Гнев и радость - Дженнифер Блейк

Откуда-то из-за камер донесся голос Офелии:

— Ну, что я говорила: Аллигатор Табэри!

— Дерьмо! — выругался Стэн. — Пойдемте, Джулия, пора продолжать.

Джулия не двигалась. Она даже не отвела взгляда от загорелого лица Рея и от его глубоких карих глаз. Наконец, она отдала команду:

— Разрядите оружие.

— Джулия! — начал Стэн.

Она повернулась к нему:

— Вы меня слышали? Сделайте так, чтобы все хорошо выглядело. Вы это дело знаете. Продумайте специальные эффекты, я не хочу далеко заходить с аллигаторами.

Лицо старика напряглось. Но он медленно кивнул:

— Вы — хозяйка.

— Благодарю вас, Стэн. — Она вновь положила руку ему на плечо, потом повернулась к съемочной группе:

— Давайте сделаем получасовой перерыв, затем продолжим.

На этом дело не кончилось. Вечером, когда все расходились, Стэн последовал за Джулией. Сначала они молча шли по тропе через заросли пальметто и папоротников. Откуда-то доносились голоса и смех участников съемок. «Интересно, — подумала Джулия, — а где Рей?» Она видела его час назад. Должно быть, он ушел домой до того, как сняли последнюю сцену. На тропу перед ними выбежала белка и, прыгая с ветки на ветку, забралась на дерево. Несколько секунд Стэн наблюдал за ней, потом осмотрелся по сторонам и, убедившись, что они одни, обратился к Джулии:

— Так что там у вас с этим Табэри? — произнес он.

— С каких это пор вы начали интересоваться моей личной жизнью? — спросила Джулия как можно спокойнее.

— Черт возьми, я спрашиваю не о ваших любовных делах. Меня интересует, как идет работа. По-моему, вы теряете над ней контроль и может быть, передаете его Табэри.

— Это неправда, и вы знаете это, — Джулия шла, держа в руках миртовую ветку и обрывая на ней листочки, так что вокруг них распространился приятный запах.

— Неправда? Вы внимаете любым советам, которые он изрекает, словно это Евангелие. Вы делаете разные варианты, чтобы приспособиться к тому, что считает нужным он. Вы уже советуетесь с ним по любой проблеме, касающейся съемок.

— С аллигаторами он был прав, — сказала Джулия, с трудом удерживаясь от возмущения. — Это еще удивительно, как к вам до сих пор не прицепились из ОЗЖЖО![4]

— Ну, полно. Это не лошади и не собаки.

— Этого никогда нельзя знать, и подобная реклама нам ни к чему.

Но Стэн упорно стоял на своем:

— Нельзя же так зависеть от Табэри. Это неправильно. Наш коллектив — как семья. Нельзя жертвовать семьей ради какого-то деревенского жителя, даже если у вас с ним что-то есть.

Джулия разломила миртовую ветку на мелкие кусочки и бросила их под ноги. Ей не нравилось, что их отношения с Реем оказались так заметны. Конечно, Стэн ее хорошо знает, но если заметил он, значит, могут заметить и другие. Ведь и в самом деле, между людьми, работающими в кино, возникают отношения вроде родственных, их сплачивают общая работа, общие трудности и даже профессиональный жаргон, малопонятный остальным. Публично поддерживая Рея, она нарушила эти обычаи. И тот факт, что Стэн был зачинщиком ссоры, дело не меняло. Надо было поговорить с ними отдельно и принять решение частным порядком, чтобы потом представить его как совместное.

— Может быть, вы и правы, — резко проговорила она, — но не забывайте, что Рей Табэри был нанят как консультант. Если не придавать значения его советам, то это выброшенные деньги.

— Да, вот именно, я так и считаю, что это выброшенные деньги. Думаю, будет невелика потеря, если мы от него избавимся.

Джулия неприязненно посмотрела на Стэна.

— Рей — авторитет во всем, что касается болот. Он знает, что правильно, а мы не знаем. Никто из нас не знает, — подчеркнула она.

— Мы могли бы обойтись и без него. Я мог бы сам показать Вэнсу, как бежать через кустарник, если бы Табэри этого не сделал. Вы же знаете, Джулия, мы должны сокращать расходы, так сократите Табэри, если у вас нет других причин, чтобы держать его здесь.

— В чем дело, Стэн? — спросила она раздраженно, так как все это ей порядком надоело. — Что вы, собственно, имеете против Рея?

Руководитель каскадеров посмотрел в сторону съемочной площадки, которая еще была видна за деревьями.

— Он слишком самоуверен. Кроме того, он сует свой нос в дела, которые не входят в компетенцию технического директора. Он слишком любопытен, и мне это не нравится.

— По-моему, вы преувеличиваете. Он просто делает свое дело.

— Может быть, но я еще раз вам скажу, мне это не нравится, и он не нравится.

Они дошли до автостоянки у ночного клуба. Стэн, не дожидаясь ответа Джулии, заковылял к зданию, Джулия с минуту постояла на месте. Прав он или нет? Действительно ли Рей сует нос не в свои дела? И если так, то зачем? И даже если Стэн прав, чего он так встревожился? Большинство людей интересуются киносъемками и всем, что с этим связано. Ничего плохого в этом нет, если только такой интерес не мешает работе над фильмом. Стэн, похоже, создает проблему из ничего.

Но вот и Офелия говорила, что Рей повсюду бывает и о чем-то со всеми разговаривает. Вдруг это больше, чем обычный интерес? «Надо разобраться», — подумала Джулия. Если окажется, что Стэн прав, то ей самой это разонравится.

Глава седьмая

Когда Джулия вошла в офис, она поняла, что там кто-то есть. Секретарша ушла в обычное время. В приемной никого не было, пепельницы были чистые, а журналы аккуратно сложены. Дверь, которая обычно запиралась, когда уходила секретарша, была полуоткрыта. Из-за двери слышался шелест бумаг.

Распахнув дверь, Джулия вошла в комнату. Рей, стоявший с папкой в руках, поднял голову. Его взгляд выражал удивление и беспокойство.

— Чем я могу помочь? — спросила Джулия с притворным сочувствием.

— Не спрашивай. Я думаю, офис — тоже часть твоей территории.

Она залилась краской, вспомнив прошедшую ночь, то, как он говорил эти слова, и его улыбку. Но она сохранила спокойный тон:

— В любом случае это не общественное место. Не объяснишь, что ты здесь делаешь?

Он перестал улыбаться:

— Я не уверен, что буду отвечать на вопросы, заданные таким тоном.

— Тон соответствует случаю. — Но, говоря это, она не была уверена, так ли это. Может быть, эти слова были вызваны подозрениями Стэна и ее собственным противоречивым отношением к Рею. В любом случае она никому не позволяла трогать ее вещи без разрешения.

— Ну, ладно, — сказал он. — Прошу извинения. Я ждал тебя и вдруг подумал, не поискать ли то, что мне нужно. В другой раз спрошу разрешения. Хорошо?

Его спокойное извинение подействовало обезоруживающе, так что сердиться было уже трудно.

— Что ты искал?