Соединенные Штаты России 3 (СИ) - Ром Полина

Рим хотел сказать Быку, чтобы тот не расслаблялся, но сдержался. Он уже не был уверен, стоит ли ему вообще командовать — как минимум сейчас. Всё же бойцы поучаствовали в сражении, где вполне могли откинуться. Причем на этот раз — без вездесущих андроидов. Они действительно серьёзно рисковали.

«Может, этого нам и не хватает?» — подумал Рим, крутя в руках кубок вина, к которому не рискнул прикоснуться, боясь опьянеть и утратить концентрацию. — «Слишком много было решений, слишком мало действия… Не предназначена мы, чтобы руководить государствами. Никто из нас для этого не создан. Мы солдаты без армии…»

— Чего пригорюнился, Андрюх? — спросил проходящий рядом Марат. — У нас всё получилось.

Рим промолчал, Он смотрел на двух королев, сидящих в креслах во главе центрального стола. В Шеффилдском замке нашелся настоящий приёмный зал. Он был ярко освещен и застеклен. Солнце уже заходило, и витражи играли сотням красок, превращая зал и сидящих в нем людей в карнавальную процессию. Столов было много, и Рим мог только подивиться местному распорядителю, который настолько умело их расставил, и гостей рассадил за них в положенном их титулам порядке.

Казалось, обе королевы сидели вплотную друг к другу и, хотя их разделяло не меньше метра, но из-за пространства зала выглядело это так, будто сёстры едва ли не прижались локтями. Дальше сидели пэры и лорды, которые глушили вино с таким рвением, что слуги едва успевали подливать. Был здесь, конечно, и Бен с остальными рыбаками и лесорубами. Посадили их, видимо, так, чтобы от них не сильно шибало в ноздри. Гостям предварительно оформили хорошую ванну, но вот с мылом в этом замке, похоже, были проблемы.

— Какой-то тусклый приём, — пожаловался Кот.

— А чего ты хотел? — удивился Гек. — Сочных танцовщиц и лютню с гуслями?

— Я как-то по-другому себе королевский пир представлял, — сказал Кот. — Тем более по такому поводу. Не каждый день королеву спасают. Где пажи, камердинеры? Где белые воротнички, воняющие крахмалом, как белорусская бульба?

— Это тебе во Францию надо, — заметила Фифа. — Пышность и роскошь оттуда пошли. А в Англии ещё долго не будет привычного тебе королевского двора. Тут люди простые. Они сегодня, наверное, весь запас свечек истратили, на которых должны были всю зиму сидеть.

— Так нам типа честь оказали, — хмыкнул Гек.

— Свечками и жратвой, — добавил Бык, пытаясь орудовать вилкой и ножом одновременно. — Чёрт, в левой неудобно…

— Терпи, — посоветовала Фифа. — Может, манерам научишься.

Рим наконец отставил непочатый кубок. Его нервировало, что он постоянно демонстрирует свои сомнения по любой чертовщине. Казалось бы, схватил рюмку — пей. Не хочешь — не хватай. Похоже, дипломатам действительно живется непросто.

Доказательством этого служил стол, противоположный тому, за которым находился Бен, потому что за этим столом разместился весь бомонд испанцев.

Родриго Веласкес, конечно, не был казнён. Также его не поразил кинжал из темноты, который бы нанесла рука представителя людей свободной воли. Иными словами, чертов испанец был всё ещё жив, и ни одна из королев не попыталась его прирезать, как свинью, где-нибудь в замковом сортире.

Более того, Родриго находил в себе силы ещё и аккуратно поедать лакомства. Он филигранно орудовал вилкой, нанизывал кусочки говядины и отправлял себе в рот, даже не пачкая пышных усов. То и дело, он встряхивал голову, отбрасывая назад гриву роскошных седеющих волос, на этот раз распущенных. При этом он встречался взглядом с Римом, но его глаза были совершенно непроницаемы.

Что было на уме у испанца, который не сумел окончательно закрепить Марию Стюарт на троне — можно было только гадать. А гадать Рим очень не любил. Но понимал, что королевы сделали что нужно: Родриго не был арестован. Его не бросили в темницу, не отвели в пыточную, которая, несомненно, была в этом замке, как и во всех других. Его не выгнали из страны. Испанец просто продолжал тут сидеть со своей свитой в непонятном качестве. И Рим, чем больше смотрел, как спокойно тот ест, тем больше понимал, что ни Елизавета, ни Мария, не найдут в себе сил и воли прогнать испанцев или казнить их.

Тем более не сделают этого и лорды. В принципе, Бен технически мог. Но без слова Марии он теперь и пукнуть не посмеет.

Так что у Рима было нехорошее подозрение, что единственный, кто здесь может расправиться с испанцами, — это он сам. И, похоже, Родриго это тоже понимал. Поэтому старался не провоцировать.

— Ну что, народ, делаем ставки? — бодро предложил Кот. — Как думаете, кого отравят первым на этом чудесном пиру?

— Никого, — хмыкнул Бык. — Все будут жить долго и счастливо.

— Думаешь?

— Вон смотри, Андрюха не пьет.

Рим схватил кубок, залпом осушил его до дна и бросил под стол.

— Эй, полегче, — вмешался Кот. — Хотя бы сырком занюхай. Собаки уже всю плесень слизали. Кушать можно.

Словно в подтверждение его слов, на Рима из-под стола уставилась маленькая собака. Сыр она, конечно, не лизала, но нарисованная Котом картина была достаточно яркой, чтобы Рим ощутил рвотные позывы. Впрочем, с ними он справился без труда, а вот крепко приложить Кота по затылку ему до жути захотелось.

Сидящий напротив Скрип с наслаждением умял кусок вареной тыквы.

— Знаешь Рим, — заговорил он, — когда в нашем мире — ну, в том, который мы не меняли, — казнили Марию Стюарт, то у неё из-под платья выскочила собака. Это реальный исторический факт. На этой самой плахе она была в платье — не таком, как сейчас, но в похожем. Сам понимаешь, металлические обручи, типа корсет, и что-то такое. Тогда в юбках можно было хоть мужика здорового спрятать. Легла она на плаху, башку ей отсекли, а из-под платья собачка выскочила. И как давай лаять!

Рим понял, что выпить вина было хорошим решением.

— Скрип, — попросил он, — тебе бы не мешало чувствовать момент. Потому что сейчас ты, ну реально, зря об этом заговорил.

«Синеглазка» осмотрелся и обнаружил, что из остальных бойцов больше никто не ест. Он смущенно проглотил кусок тыквы, остававшейся у него в рту. Хотел что-то сказать, но вместо этого пожал плечами и продолжил жевать.

— Ладно, забыли, — сказал Цинк. — Народ, возьмите себя в руки уже. Надо решать задачу.

И он посмотрел на стол с испанцами.

— Да, согласен. — Бык почесал подбородок. — Тёмная лошадка сама по себе плохо, а тёмный табун — вообще проблема.

— Два тёмных табуна, — поправил его Рим. — Мы здесь еще более дикие, не забывай. Нас терпят потому, что боятся.

— Или хотят использовать, — предположил Марат озадаченно.

— Не без этого, — согласился Рим. — Помните разницу между богами и демонами?

— Нужность в оных, — сказал Бык. — Да все помнят, конечно. Рим, что делать будем?

— Поедим, пока дают, и пойдем спать, — сказал Рим. Забрав у Быка тарелку с говядиной и начхав на приличия, он начал есть его руками. — Жрём, пока дают, и отсыпаемся. Попросим у Бена комнату, он не откажет.

— У Бена? — спросил Цинк.

— Да, у него, — ответил Рим, вгрызаясь зубами в говядину, которая действительно оказалась хорошей. — Только он здесь честно подскажет безопасный угол. И его ребята уже весь замок обыскали.