Начинающий адепт - Пирс Энтони

И пока эти мысли проносились в голове Стайла, его рука уже выставляла сжатый кулак. Фулка тоже выставила «камень».

— Ничья, — объявила Мэл. Со стороны казалось, что они просто продолжают выкидывать непрерывную серию комбинаций.

— Восемь грамм, раз… два.

В этот раз Стайл выиграл. Он ожидал, что Фулка выкинет «бумагу», чтобы «обернуть» ею предыдущий «камень», поэтому он снова выбросил «ножницы» и победил.

— Ножницы режут бумагу, победа Стайла, — объявила Мэл.

— Перевес: семь граммов в пользу Стайла, — сказал Райфлмен. — Шестнадцать граммов: раз… два.

Интересно, эта песочночасовая Гражданка настолько глупа, чтобы выкинуть «камень»? Или она выберет «бумагу» в надежде, что это он выберет «камень»? Стайл решил, что она все-таки дурочка, и выставил плоскую ладонь… и не прогадал.

— Бумага обертывает камень, выиграл Стайл, — произнесла Мэл.

— Перевес в двадцать три грамма в пользу Стайла, — сказал Райфлмен. — Я вас предупреждал, девочки, он бывший Игрок, как и я. Он умеет играть. Тридцать два грамма: раз… два.

Стайл продолжал придерживаться прежней тактики в расчете на глупость противника и выставил сжатый кулак. Фулка выставила вилку из пальцев. При взгляде на получившееся сочетание она вздрогнула.

— Камень тупит ножницы, Стайл выиграл, — Мэл улыбнулась сквозь тусклый шлем: несомненно, этим людям нравилось наблюдать за поединком.

— Ты побеждаешь меня с тем, на чем я проигрываю! — воскликнула Фулка.

Ей следовало смотреть на вещи незашоренным взглядом. Он порезал ее «бумагу», затем воспользовался «бумагой» и обернул ее «камень», а затем своим «камнем» затупил ее «ножницы». Проигрышные комбинации становятся на следующем ходе выигрышными.

— Новичкам везет, — сказал Стайл извиняющимся тоном.

Один из мужчин хмыкнул и проворчал: «Просто он думает о ставках, а не о сиськах».

— Перевес в пятьдесят пять граммов в пользу Стайла, — произнес Райфлмен. — Шестьдесят четыре грамма: раз… два.

Фулка разгадала его тактику. Хватит ли у нее сообразительности использовать это против него? Одна комбинация может кардинально изменить ход игры. Стайл заключил, что она соображает не очень быстро, и выставил «ножницы», веря в то, что она выбросит «бумагу». Так и случилось.

— Ножницы режут бумагу, Стайл выиграл, — объявила Мэл.

— Он определенно порвал тебя! — заметил Гражданин, обращаясь к Фулке с чувством удовлетворения в голосе. Очевидно, он сделал ставку на исход этого состязания.

— Перевес в сто девятнадцать граммов в пользу Стайла. Игра окончена, — подытожил Райфлмен. — Результат записан в кредитную историю, Стайл увеличил Гражданское имущество на десять с лишним процентов, раскошелил свою первую жертву. Давайте прикинем: он проиграл один раз, свел к ничьей два раза и выиграл четыре раза. Что же это было: удача или мастерство?

— Мастерство, — ответила Мэл за него. — Он классный Игрок, что не удивительно.

Фулка пожала плечами, и по ее торсу побежали волны.

— Можно попробовать и другие игры.

— Нет уж, дорогуша, — укоряющее улыбнулся Райфлмен, — у тебя был шанс побить его, и ты его упустила, как я в свое время на Турнире. Если хочешь его покорить, дождись своей очереди; сейчас ему предстоит второй раунд.

— Второй раунд? — удивился Стайл.

В этот раз усмехнулись все мужчины-Граждане. В разговор вмешалась Мэл:

— Не хочешь опробовать свои умения на мне, раб-Гражданин?

— Я не отказался бы сыграть еще, — ответил Стайл, заметив кивок одобрения со стороны Меллона.

Но радости он не ощущал: теперь он понимал, что Мэл отнюдь не такая юная, как показалось вначале. На самом деле она была немного старше него, а манеры выдавали в ней абсолютно уверенного в себе человека. Вероятно, она была значительной фигурой среди Граждан — барракудой, из тех, о которых его предупреждали, хотя рано или поздно ему все равно придется столкнуться с такими людьми.

— Как насчет партии в покер? — предложила она.

Рабы спешно принесли: колоду игральных карт, фишки, непрозрачный стол и стулья. Райфлмен взял карты, осмотрел их и признал годными для игры. Стайл ему верил: никто не может пройти весь Турнир, не разбираясь в картах. Только вот зачем Гражданам жульничать? Ведь им уже не нужны ни деньги, ни слава, а жульничество убивает естественный азарт.

Стайл нервничал из-за игры. Игроки в покер отличались от обычных людей, а Гражданин, чьи черты лица скрыты за полупрозрачным шлемом, мог для Стайла стать сейчас слишком крепким орешком. И все-таки Стайл был хорош в покере, как и в большинстве других игр. У него определенно есть шансы даже против мастера, если не возникнет затруднений из-за его лимитов по ставкам; ограничения в покере могут погубить даже хорошего игрока.

— Мэл выбрала игру, — сказал Райфлмен. — Стайл может выбрать правила.

— Стандартная колода в пятьдесят две карты, никаких джокеров, общепринятые галактические комбинации карт, ставки…

— Прости, Стайл, — прервал его Райфлмен, — ты не можешь диктовать условия по ставкам — тут выбор за ней, такова традиция.

— Конечно, я уважаю традиции Граждан, — сказал Стайл, — только я вот нанял раба, консультанта по финансам, и он хочет, чтобы я держался подальше от больших ставок, пока не освоюсь в среде Граждан получше. Поэтому, боюсь, мне придется отказаться от игры, если…

— Разумная предосторожность, — заметила Мэл. — Посади своего раба рядом, можешь советоваться с ним по поводу ставок.

— Вы очень великодушны, Мэл, — сказал Стайл, заставив себя произнести ее имя, хотя весь жизненный опыт раба этому сопротивлялся. — В качестве компенсации прошу вас назвать вариант игры, который вам больше нравится.

— Конечно, Стайл. Ты знаком с игрой «Ссора любовников»?

Упс.

— Данная игра мне незнакома, — признался Стайл.

— Это разновидность дро-покера. Каждый игрок должен свою карту заменять картой из руки другого игрока, по одной карте за раз. Отобранную карту восполняет дилер. Делать ставки можно после каждой замены до тех пор, пока один из игроков не захочет прекратить[23].

Ничего себе разновидность! Тут сложность в том, что игрок может запросто в любой момент потерять нужную карту в руке, а противник может догадаться, какую комбинацию ты собираешь. В каком-то смысле они оба будут знать, что на руках у другого, но это вовсе не значит, что делать ставки от этого станет легче.

Они сели за стол, Райфлмен возложил на себя обязанности дилера. Стайл бросил взгляд на группу зрителей: мужчины наблюдали за игрой с каменными лицами, полностью поглощенные процессом, Меллон и Шина стояли с невозмутимым видом, но Стайл знал, что по крайней мере Шине приходилось с трудом сдерживать свои запрограммированные чувства. Она любила его и хотела защитить, но сейчас была бессильна. От Меллона тоже было мало толку — запросить информацию у компьютера, в помощь Стайлу, он не мог, и это устраивало Стайла. Все будет по-честному.