Соединенные Штаты России 3 (СИ) - Ром Полина

— Да, ты прав, — сказал Цинк, тоже возвращаясь к еде. — Отожраться надо, пока есть шанс. Завтра нас самих могут на плаху повести.

— А я вообще удивляюсь, что нам пока не задали ни единого вопроса, — сказал Марат.

— Зададут, — пообещал Рим. — Сейчас только между собой решат, как дальше быть. И потом уже за нас примутся. Но не сегодня. А вот завтра хорошо бы, чтобы нас здесь уже не было. Либо придется снова во власть идти, или в новые боги. А здесь католики, так что в пантеоне нам места может не найтись.

— Намёк понял, умолкаю, — сказал Марат.

— Здорово, народ! — послышался голос Дзю. Тот приближался с полностью замотанной рукой от плеча до запястья.

— Братуха! — выдохнул Бык, вскакивая и хватая Дзю в объятия. — Заштопали тебя!

— Ты знаешь, прямо образцово, — похвастался Дзю, садясь между Быком и Цинком. — Здешняя медицина, конечно, на любителя, но резаные раны от меча они латают на ура.

— Опыта больше, — изрёк Цинк очевидную истину. — В нашем времени мечами особо не махаются. Раны от них не как от ножа. Каждое оружие специфические следы оставляет. Пожалуй, у нас бы без лазеров тебя так просто не залечили.

— Пальцы вроде шевелятся, — Дзю с гордостью посмотрел на забинтованную руку. — Сказали от силы месяц — и буду в порядке. Но лучше в замке переждать.

Рим начал есть медленнее. Он не планировал оставаться в замке Шеффилда так долго, да и вообще в Англии. По большому счёту, их задача здесь была выполнена. Они хотели донести послание, что не надо идти на поводу у военщины, тем более иностранного государства вроде Испании, что нужно жить своим умом и не идти против совести. Простые, в чем-то наивные истины, но здесь и сейчас они могли сработать как правда жизни. И, похоже, вполне себе срабатывали.

— Эй, а эти куда делись? — спросил Кот, показывая на стол испанцев.

Рим посмотрел в ту сторону. Испанцы ушли.

— Что-то будет, — сказал Рим, возвращая тарелку с недоеденной говядиной Быку. — Ждите, я проверю.

И, несмотря на протесты, встал за стола.

Глава 17

На выход Рима пропустили без проблем. Два стражника распахнули перед ним двери и учтиво поклонились. Как Риму показалось — немного иронично. Или же здесь так было принято? Интересно, как они провожали испанцев?

Стражники были похожи на тех, которых Дзю прирезал у внешних ворот. Это Рима немного напрягло. Слишком похожа была ситуация. Он даже ожидал тычка алебарды в спину. Пронесло.

«Нервы не к черту… — подумал он. — Точно старею».

Ориентироваться в коридорах замка было непросто. На освещении тут явно экономили. Слишком высокие потолки, слишком продуваемые щели. Ветер визгливо свистел в стенах — аж уши закладывало. Интересно, в каком веке люди научатся вешать на стены план этажа со схемой эвакуации? Пожалуй, вот какое знание следовало привнести там, за океаном.

За отсутствием ориентиров Разумовский решил идти туда, куда вели более богатые и красивые ковры. Он сам толком не знал, что хочет здесь увидеть. Но пировать с ощущением, что враг за спиной, он не собирался. И самому было непонятно — то ли это профессионализм, то ли психованные тараканы в башке разыгрались.

— Скучаем, командир? — послышался голос. Рим медленно повернулся.

Всё же от мягких ковров, как оказалось, была не только польза. Задрот догнал его совершенно бесшумно. «Синеглазка» снова включил иллюминацию, сверля Рима синими глазами.

— Следишь за мной? — спросил Рим.

— А нужно? — в свою очередь уточнил Задрот.

— Нет, — отрезал Разумовский. — Хочу за испанскими гостями проследить.

Задрот приложил палец к виску и сказал:

— Чувствовать металлы под ногами я не могу, как Скрип. Но у меня есть карта замка. Хорошо, что его снесут через несколько лет. Стропила шатаются. И подвал плесень разъедает. Куда тебе нужно?

— Туда, куда пошли испанцы. Можешь их видеть сквозь стены? — Рим не стал спрашивать как. И лишь понадеялся, что Задрот не будет задавать встречных вопросов, потому что Андрей понятия не имел, как именно «синеглазка» мог бы увидеть этих испанцев.

— Нет, вряд ли, — сказал Задрот. — Вот услышать — вполне. У меня после заморозки тоже суперсила появилась.

— Какая? — полюбопытствовал Рим.

— Я различаю диалекты на слух, — ответил «синеглазка». — Могу сам имитировать, если нужно.

— А испанцев услышишь?

— Конечно. У них английский не как у местных. Я могу вычислить по акценту в пределах замка кого угодно. Кто тебе нужен?

— Который главный, — ответил Рим. — Родриго. Если не получится, то любой из них.

— Секунду. — Задрот приложил вторую руку к другому виску, словно подкручивал невидимый рычажок громкости. Его лицо перекосилось от легкой гримасы боли.

— Громкость поднял, — вымученно улыбнулся он. — Сейчас, погоди… Слышу. В замке только один испанец. Третий поворот направо, вторая дверь.

— Спасибо, — поблагодарил Рим, собираясь идти.

— Может, с тобой? — Предложил Задрот.

— Нет, не нужно, — ответил Рим интуитивно. — Лучше разберись, куда остальные испанцы делись.

— Наверное, их нет в замке, — предположил Задрот. — А если я выйду, то не факт, что меня без тебя пустят назад. Может, я лучше обратно на пирушку?

— Да, ты прав, — сказал Разумовский, запоздало понимая свою ошибку. — Давай, спасибо ещё раз.

Когда Задрот ушел, Рим остро ощутил, до чего не хватает оружия. И ведь не догадался вилку со стола прихватить. Если верить Быку, то ножи и пистолеты пришлось заныкать там, где вряд ли кто-то их мог найти. В потайной канаве, прямо внутри рва, под мостом. Андрей догадывался, что в таком жирном и популярном месте никаких потайных нычек быть не может. И скорее всего, они просто нашли пустующий схрон для местной контрабанды.

Как бы то ни было, вариантов не оставалось. И приходилось рассчитывать, что за ближайшие часы схрон никто не потревожит.

Третий поворот направо, вторая дверь. Совпадение или нет, но здесь ковры были уже совсем пушистые. Более того — здесь, похоже, мало кто ходил. Гламурный уголок. Наверняка тут должна была стоять стража. Если что-то должно охраняться, но не охраняется, то это не слишком хороший признак.

Ладно, оружия или нет, но руки-ноги при себе, кости-связки целы. Прорвёмся.

У нужной двери свечей или факелов не было вовсе, хотя из-под щели под ней пробивался жёлтый отблеск. Рим аккуратно приоткрыл дверь и заглянул внутрь, На ходу пытаясь придумать возможную отмазку для своего внезапного визита.

Но когда он увидел, кто внутри, то понял, что никакие оправдания не сработают.

— Входите, — сказала королева Елизавета, смотря на Разумовского через зеркало. — Входите, достопочтенный Рим.

Её английское произношение было настолько королевским, до того нежным и плывущим, что Рим решил говорить как можно меньше. Просто чтобы не позориться. Он зашёл в комнату и прикрыл дверь за собой.

Здесь они с королевой оказались не одни. Неподалеку от стола у окна стоял неизвестный испанец, с максимально возможным аристократическим выражением лица — сухим, холодным, надменным. Хотя сама по себе внешность у него была совсем не аристократическая. Он скорее напоминал акулу, притворяющуюся дельфином.