Огонь войны и пламя любви - Светлана Катеринкина

могли оказаться гарпиги. Лошади, переведя дух, принялись жевать скудную растительность. С наступлением холодов зима промёрзла и теперь добывать земляные орехи стало куда труднее. Дамир достал из своего походного мешка покрывало и уселся на него, намереваясь перекусить. Саир в молчании бродил поблизости. Он то и дело всматривался вдаль, стараясь рассмотреть местность сквозь редкую белёсую пелену. Колкие снежинки падали ему на лицо и застревали в густой чёрной с проседью бороде.

— Не мешало бы и тебе перекусить, — буркнул Дамир, когда охотник проходил мимо. Саир не ответил ему. Он устроился на некотором расстоянии от него, достал кусочек вяленого мяса щукоящера и принялся пережёвывать эту питательную пищу. Саиру вспомнился последнее плавание эресвенцев на Русалочьи болота. Тогда он был руководителем охотничьей экспедиции. Отряд его стремился на промысел щукоящера. Саир вспомнил героический поступок Витмира, когда тот спас Маруса Краснослова на охоте. Вспомнил он и о романе Витмира и дочери Болотного царя, и о том, что долгое время молодого человека отказывались брать в это традиционное для эресвенцев странствие. «Интересно, — думал он, — если бы мы в тот раз не взяли Витмира Лавка и он не встретил бы на Болотах свою любовь, выходит, что и Болотный царь не послал бы его в Пещеру Желаний? Тогда бы ни Марус, ни Витмир не узнали бы о грозящей всему миру опасности…Что ждало бы Эресвен, да и все Свободные Земли, если бы не любовь рыбака и водяной девы? Как ни крути, а любовь во всей этой истории сыграла решающую роль. И сыграет её вновь…»

— О чём ты думаешь, Саир, — прервал его размышления спутник.

— Да так… — пожал плечами охотник, — ни о чём…

Он отвернулся от Дамира, показывая тем самым нежелание вступать с ним в беседу. Дамир сверлил стальным взглядом серых глаз его спину. Холодная ухмылка искривила его бородатое лицо. Через некоторое время два всадника вновь пересекали неприветливую степь. Остаток дня прошёл в полном молчании.

Когда сумерки начали сгущаться, путники стали подыскивать место для ночлега. Впереди был небольшой холм, склон которого мог защитить от ветра, разогнавшего тучи. Небо расчистилось. Медленно зажигались звёзды. Спешившись и ведя лошадей за поводья, воины подошли к холму. Лошади зафыркали и забили копытами.

— Что-то нервничают они, — проворчал Саир.

Дамир настороженно прислушался, а потом предложил:

— Давай заберёмся на вершину холма и оглядимся. Ночь светла от снега и из-за ясного неба. Может, удастся что-то разглядеть. Там же устроимся и на ночлег.

— Нас будет хорошо видно на вершине, — возразил ему Саир.

— Нас и на равнине хорошо было видно, — отозвался его спутник, — если враги поблизости то и так давно нас заметили. А на вершине мы хотя бы будем видеть, кто к нам пытается подкрасться.

Саир, промолчав, начал взбираться на холм. Вскоре оба воина достигли плоской вершины. Они не сразу поняли, почему лошади их вдруг заржали и вздыбились. Но, едва успокоив скакунов, мужчины огляделись и пришли в ужас. На вершине лежало несколько тел, припорошенных снегом. Воины осторожно приблизились к трупам. Дамир стряхнул пушистый снег с павшего воина и увидел на кольчуге характерное изображение: фиолетовые волнистые линии и три красные рыбки. Он горестно вздохнул и, прикрыв глаза рукой, тихо проговорил:

— Эмблема Эресвена…

— Проклятье! — вознегодовал Саир, — это наши дозорные! Как думаешь, давно они погибли.

Дамир осмотрелся.

— Прошлой ночью выпал снег, как раз перед тем, как мы покинули войско…значит трупы лежат здесь больше суток… Возможно, что товарищи погибли вчера…днём или вечером…но никак не сегодня, видишь, нет кровавых пятен, их снег укрыл. Давай-ка оглядимся как следует.

Дамир продолжил изучать место трагедии.

— Странно, — пробормотал он, — нет ни одной гарпигской стрелы… ничего такого, чтобы указывало на присутствие этих тварей.

Саир тем временем осматривал трупы. Четверо людей погибли явно не от нападения гарпигов. На горле каждого из них зияла страшная рваная рана.

— Погляди, Саир! — встревоженно призвал Дамир. — У некоторых воинов отгрызаны руки, у одного нога.

Саир молча взирал на страшную картину и недоумевал.

— Гарпиги так не сражаются, — задумчиво проговорил он, — может хищники какие?

— Ты прекрасно знаешь, что в степи Отчаяния нет крупных хищников: ни медведей, ни волков. Звери эти водятся в Мрачных горах, — заметил Дамир.

— Но мы уже близко от гор, может звери и забрели сюда? — предположил охотник.

— Вряд ли, — возразил ему спутник, — крупным хищникам здесь нечего делать, так как в степи нет подходящей для них добычи, да и гарпигов они остерегаются.

— Тогда кто убил наших товарищей? — спросил Саир.

Ответа он не услышал, зато услышал в отдалении протяжный вой. Оба воина замерли. Вой повторился. Тем временем полная луна показалась на небосклоне и осветила всё вокруг. Эресвенцы увидели, как с севера в направлении к ним движутся многочисленные точки.

— Это не волки! Уж поверь мне, опытному охотнику! — вскричал Саир. — Вой отличается от волчьего!

— Тогда кто же это? — с дрожью в голосе спросил Дамир.

— Ты знаешь, — проговорил охотник, — я так и знал, что слухи правдивы!

— Какие слухи? — нетерпеливо воскликнул Дамир.

— Дорогвон говорил мне, что будто бы он слышал об оборотнях, которых Варкан Гартари призвал к себе в союзники.

— Но они живут за Серебряным морем! — поразился страшной догадке Дамир.

— А что им мешало внять лиходею и приплыть в Свободные Земли? — спросил охотник.

Тем временем точки стремительно приближались. Теперь уже даже у Дамира не осталось сомнений в том, что это не волки, уж больно большими они были.

— Мы должны спрятаться! — призвал он спутника.

— Где тут спрячешься? — возразил охотник, — к тому же они нас учуют, будь уверен.

— Что же делать? — в голосе Дамира послышалось отчаяние. — Мы не можем погибнуть, не предупредив своих о новой угрозе!

— Правильно! — решительным тоном отозвался Саир. — Ты поскачешь назад, к нашим и предупредишь их об опасности, а я отвлеку неприятеля. Я поскачу на запад, как только ты удалишься достаточно далеко.

— Но ты погибнешь! — запротестовал Дамир.

— Лучше уж я, чем ты! У тебя жена и малые дети. К тому же я не собираюсь так просто сдаваться. Пусть эти твари ещё попробуют догнать эресвенского скакуна! — прокричал Саир, впрыгнув в седло. — Скачи же! На тебя вся надежда! Давай! Не подведи!

Дамир несколько мгновений колебался, но потом сел на коня и помчался во весь опор на юг.

В сгустившейся тьме он, обернувшись назад, уже не видел ни охотника, ни движущихся чёрных точек. Был только холм, как монолитная глыба чернел он при свете луны. Дамир всё удалялся от этого места, и сердце его защемило от тоски. Он с досадой думал о том, что так и не успел примириться с другом. А нынче так