Книга 1. «Мы наш, мы новый мир построим…», 1917–1938 - Андрей Константинович Сорокин

(ЧК) по борьбе с контрреволюцией и саботажем право расследовать преступления, судить и выносить по ним приговоры, включая приговоры к смертной казни. Причем в течение 1918 г. диапазон использования чекистами внесудебных расправ будет расширен на дела, которые в обычной практике не считались политическими. Как мы видели, репрессии против политических противников были включены в арсенал средств управления большевистскими лидерами уже в первые дни после прихода к власти. Ленин не раз будет указывать: «Надо поощрять энергию и массовидность террора», как это он сделает в записке Г.Е. Зиновьеву 26 июня 1918 г.[217] В последующие месяцы эти практики будут развиваться. Апогей наступит в конце лета.

30 августа 1918 г. во время митинга на заводе Михельсона в Замоскворечье состоится знаменитое «злодейское покушение на тов. Ленина», обстоятельства которого с течением времени не становятся менее загадочными. 2 сентября ВЦИК по предложению своего председателя Я.М. Свердлова примет резолюцию, в которой пообещает на белый террор врагов рабоче-крестьянской власти ответить «массовым красным террором против буржуазии и ее агентов». 5 сентября 1918 г. СНК своим постановлением заявит, что «обеспечение тыла путем террора является прямой необходимостью», что «необходимо обеспечить Советскую Республику от классовых врагов путем изолирования их в концентрационных лагерях; что подлежат расстрелу все лица, прикосновенные к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам…»[218] Так будет объявлено о начале красного террора, главным инструментом которого станет ВЧК. 28 октября ВЦИК примет Положение о Всероссийской и местных ЧК. ВЧК была объявлена центральным «органом Совета Народных Комиссаров», члены которой назначались Совнаркомом. ВЧК получала «право на организацию при себе особых вооруженных отрядов»[219]. Само собой разумеется, что подготовленный Дзержинским проект Положения предварительно был рассмотрен ЦК партии. Довольно скоро партийное руководство сочтет необходимым поставить репрессивные практики под свой контроль более жестко. 11 декабря 1918 г. Совет труда и обороны примет специальное постановление о порядке ареста органами ВЧК сотрудников советских учреждений и предприятий, обнародованное за подписями Ленина и Сталина. Более того, народные комиссариаты и комитеты РКП(б) получат право «освобождать из-под ареста всех тех из арестованных по постановлениям чрезвычайных комиссий, за кого представят письменное поручительство два члена коллегии комиссариата или два члена городского или губернского комитета РКП» [220].

Нет сомнений, что это постановление сыграло определенную роль в становлении системы круговой поруки в партийной среде. Достаточно очевидно и то, что этот опыт организации массовой репрессивной кампании в ответ на акт индивидуального террора Сталин использует после убийства С.М. Кирова.

Сталин будет придавать особое значение на протяжении всей своей жизни теме контроля репрессивных органов. В октябре 1920 г. в письме к Ленину он обратит внимание на то, что органы ВЧК «стоят над партийными организациями». По его мнению, «нужна генеральная чистка органов Чека» [221].

В арсенал средств укрепления власти большевистской партии прочно вошло заложничество. VI Всероссийский съезд Советов в ноябре 1918 г. решит упорядочить эту активность, теперь право брать заложников стало прерогативой исключительно ВЧК. «Увлечение» концентрационными лагерями примет столь широкий размах, что 19 июля 1919 г. на объединенном заседании Политбюро и Оргбюро ЦК принимается решение «О концентрационных лагерях», которым было предписано организовать их «разгрузку». Дзержинский, выступая на 4-й конференции чрезвычайных комиссий 6 февраля 1920 г., скажет: «Вопрос о концентрационных лагерях — это вопрос о новых методах борьбы с тунеядством и уголовным спекулянтским миром, с одной стороны, а с другой стороны, это вопрос организации лучшего использования тунеядствующей рабочей силы в интересах республики» [222].

Постановление Совета рабочей и крестьянской обороны о порядке ареста ответственных работников советских учреждений органами Всероссийской чрезвычайной комиссии

11 декабря 1918

Подписи — автографы В.И. Ленина, И.В. Сталина, Н.П. Брюханова

[РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 7724. Л. 1–1 об.]

Говоря о практиках управления, созданных большевиками в годы Гражданской войны и получивших затем «прописку» в сталинской науке управлять, следует напомнить упоминавшийся выше факт, что Сталин оказывается прямо причастен и к первой из советских «национальных операций», объектом которой становится в 1920–1921 гг. казачество Кубани и Терека. Во многом именно его решениями, как уже отмечалось, осуществляется депортация казаков и заселение казачьих станиц представителями горских народов[223].

Важным для личной характеристики Сталина является эпизод, связанный с рассмотрением 13 декабря 1921 г. на Политбюро вопроса о «голодном каннибализме». В разгар катастрофического для Советской России голода, разразившегося в 1921–1922 гг. и унесшего несколько миллионов жизней, Сталин оказался единственным, кто выступил за уголовное наказание за людоедство в противовес решению большинства об изоляции каннибалов как психически больных [224].

Вступив в 1922 г. на пост генсека ЦК большевистской партии, Сталин примет участие в организации гонений на Русскую православную церковь. В апреле 1922 г. через десять дней после состоявшегося назначения он направит всем губкомам циркуляр, предписавший выделить специального ответственного работника для руководства работой, «связанной с вопросами церкви и раскола духовенства». Перед ними будет поставлена задача «всемерно подталкивать лояльных попов на лозунг нового поместного собора для смещения контрреволюционного патриарха и его клики». При этом губкомам партии и исполкомам Советов будет запрещено участвовать в этой работе официально или открыто. «Инициатива должна исходить от демократических попов и верующих мирян» [225].

Постановление Политбюро — отмена возбуждения судебного дела о людоедстве и решение об изоляции каннибалов как психически больных; записка Сталина о необходимости введения уголовного наказания за людоедство

30 декабря 1921

Л. 12–12 об. — автограф И.В. Сталина

[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 163. Д. 231. Л. 8, 12–12 об.]

Сталин вынесет важный опыт из событий Гражданской войны. К нему придет осознание, «что те элементы… которые составляют большинство нашей армии — крестьяне, не будут добровольно драться за социализм… Ряд бунтов в тылу, на фронтах… показывают, что непролетарские элементы, составляющие большинство нашей армии, драться добровольно за коммунизм не хотят…» Отсюда следовала задача «эти элементы перевоспитать в духе железной дисциплины, повести их за пролетариатом не только в тылу, но и на фронтах, заставить воевать за наше общее социалистическое дело…»[226] Ясно это станет не только Сталину. 29 мая 1918 г. ВЦИК Советов издаст декрет «О принудительном наборе в Рабоче-Крестьянскую Армию»[227], который осуществит переход от добровольного принципа комплектования армии к обязательной военной службе. Категорический императив, заключенный в приведенных выше словах Сталина, станет практическим руководством не только в отношении военного строительства, но и применительно