Личности в истории. Россия - Сборник статей

Суворов лежал в постели уже вторую неделю. Резкие перемены в настроении императора, его немилость, кажется, окончательно убили в нем желание бороться за жизнь. Граф Хвостов, состоящий в родстве с генералиссимусом, склонился над ним, видя, что губы князя с неимоверным усилием пытаются что-то произнести. «Передай сыну, Аркадию, и Суворочке, Прохора освободили чтоб от крепостничества».

6 мая 1800 года в Петербурге граф Рымникский, Светлейший князь Италийский, граф Российской и Римской империй, генералиссимус российских сухопутных и морских сил, генерал-фельдмаршал австрийских и сардинских войск, Сардинского королевства гранд и принц королевской крови, кавалер бесчисленных орденов Александр Васильевич Суворов скончался от болезни, мучавшей его последние полгода.

Прохор Дубасов, верный спутник и друг великого полководца, был освобожден от крепостной зависимости. А Суворов? Обрел вечную славу и право стоять в одном ряду с героями, не потерпевшими за свою жизнь ни одного поражения, – Александром Македонским и Александром Невским.

Но стоп! Вечную славу? Уверен, что у нас в стране многие о Македонском знают гораздо больше, чем о Суворове, – я грешил тем же. За более чем сто лет после смерти полководца ему был поставлен всего один памятник. Кстати сказать – Павлом I, который, говорят, Суворова страшно не любил.

Не ждет ли забвение непобедимого героя? Конечно, военные стратеги не забудут его советов. Пусть процветает музей в Санкт-Петербурге, открытый еще Николаем II. Но много ли в него заходит посетителей? Уверен, еще меньше туристов добираются до музея-усадьбы Суворова в маленьком селе Кончанское. Да и местные жители, по словам директора музея-усадьбы, не ценят свое достояние – из-за актов вандализма в летнем домике пришлось оставить лишь вещи, непригодные в домашнем хозяйстве. Неужели такова участь великого полководца, отдавшего всю жизнь свою служению Отечеству? Полвека он защищал нашу страну и отстаивал честь русского оружия. Кто защитит его память сегодня?

Суворов – не только солдат. Он не просто единственный в мире, кто прошел путь от солдата до генералиссимуса. Не позабыть бы Суворова-поэта, любившего писать письма в стихах; Суворова – образованнейшего человека, знавшего около десятка языков. Суворова-писателя, автора нескольких литературных произведений, и Суворовафилософа, сказавшего: «Трудолюбивая душа должна быть занята своим ремеслом, и частые упражнения для нее столь же живительны, как обычные упражнения для тела».

В сердце моем навсегда останется правило, которым полководец руководствовался всю жизнь, считая его главным, – «Торопиться делать добро».

Напоследок

Летом 1749 года Семеновский полк обеспечивал в Петергофе караульную службу. Суворов стоял на посту у Монплезира. Он так ловко отдавал честь, что императрица Елизавета Петровна, проходя мимо, остановилась около него и спросила, как его зовут. Услыхав, что он – сын Василия Ивановича, которого она знала, вынула рубль с намерением отдать его Суворову. Но тот отказался, сказав, что по уставу караульный не имеет права брать денег. Императрица похвалила его за «знание службы», похлопала по щеке, дала поцеловать свою руку и положила рубль на землю, сказав: «Как сменишься, так возьми». Суворов всю жизнь хранил эту монету.

Взятие Туртукая

В 1773 году, в первую турецкую кампанию, Суворов получил назначение в дивизию генерал-поручика графа Салтыкова, который послал его с небольшим отрядом наблюдать за турками в Туртукае. Имея около 500 человек пехоты, 6 мая Суворов произвел разведки на Туртукай, причем опрокинул и обратил в бегство отряды турок (около 900 человек). Не дав неприятелю опомниться, он в эту же ночь назначил атаку, несмотря на то что армия турок насчитывала около 4000 человек и имела четыре сильные батареи. Ночью совершилась переправа через Дунай. Один за другим были взяты три неприятельских лагеря с их батареями, а затем – крепость Туртукай. Донесение Суворова фельдмаршалу Румянцеву состояло из двух строк:

«Слава Богу, и слава вам,Туртукай взят, и я там».

Битва при Рымнике (вторая турецкая кампания)

Неприятельская армия (115 000 человек) более чем в четыре раза превосходила соединенные силы русских и австрийцев. Несмотря на это Суворов решил неожиданно напасть на противника. Союзники начали наступление ночью, переправились вброд через реку Рымну и в полной тишине двинулись двумя колоннами на турецкий лагерь. Битва началась с восходом солнца и продолжалась почти весь день. Турки были разбиты и обратились в дикое бегство. За эту победу Екатерина пожаловала Суворову графский титул с прибавлением «Рымникский», орден Георгия I степени, бриллиантовый эполет и шпагу, осыпанную бриллиантами, с надписью «Победителю Визиря».

Денис Давыдов. «Моя жизнь – сражение»

Дмитрий Зубов

Я слушаю тебя – и сердцем молодею…

В его честь слагали хвалебные оды Пушкин, Лермонтов, Жуковский, Вяземский, Баратынский. Гоголь читал ему своего «Ревизора». Вальтер Скотт, знаменитый автор рыцарских романов, восхищался этим человеком и имел в своем кабинете его портрет… О ком это? Не узнали? Тогда добавим к описанию два слова: поэт-партизан.

«Малый рост препятствовал ему вступить в Кавалергардский полк без затруднений. Наконец, привязали недоросля нашего к огромному палашу, опустили его в огромные ботфорты и покрыли святилище поэтического его гения мукою и треугольной шляпой». Давыдов писал эти строки, когда уже стал блестящим офицером, признанным героем и мог себе позволить иронизировать по поводу своих первых шагов в армии. Лихой наездник, отважный рубака, хитрый стратег, он заслуженно пользовался репутацией прекрасного воина.

Отважные и смелые герои в русской армии были всегда, особенно в те времена. И все же почему-то именно Денису Давыдову мы отдаем свои симпатии, выделяя его фигуру из всех представителей той героической эпохи. В чем секрет обаяния этого человека? Может быть, в том, что имя героя-партизана неразрывно связано с интереснейшим явлением дворянской жизни XIX века, имя которому – гусарство.

Мастерская Д. Доу.

Портрет Дениса Васильевича Давыдова.

Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

Гусары – род войск, вид легкой кавалерии. Но не только. Со временем это понятие приобрело еще один, более глубокий смысл. Оно стало символом особого типа поведения, взгляда на жизнь, образа мыслей.

Помоги в казну продатьЗа сто тысяч дом богатый,Величавые палаты,Мой Пречистенский дворец.Тесен он для партизана!Сотоварищ урагана,Я люблю – казак-боец —Дом без окон, без крылец,Без дверей и стен кирпичных,Дом разгулов безграничныхИ налетов удалых…

Думаете, перед вами отрывок из стихотворения? Вовсе нет. Это фрагмент прошения Дениса Давыдова на имя генерала А. А. Башилова, возглавлявшего «Московскую комиссию по строениям» (Москомимущество того времени), с просьбой о продаже своего особняка на Пречистенке. Сухая казенная бумага, написанная поэтическим языком, – в этом весь Давыдов. Представляете себе лица чиновников, прочитавших такое? А какой шок пережили высшие военные начальники, когда Давыдов прислал им описание своих ратных подвигов с приложением списка чинов и наград, кои ему хотелось бы получить! И что самое смешное, он их получил, а сам при этом не переставая ворчал, что «даже каждый знак отличия должен был брать грудью».