Сердце Земли - Максим Шаттам

Многие щедро поделились своими эмоциями, и теперь все плакали.

Говоривший последним Хорейс заметил:

– А что, если Пепс не захотел жить без хозяина? Они были знакомы недолго, но, может быть, поступок собаки говорит лучше любых слов?

Пэны не ответили, каждый снова бросил взгляд на свою собаку.

Потом все улеглись и, прижавшись к шелковистой шерсти животных, уснули, убаюканные волнами дыхания своих четвероногих друзей.

Отдохнув несколько часов, пэны отправились дальше, планируя ехать всю вторую половину дня.

Над равниной собирались большие серые облака.

До ночи еще было далеко, но затянутое облаками небо так потемнело, что казалось, будто на равнину уже спустились сумерки.

Дождь начался на закате: сначала упали одинокие тяжелые капли, потом, скрыв часть пейзажа, он пошел стеной.

Пэны продолжали путь вдоль опушки леса. Они надели плащи, подняли воротники, втянули головы в плечи. Что касается собак, то те как будто даже не заметили, что почва намокла.

Внизу, на равнине, показались четыре всадника, они скакали в ту сторону, откуда двигались пэны. Вот они мелькнули на повороте, маленькие фигурки, едва видимые сквозь дождь, – дорога находилась на расстоянии пары километров от ребят.

– Они будут ночевать в той крепости, которую мы видели, – предположил Бен.

– Интересно, что той ночью случилось со жрунами? – спросил Чен.

Флойд покачал головой:

– Их так много, что они, вероятно, спали не в гостинице, а снаружи, хотя я не могу представить себе, чтобы на них напали волки, – жрунов слишком много.

– Не хотел бы я догнать их.

– Не волнуйся, мы увидим жрунов раньше, чем догоним их!

Вечерело. Бен спешился и повел своего хаски вперед, остальные следовали за ними. Единственным препятствием на пути были низко растущие ветви, но долгоход вовремя подавал остальным знак, и те успевали пригнуться к спинам своих скакунов.

Двигаясь гуськом, Мэтт и Эмбер переговаривались. Караван замыкал Флойд. Он услышал, как оба вспоминают клорофилловых пэнов, живущих на вершине Слепого леса.

– Там что, правда люди живут? – поинтересовался Флойд.

– Да, – ответила Эмбер чуть громче. – И если бы ты увидел, насколько они изобретательны, ты бы просто не поверил!

– Я бы с удовольствием туда залез!

– Не уверен, – ответил Мэтт. – Хлорофилловые пэны немного особенные…

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, например, они согласятся принять тебя, но тебе придется подчиниться им, принять их обычаи, веру и, скорее всего, остаться среди них навсегда.

– Они защищаются, – перебила Эмбер. – Это нормально. Мы были не правы, что воспользовались их доверием!

– Сами виноваты! – ответил Мэтт. – Они вели себя слишком надменно. Напридумывали секретов…

– Нет, Мэтт, – возмутилась Эмбер. – Мы…

– Тише! – оборвал их Бен. – Дождь не заглушает звуки, так что…

Эмбер вздохнула, сердясь, что мнение друга осталось неизменным.

Мэтт тоже промолчал. Он повернулся к Плюм и взглянул на Флойда.

– Кстати, в чем суть твоих изменений? – спросил он.

– Отвечу так: маленьким я постоянно отовсюду падал. Будучи смелым, сломал больше костей, чем все остальные ребята из моего класса. Что ты об этом подумаешь?

– Я подумаю, что ты стал невероятно ловким и больше не падаешь.

Флойд покачал головой:

– Не угадал. Мои кости стали эластичными, и я теперь ничего не ломаю. В Эдеме нет никого более гибкого, чем я.

– А-а-а… – разочарованно протянул Мэтт. – И часто ты этим пользуешься?

– Я могу пролезать даже в маленькие отверстия. И если мне врежут, мои кости не сломаются, просто на теле образуется большой синяк. Конечно, если удар окажется супермощным, я рискую внутренним кровотечением или чем-то подобным. Но… А в чем, кстати, твои изменения? – в свою очередь спросил он Мэтта.

– Мои? Скажем так, я становлюсь очень сильным и наношу сокрушительные удары, – ответил тот, указывая на меч за спиной.

Бен отказался от мысли двигаться ночью и собирался остановиться, чтобы разбить лагерь, но тут вдалеке на равнине он заметил здание с островерхой крышей.

– У кого бинокль? – спросил он.

Мэтт вспомнил про вещи Тобиаса. После крушения дирижабля он забрал вещи друга, чтобы не забывать о поисках. Порывшись в одном из висевших на спине Плюм рюкзаков, он нашел бинокль и отдал его Бену.

Глядя, как долгоход всматривается в черный горизонт, Мэтт задумался: можно ли там вообще что-то видеть, в такой темноте?

Бен вдруг выдохнул, словно испугался чего-то.

– Что там? – прошептал Мэтт.

– Крепость циников. Совсем недалеко.

– Хорошо! Давайте посмотрим на нее поближе, в такую погоду они нас не заметят.

Обогнув выступ скалы высотой около двадцати метров, они молча спешились. Медленно, стараясь примечать малейшие детали, чтобы не быть застигнутыми врасплох, пэны вышли на дорогу. И тогда увидели крепость.

Мэтт ахнул.

Она оказалась намного мощнее, чем он ее себе представлял.

Циники не случайно выбрали это место. C одной стороны деревья Слепого леса обрывались на крутом склоне, у подножия которого лежали валуны, в этот склон упиралась стена, перекрывающая весь проход и тянущаяся до самой реки; на противоположный берег был перекинут арочный мост, а вниз в темную воду с моста уходила гигантская металлическая решетка.

Сама крепость, массивная, с высокими башнями и донжоном, с зубцами и узкими окнами, была воздвигнута посередине стены. Дорога, по которой ехали пэны, переходила в поднимавшийся к большим стальным воротам пандус.

Вход внутрь крепости.

На башнях повсюду были развешены красно-черные флаги с серебристым яблоком посередине.

По стене передвигались огни. Тени. Часовые. Мэтт понял, что пэны столкнулись с реальной проблемой – обойти стену, чтобы продолжить путь в Уирд’Лон-Дейс, невозможно. Да и сама крепость выглядела неприступной. Армия пэнов ни за что не сможет ее захватить.

Проделанная циниками титаническая работа положила конец миссии пэнов. Надеяться больше не на что.

Это была не просто крепость, это были врата ада.

22. Хуже смерти

Ночь выдалась беспокойной. Каждый пэн понимал, что задание провалено. И выполнить его нет ни малейшей возможности.

Размышляя, что делать дальше, они ворочались в своих спальниках. И не могли представить себе, как это – вернуться и объявить, что надежды нет.

На рассвете Мэтт сидел и смотрел на огромную крепость сквозь ветки, с которых капала вода. Дождь прекратился только поздно ночью, и пэнам пришлось спать на стволах деревьев и пнях.

– Попасть туда будет непросто, – раздался за спиной Мэтта голос Эмбер.

Девушка подошла к нему и села рядом.

– Ты хотела сказать «невозможно»! А я-то наивно думал, что мы сможем обогнуть крепость и пойти дальше!

– Мы можем попробовать пройти через Слепой лес.

– Циники умышленно выбрали это место для строительства: смотри, стена упирается прямо в склон. Он нереально крутой! Камни, которые лежат на равнине, скатились оттуда. Этот подъем