Я стираю свою тень 9 - Сергей Анатольевич Панченко

при помощи химии или просто рвут атомы на части, выдирая нужные какой-нибудь силой.

— А зачем им тогда твой батя? — спросил Трой.

— Меня самого терзают эти мысли. Если инопланетяне такие умные, что им может понадобиться от моего отца? Или от любого из нас? — Я внимательнее рассмотрел чёткие снимки того места, где приземлился корабль. — Ответ может дать только он.

— Мы подходим к точке входа. Даю команду на снижение? — спросил Трой.

— Да. Раньше сядем, раньше свалим.

Как только плотность атмосферы стала выше, корабль затрясся мелкой дрожью. Собственная оболочка плазмы, отделяющая обшивку от контакта с атмосферой, на экране создавала вид, будто корабль горит.

— Выключи их к чёрту, — попросил нервничающий Апанасий. — Музыку поставь.

— Помирать так с музыкой, — мрачно пошутил я.

— Смеётесь? У этого судна такой запас прочности, что он может прямо в воду войти на полном ходу и не почувствует. Не ёрзайте, всё будет хорошо. Главное, чтобы местные не всполошились.

Посадка в виде свободного падения заняла несколько часов, потрепав нервы. Пришлось сесть на втором обороте, чтобы всё выглядело как можно натуральнее. Только когда Трой начал управлять судном, на высоте трёхсот метров тряска почти унялась. Он посадил аппарат в сорока километрах от того места, где стоял корабль пришельцев, в долине между невысокими пологими горами, посреди буйной растительности, закрывающей судно от ненужного взгляда.

— Думаешь, плазмоиды видят как мы? — уместно поинтересовался Апанасий.

— Я не уверен, что они вообще видят в нашем понимании, но силу инерции сознания никто не отменял, — ответил Трой. — Кроме них здесь живут обыкновенные существа, которые могут сдать нас своим союзникам.

Температура снаружи и состав воздуха вполне подходили для дыхания без средств защиты. Но мы всё равно их надели. Айрис побеспокоилась, чтобы на борту оказалось четыре комплекта защитных костюмов. Это были военные устройства, позволяющие действовать в условиях полного отсутствия кислорода. Они состояли из бронированного жилета с аккумулятором, поддерживающим температуру тела, средств связи, оптического и радиолокационного наблюдения. Помимо этого, имелась масса разъёмов для присоединения инструментов или оружия. Айрис побеспокоилась и о последнем. В грузовом трюме лежали магнитные винтовки, электрохимические, на случай отсутствия энергии, импульсные гранаты. Словом, всё, что нужно для короткого внезапного боя.

Апанасий экипировался и критически осмотрел свой милитаристский образ в зеркало.

— В таком наряде со мной ни один пришелец на контакт не пойдёт, — решил он.

— Мы рисковать не можем, — ответил я. — Откуда им знать, что это оружие, а не отростки нашего тела?

— Дикие животные воспринимают улыбку как оскал, — напомнил Трой. — Поэтому я поддерживаю Гордея, лучше перебдеть.

Люк комфортабельного джета мягко откинулся наружу. Внутрь корабля дохнуло ароматами местной природы, довольно приятными и свежими.

— Данные не врали, индустриальными запахами тут не тянет, — заметил Трой.

Я сошёл на землю первым, внимательно наблюдая через экран нейроинтерфейса все данные от средств наблюдения. Окрестности кишели живыми существами, однако ни одно из них не держало в руках оружия. Да и рук ни у кого из них не наблюдалось.

Апанасий спустился последним. Дверь закрылась, и мы остались один на один со здешней природой. Стрелка навигатора, дублируемая на экран шлема, показывала нам направление, в котором находился корабль пришельцев. Туда мы и направились.

Уже через километр нам показалось, что природа здешней планеты не тронута влиянием цивилизации. Нам не встретилось ничего нарушающего девственную неприкосновенность зелёных лесов. Животные, встречавшиеся нам на пути, не выглядели напуганными. Они с любопытством взирали на нас тремя глазами и только из-за природной осторожности держали дистанцию.

— Теория с рыбалкой с каждым шагом кажется мне всё более вероятной, — признался я.

— И нам ещё попадёт за то, что мы припёрлись и распугали твоему отцу всю рыбу, — усмехнулся Трой.

Когда счётчик расстояния указал, что от корабля мы отошли на пять километров, ландшафт резко оборвался крутым спуском, тоже поросшим лесом. С вершины открылся вид на огромное пятно открытого пространства, на котором не рос лес. Плешина занимала около трёх километров в поперечнике и выглядела как рыжий лишай на зелёном теле планеты. Готов был поклясться, что земляные насыпи на её территории имели искусственный характер.

— Ну вот, конец очарованию. Перед нами карьер, — решил я.

— Надо аккуратно подойти и узнать, не сюда ли отправили на работы твоего отца, — предложил Трой, разглядывая пятно в электронный бинокль. — Вижу там движение.

— Дай посмотрю. — Я взял бинокль из его рук и настроил на максимальное приближение.

По краям отвалов двигалась цепочка существ, не похожих на лошадей с телегами или грузовики. Разрешающая способность бинокля не позволяла точно рассмотреть фигуры работников.

— Идёмте. — Я вернул бинокль Трою.

Путь до пятна занял у нас почти два часа. Густые заросли сильно тормозили продвижение. Кроме этого, под плотным ковром лесной растительности находились провалы. Если бы не оборудование боевого костюма, мы запросто свалились бы в один из таких. Радар показал, что глубина провалов варьировалась от пятидесяти до двухсот метров, а дно в них жидкое. Внешне можно было понять, что под сплетением травы и лиан находится провал, только зная о нём. Середина зелёного одеяла провисала на ничтожную величину.

— По такому лесу не побегаешь, — заметил Апанасий, пробуя ногой траву у края обрыва.

Зелёная поляна заволновалась вибрациями. Из травы вылетела стайка пёстрых птиц и скрылась за деревьями.

— Очень похоже на карстовые провалы Центральной Америки — сеноты, — решил я блеснуть эрудицией. — Там даже люди купаются.

— Ну если туда попадает солнце, то ладно. А тут темно, как в аду. Я бы ни за что не стал купаться. Неизвестно ещё, что за шестиглавые монстры плавают в воде. — Апанасий передёрнул плечами.

— … взял груз, двигайся к выходу…

— Что? Кто это сказал? — Я поглядел на своих друзей. Они смотрели на меня непонимающим взглядом.

— Вы же слышали голос? — спросил я шёпотом. — Он что-то про груз сказал.

— Оборудование не показывает ничего подозрительного. — Трой сверился с показаниями радара.

Мой радар тоже показывал только здешних животных, которые вряд ли умели говорить, тем более на русском.

— Это было похоже не ментальное прикосновение, — с благоговением произнёс Апанасий. — Я знал одного инопланетянина, который общался только таким образом. У него башка была в два раза больше моей.

— Мы что,