возможно, этому типу холодно, потому что он мертв? Он совсем лишен тепла.

Да и лица у него как будто тоже нет…

Тобиас увидел, как человек присел за стол и открыл восхитительно красивую лакированную коробку. Оттуда появился блестящий стальной макет: железные круги, нанизанные на воображаемую ось, – маленькие и чуть побольше, а в центре – металлический шар. Круги вращались, и от этого оживали нанесенные на них рисунки. Казалось, будто некая магическая сила заставила подобия планет вращаться по орбитам Солнечной системы. Тобиас с удивлением сообразил, что макет как бы парит в воздухе, без подставок и креплений.

Подросток прижался носом к стеклу и попытался разглядеть изображения на кругах. Из-за того что они покачивались, сделать это было трудно, но постепенно он стал различать рисунки. На ближайшем к центру круге был изображен паук. Чуть дальше – комар, на внешнем круге – молнии. Рисунки на остальных орбитах были почти неразличимы. Зато на шаре он смог разглядеть лицо. Но черты лица были слишком неявными…

– Что же это за штука? – прошептал Тобиас.

Человек поднял над макетом руки, и движения кругов замедлились. До Тобиаса донесся приглушенный голос:

– Скоро мы заполучим его! Он будет в нас! В нас!

Макет опять ожил, теперь круги вращались быстрее, и Тобиас понял, что им как бы передалось волнение человека.

– В нас? Сможет ли Ропероден использовать изменение Мэтта, если проглотит его? Получит ли его силу?

Тобиас вздрогнул.

Надо что-то делать. Этот макет явно имеет огромное значение. От него исходит ментальная энергия. Суть всего – этот объект. Сомнения, вечное движение – это… сердце Роперодена.

Внезапно в голове Тобиаса сложились части пазла.

Он знал об этом месте все.

И узнал голос человека.

– О нет! – застонал он, чувствуя, как подкашиваются ноги.

Закрывая рот рукой, чтобы не закричать, Тобиас сполз по стене.

Мэтту ни в коем случае нельзя здесь появляться. Тобиас сделает все, чтобы этого не случилось.

Он понял, что оказался не в каком-то абстрактном мире, а прямо внутри тела Роперодена. Все, что он видел, представляет собой различные органы и функции этого тела. Паук – пищеварительная система, молнии – его сила и эмоции.

И если у монстра есть сердце, значит и душа тоже должна быть.

Тобиас услышал громкое жужжание в небе – там появились десятки крылатых существ. Они разинули хоботки, и оттуда вырвались осветившие Тобиаса лучи.

Это за мной! – сразу догадался он.

Теперь ему предстояло познакомиться с иммунной системой Роперодена.

И что-то подсказывало Тобиасу, что знакомство будет малоприятным.

20. Жертва

Эмбер забралась на ближайший камень.

– Я не знаю, кто это, но их очень много!

Бен поднялся к ней.

– Волки, – сказал он. – Огромные волки. Размером с наших собак. И они бегут к нам!

Пэны схватились за оружие. Бен помог Эмбер спуститься с камня, и она воспользовалась случаем, чтобы тихонько спросить:

– Ты уверен? Они далеко, уже темно, может быть…

– Уверен. Ты никогда не спрашивала меня про мое изменение. Так вот – я отлично вижу в темноте. Почти так же хорошо, как при свете дня. И я вижу огромных волков.

Флойд и Мэтт предупредили всех, что надо быть готовыми к отступлению, затем Мэтт обратился к Тане:

– Помню, как ты всадила пять стрел в Ночного бродягу. Думаю, это не было случайностью?

– Нет. Это мой дар. Я меткая.

– Отлично. Мы пропитаем стрелы спиртом – в аптечке есть пара флаконов. Если повезет, волки испугаются огня.

– А если не получится? – спросил Нил.

– Тогда мы увидим, кто быстрее – волки или собаки, и ставкой в этой скачке будет наша жизнь.

Пока Флойд и Таня готовили зажигательные стрелы, к Мэтту подошел Нил:

– Из-за огня нас заметят циники.

– Если они есть поблизости, да! Но это наш единственный шанс отразить то, что мчится прямо на нас! – ответил Мэтт, слыша, как быстро приближается к ним волчий вой.

Таня наложила на тетиву первую стрелу, Флойд зажигалкой поджег ее, и девушка выстрелила в воздух, чтобы осветить силуэты выбежавших из леса существ и понять, сколько их. Она тут же снова натянула лук и спросила Мэтта:

– В кого стрелять?

– Попробуй в вожака стаи, – ответил Мэтт.

– А как его узнать?

– Ни малейшего понятия. Наверное, тот, кто бежит впереди или все время воет.

Волки неслись