Избранница - Элли Крамер

– А я вовсе не считаю ее безответственной, – сказала девушка. – Я проверила. Компания-инвестор имеет хорошую репутацию. Вовремя производит выплаты и предоставляет рабочие места местным жителям. Увеличится доход городской казны. Это хороший экономический стимул.

– На городском совете ты конспектировала речи выступающих. Непохоже, что ты внимательно меня слушала. – Он тоже подготовился к выступлению, предоставив убедительные данные, что в других небольших городах после открытия таких развлекательных центров резко усиливалась криминогенная обстановка. Вырастал уровень преступности, учащались ограбления, воровство, разбои и изнасилования. Многие жители Ишбери разделяли его точку зрения, считая, что городской бюджет не стоило укреплять такой ценой.

Джессика развернулась лицом к Прайду.

– Я прекрасно слышала, о чем ты говорил. Но согласиться с твоей точкой зрения не могу. Это мне позволено?

– Еще бы, ты же главный редактор.

Она снова уткнулась в бумаги.

– И все же я не понимаю, зачем ты это делаешь? – снова начал Берни. – Ты же только и говоришь, что скоро уедешь отсюда.

– Да. – Она демонстративно сверилась с календарем, лежащим на столе. – Какое счастье. Осталось потерпеть совсем немного. Я просто считаю дни до того момента, когда это случится.

Она намеренно напомнила ему, что время шло, а они до сих пор действовали наперекор друг другу. Эта мысль поразила его, как удар поддых.

– Тогда почему ты продолжаешь бороться за то, что явно не подходит нашему городу?

– Потому что у меня на этот счет другое мнение.

У него в запасе были и другие аргументы, но Берни понял, что разговор ни к чему не приведет.

– Может, дело совсем не в игровых автоматах?

– То есть? О чем ты говоришь?

Берни заметил, что Лилиана всеми силами старается не проявлять интереса к горячему спору, разгорающемуся у нее под носом.

– Я думаю, что дело… в стирке, – триумфально выпалил он.

Джессика фыркнула.

– Еще чего!

– Разве нет? – В его голосе слышались самодовольные нотки. – И твой поступок не что иное, как диверсионная тактика. Ты рассчитала, что разозлишь меня и тем самым отвлечешь мое внимание от основной цели.

– Ты спятил! Самодовольный нахал. Безумец, – прошипела Джессика надменно. – Хочешь – верь, а хочешь нет, но дело вовсе не в твоей персоне.

– Может, и нет, – примирительно согласился Берни. – Или все-таки да?

– Нет, Прайд. – Она захлопнула папку и швырнула в ящик стола, задвинув его с грохотом. – Если хочешь, я объясню тебе, в чем проблема. Все просто: моя система убеждений находится в прямом и фатальном противоречии с твоей.

– Согласен.

– И точка!

– Ладно… – Он пожал плечами. – Не буду возражать, если такая формулировка избавит тебя от бессонницы.

Она схватила карандаш и нацелилась им в Берни, как миниатюрным копьем. Он выставил ладонь, защищаясь.

– Так же моя формулировка ясно указывает на фундаментальные различия между нами.

Он наклонился над ее столом, и его глаза оказались напротив ее.

– И в чем же, скажи на милость, состоят наши различия?

Он признал, что Джессика Лейн не так-то легко сдавалась. Молодая женщина не отводила глаз и смотрела на него в упор. К счастью, он находил ее воинственность очень возбуждающей.

– Во-первых, – сказала она, – я могу видеть картину в целом, а ты – нет. Я просчитываю варианты с разных сторон, а ты лишь часть. Я знаю, что помимо Ишбери существуют и другие миры, ты же не желаешь слышать об этом.

Если бы он не был так раздосадован, а Лилиан не наблюдала за их спором с таким любопытством, Берни поцеловал бы ее прямо сейчас, чтобы заставить замолчать и загасить огонь перепалки. Но вместо этого он продолжал препираться.

– Докажи.

– Что ты сказал? – возмущенно воскликнула Джессика.

– Ты слышала. Говоришь ты или молчишь, я обеими руками за то, чтобы провести еще один цикл стирки. В любое время. В любом месте. А ты?

Он заметил, что Джессика бросила быстрый взгляд на Лилиан, которая, казалась, была удивлена, что они с такой свирепостью обсуждали какую-то пресловутую стирку. Потом она оперлась ладонями о стол, приподнявшись со стула, и наклонилась в сторону Берни. Джессика заговорила почти шепотом, но это только добавило ядовитости ее голосу.

– Я не стала бы заниматься с тобой стиркой, Берни Прайд, если бы ты даже оказался последним мужчиной на планете.

– Кто тебе поверит?

– Мне все равно.

– О, а я думаю, что совсем наоборот, – парировал он. – Понимаешь, тебе просто необходима стирка. И твоя самая большая проблема в том, что ты слишком долго накапливаешь белье. Я уверен, что ты серьезно нуждаешься в хорошей стирке с большим количеством мыльной пены.

Ее глаза расширились и снова сузились от негодования.

– Неужели?

– Да.

– Позволь и мне сказать кое-что о стирке, Прайд. Я могу позаботиться о своих проблемах в этой области самостоятельно. И мне не нужен ни ты, ни кто-либо другой в помощники.

Он улыбнулся. Джессика была хороша. Парень с уязвимым самолюбием убежал бы от нее без оглядки, обливая слезами попранную гордость. Но он был доволен тем, что позволил ей выиграть этот раунд. Теперь у нее будет информация для размышлений. Берни направился к двери.

– Ладно, Джессика Лейн. Только не ройся в моем чемодане с инструментами, когда в следующий раз твоей стиральной машине потребуется ремонт.

Прощальная фраза Прайда стала для нее головной болью на весь день. Она ездила по городу, собирая кусочки новостей и продавая рекламные места. Везде шутили по поводу ее штрафа за превышение скорости. Заметка об этом появилась в рубрике «Новости полиции», вероятно чтобы предостеречь добропорядочных жителей от безответственных маньяков-водителей.

Проезжая мимо хозяйственного магазина, Джессика взглянула на витрину. Неожиданно пестрящие за стеклом разноцветные упаковки стирального порошка вызвали неприятные, нервирующие воспоминания. Неужели нигде ей не найдется спасения от этого человека? Или от постоянных напоминаний о ее собственных глупых порывах?

Что же такого особенного было в Берни Прайде? Каким образом ему удавалось быть таким… идеальным? Он вклинился в ее жизнь, словно песчинка в нежную мякоть устрицы. Раздражал ее своим присутствием, но одновременно каким-то образом умудрялся превратить их общение в нечто особенное. Ей не доводилось встречать такого мужчину, как он. Черт! Такого, как он, не существовало. Берни Прайд был единственным в своем роде. И то, что ей пришлось это признать, становилось еще одной проблемой. Она действительно накапливала стирку уже в течение нескольких лет.