Огонь войны и пламя любви - Светлана Катеринкина

может выйти, что и не свидятся они более под этим небом. Дамир давно чувствовал угрызения совести, чувствовала их и Викалина. Они оба были предателями, и предательство связывало их даже больше, чем симпатия друг к другу. Но Дамир не хотел, чтобы между ним и супругой его пролегла тень погибшего охотника, поэтому он надеялся, что Саир Мак всё-таки выживет.

Саир спустился с холма и выжидал момент. Он хотел как можно ближе подпустить к себе оборотней, чтобы возбудить в них охотничий азарт, ведь в этом случае многие из них кинуться его догонять и за Дамиром погоня будет не так многочисленна. Свирепый вой приближался, лошадь под Саиром буянила от ужаса, стуча копытами о мёрзлую землю. Луна хорошо освещала местность. Когда охотник чётко различил самого огромного волка, чёрного, как недра земли, с горящими красными глазами, он закричал что было мочи:

— Эй! Поганые псы заморских земель! Зря сунулись вы в Свободные Земли, ибо, клянусь, не останется ни один из вас в живых, чтобы там ни обещал вам колдун!

Яростное многоголосое рычание взорвало морозный воздух. Саир пришпорил коня и во весь опор помчался на запад. Разъярённые чудища в большинстве своём кинулись за ним, но не гигантский чёрный волк. Он резко остановился и начал обнюхивать землю. Это был сам Васенчук, предводитель оборотней. Он прекрасно помнил, как накануне его стая разделалась с эресвенскими дозорными. Но вот явились новые, значит цель близка! Ещё немного и обнаружат они войско, которое пришли уничтожить. Васенчук был очень хитёр, и понял, что не даром эресвенец так медлил и лишь когда оборотни были близко помчался от них во весь опор. Он явно куда-то заманивает стаю. В ловушку? Хотя какая ловушка для оборотней? Уж больно грозные они воины. Васенчук обнюхивал землю метр за метром, и наконец напал на ещё один след, уводивший на север. Вот оно что! Всадников было двое, и пока один улепётывает к своим, чтобы предупредить об опасности, другой отвлекает внимание стаи на себя! Вожак недовольно фыркнул, заметив, что очень многие его сородичи попались на эту уловку и мчаться теперь в ложном направлении. Он задрал страшную клыкастую морду и требовательно завыл. Жуткий голос его заставил одуматься подчинённых, и большинство их них остановились, а потом и вовсе повернули назад. Однако некоторые продолжали преследовать Саира, они знали, что означает вой вожака, но знали они и то, что беглеца необходимо догнать и уничтожить. По этой причине, несмотря на приказ вожака, непокорные чудовища продолжали гнаться за охотником. Надо сказать, что у оборотней с иерархией слабовато. Часто решения вожака оспариваются амбициозными сородичами. Поэтому периодически в среде этих тварей происходят междоусобицы и кровавая грызня. Это обстоятельство дало некоторое время Дамиру, и он с большим отрывом мчался на юг. Лошадь его, вымотанная было дорогой, забыла свою усталость, понимая, что находится в смертельной опасности. Да и земляные орехи придавали ей сил, так как это очень питательные корнеплоды. Свежевыпавший снег был мягок и позволял копытам не скользить по замёрзшей почве. Однако и оборотням это помогало преследовать беглеца. Васенчук возглавил погоню, и началась смертельная гонка, от которой очень многое зависело.

Тем временем Саир продолжал гнать скакуна по степи, овеянной ночным мраком. Он то и дело оборачивался и видел, как красные точки движутся за ним. По мере того, как он продвигался на запад, точек становилось всё меньше, и вот уже наконец лишь несколько пар глаз пронзали тьму за спиной охотника. Оборотни устали выть и мчались за ним молча. Саир увидел впереди холмы и решил устроить засаду. Рискованно, но это единственный шанс выжить. Ведь оборотни могут бежать несколько суток подряд, а лошадь на это не способна. Саир заставил скакуна бежать ещё быстрее, и вот уже склоны холмов скрыли его от преследователей. Охотник огляделся и обнаружил каменистый выступ. Лошадь свою он привязал на видном месте к сухому тощему стволу. Животное могло бы выдернуть этот ствол, но оно уже очень устало. К тому же страх парализовал теперь скакуна. Саир, похлопав его по спине и прошептав на ухо что-то утешительное, спрятался за выступ и приготовил лук со стрелами. Во времена своего странствия по степи он многому научился, знал некоторые охотничьи хитрости. Только на этот раз дичью был он сам, и это ощущение неприятно шевелилось тревожными мыслями в его мозгу. Но надо было взять себя в руки. Разве мог он сдаться, когда война только началась? Умереть вот так, не совершив каких-то подвигов, мужчина не хотел. Хотя отвлечь на себя стаю оборотней, это само по себе кое-что да значит. Наступила тягостная тишина. Воя не было, но охотник прекрасно знал, что враги рядом. Он, притаившись, старался по возможности не издавать ни малейшего шороха. Внезапно где-то справа мелькнула тень. Лошадь заржала. Саир натянул тетиву и выпустил стрелу в огромную фигуру, кинувшеюся было к несчастному животному. В тот же миг раздался вой, в котором угадывались и боль, и злоба. Оборотень пал на землю, сражённый метким выстрелом. Стрела вонзилась в широкую грудь. Ещё несколько мгновений чудовище боролось со смертью. Увидев поражение сородича, к Саиру бросились ещё двое монстров. Первого он сразил, выстрелив в красный глаз. Второй попятился, но тут же совершил прыжок на неприятеля. Однако охотник уже успел натянуть тетиву и поразить и этого противника. Трое оборотней, умирая, приняли человеческое обличье. Это были страшные, лохматые люди, тело которых густо покрывали волосы. Один из них ещё корчился на снегу, подвывая от боли. Саир подошёл к нему и наступил ногой на окровавленную грудь.

— Что, тварь, подыхаешь? Я же предупреждал, что все вы здесь найдёте свою смерть!

— Рано радуешься… человек… — со злобой в слабеющем голосе отозвался умирающий, — нас тысячи, мы заполоним эти земли… к тому же Варкан дал нам волшебное средство, и теперь нам не нужно дожидаться ночи, чтобы обрести силу…

— Что ты несёшь, гад! — гневно вопросил Саир, но оборотень уже хватал ртом воздух в предсмертных муках и не мог более ничего ответить. Через несколько секунд тело его обмякло, а взгляд застыл, уставившись на луну.

— Поделом тебе! — торжествующе крикнул эресвенец. — Теперь ты просто падаль и труп не будет погребён с достоинством, а будет по кускам растащен стервятниками да воронами.

Охотник огляделся по сторонам. Облако заслонило ночное светило, и тьма теперь не позволяла хорошенько всё разглядеть. Лошадь всё ещё не могла успокоиться, но хозяин ласково погладил её по мягкой гриве.

— Ты у меня молодец, — подбадривал он напуганное животное, — выручил в трудную минуту.

Пока Саир разговаривал