Черная Принцесса: История Розы. Часть 1 - AnaVi

обоих, но и такая же при этом неловкая для него одного, что и только же выйдя до конца из своего же состояния задумчивого мыслителя-философа, он тут же перенял ее же занятие ранее и начал вырисовывать узоры на ковре обеими своими руками. Правда, и в его же собственном понимании, как и исконно же мужском: это скорее были тени от огня и так уж просто совпало, что и именно же на черном ворсе, так еще и так же случайно совпадающие с белым рисунком же на нем. Она же, и в свою же уже очередь, наоборот, переняв же и недавнее незанятие его, теперь сидела просто неподвижно и думала: «Что спросить у него дальше?». Под треск же лишь поленьев и самого же огня, поджигающего с легким шорохом-шепотом воздух вокруг них и иссушая же еще таким образом всю влагу вместе и со всеми же их травами и цветами. Добавляя же при этом еще и своего дыма, как и легкого марева в их обстановку и всю же атмосферу.

— Она… — начала было София, но и тут же запнулась, осознав, что ее голос неожиданно даже и для нее же самой вдруг сел. И только когда немного прокашлялась, смогла более-менее продолжить, — …то есть Полина… попросила что-то для… меня?

И, не успев довести до конца один из листов крайнего и, как ведь еще и назло, того же самого цветка, на котором она и так же все удачно сидела, говоря же почти и тем самым ему что словами, что и действиями «что дальше он не пройдет, пока не ответит», он грузно выдохнул, будто бы и соглашаясь с этим ненавязчивым посылом и вновь же все к нему и, расправив наконец свои плечи, поднял голову с внимательным взглядом на нее:

— Да.

— Что-то… связанное с Егором… в твое же и Жени отсутствие? Нет… Со мной и Егором! — Продолжила допытываться, как и допытывать его же самого, она и вновь же затем в ожидании и с трепетом замерла перед ним. Бегая теперь своим карим, но и только уже почти что и молящим взглядом от одного его горящего янтарного глаза к другому: в надежде и с верой же, что хоть здесь он сможет сказать все сам, не наводя и не приводя же к этому ее саму. И он сжалился над ней, тут же и сдав себя же и сам своим же все и легким фырком-смешком, ведь и мог же сказать это так же все и сам же, сразу и еще же раньше даже. — Влад! Ну… не издевайся… уже.

— Посмотреть за ним и присмотреть за тобой, защитив еще и тем самым же тебя от него… Не вышло. Увы и ах! Как в принципе, так и… Что ж… И я же все же — правдоруб! — Повел плечами, как и развел руками в стороны Влад. С легкой уже и именно улыбкой на губах, хоть и при этом же и с чуть опущенными вниз их уголками. — Да и пусть же еще был и Ксандер… Не знаю! Не знаю — с какой стороны ему было и именно виднее, но и эта, как и подобная же ей хрень… не прокатывает. Не делает лучше, проще и свободнее… А делает же лишь хуже, сложнее и… тяжелее. И опять-таки же — тебе! А не… ей.

— Что ж… Но и что стоит признать за ними же обоими — она была явно не самой худшей из еще и возможных же на эту же самую тему альтернатив… И это не защита их сейчас! Скорее… факт. Как и баланс с равновесием! И то, что пусть и не самая лучшая, как и не лучшая же вообще, но и когда выбирать особо не приходится, вариантов же не так и много на момент, а война же и все еще идет… самый первый вариант-жертва — самый верный! И не столько же уже и качественно, сколько и количественно: ведь и чем быстрее бы он сбросил это все с себя — тем лучше бы ему и стало по итогу, как и всем же остальным потом, нежели и когда бы он копил до чего-то или кого-то же другого… и где бы и его же собственные рамки и грани уже точно его же не сдержали и того же все не спасли… Тебя же все, да! — Утвердила и тут же усмехнулась София до этого же еще момента и не представляя, а там даже и не думая, что он так мог да и может же уже походить на рыбку: с распахнутыми глазами и таким же разинутым ртом, так еще и не моргая, лишь губами хлопая, но и ни единого звука при этом не издавая. — И заметь — я не жду благодарности, зачем: мне хватает и того, что ты сам и со мной же сейчас вполне и откровенно говоришь и… не все да все рассказываешь! Опять же — ты же меня и сам к этому всему навел: хоть и своим же все недопобегом, Александр же придумал в этот же раз легенду, будучи старшим и на прямой подвязке к тому же все Совету, моему отцу и вместе с Розой, так еще и во благо же все и для всех же своих сыновей сразу, с Никитой ты же все как начал за здравие — так и закончил же за упокой, прожужжав неспроста, так и видно же еще как со мной, так и с Кариной, хоть и выведением их обоих же в свет, его и Егора, спрятав в тень предварительно себя и под «какие же они плохие — я бы так делать не стал», другой грязью себя не выбелить да и где грязь-то не грязь, а и особенно в разрезе же все того, что и из нас же всех — ты же и куда больший радикально революционер, идущий лишь напролом, с напалмом и никак же иначе! Что вот и с Розой, где ты и сам, помнишь же, сделал бы точно так же и еще раз бы повторил, что и… в принципе. Ты бы сделал… только хуже! Но и не потому, что злодей. А потому, что хоть и запутавшийся, но и как никогда же и никто герой, просто… ломающий себя же самого через другое и чужое колено навязано-привязанных к этому же самому образу стереотипов. Образу — не сути! Если не можешь быть собой и им