Воскресшая - Ольга Вешнева

его нельзя оставлять в живых. Карающий ангел возмездия – вот моя главная роль!

– Я был глупой личинкой, только вылупившейся из яйца, – ифери вздохнул и виновато отвел взгляд. – Мы не можем выбирать первую жертву. И не можем отвергнуть ее. Поверь мне, я не хотел… Мне нравилось говорить с Чарли, хотя общение с жертвой против наших правил. Но меня бы уничтожили, если бы я отказался его съесть, и Чарли бы не оставили в живых. У меня не было выбора. Об этом трудно говорить, не понимаю точно, почему… Но ты просто попробуй понять.

– Я не хочу понимать! И не хочу тебя видеть! – я закрыла лицо руками, не думая о земляной грязи на ладонях.

– Но ты спасла меня и дала мне имя, – парень приподнялся на руках.

– Наверное, это самая большая глупость, которую я совершила в жизни, – я вновь нашла в себе силы посмотреть ему в глаза.

Не знала, стоит ли пытаться объяснить глупому ифери, что я бы никогда не вытащила его из мясорубки, если бы не приняла за любимого парня. Неужели он настолько тупой, что сам не понимает? Кстати, а почему он оказался среди человеческих трупов? Не на банкет пришел, иначе не было бы сломанных ног, пробитого черепа, не говоря уже про средство для ускорения переработки компоста, оказавшееся в его крови.

– Ты знаешь, как попал в мельницу для трупов? – решила спросить, пользуясь редкой возможностью.

Если захватчики убивают своих, людям это на руку.

– Я плохо помню и мало что понимаю, – парень посмотрел на меня немного смелее. – Сам хотел бы знать, за что меня отвергли сородичи. Меня перестали кормить, потом сломали мне ноги, оглушили ударом по голове и отправили на переработку в удобрение для новых посадок тореоны. Личинки ифери не могут развиваться вне плодов симбиотического растения. Наши жизни тесно связаны с ним. Каждый плод – ячейка для личинки. Взрослые вкладывают в нее главную информацию о нашем народе, а еще родители передают свою память. Мать – дочери, а отец – сыну. Но я не видел отца, не получил его память. Я даже не знаю, кто мои родители.

– Думаешь, трогательный рассказ вызовет у меня сочувствие? – усмехнулась я, сложив руки на груди. – Чего ты добиваешься?

– Я пока не знаю, о чем должен думать и какие чувства могу вызвать у спасшего меня человека. Мне просто хочется выжить. Это естественное стремление живого существа.

– Ха! – я состроила надменную гримаску.

– Мне нужна еда. Покорми меня, – ифери снова жалобно заскулил. – Мои кости не срастутся без пищи, и я погибну.

– Ты сожрал целый папоротник.

– Ифери – хищники. Мы не питаемся растениями.

– А сейчас я не поняла, чего ты хочешь от меня? Чтобы я побежала отлавливать людей тебе на корм? Или от себя кусок отрезала?

– Эмбер, нет. Я не хочу есть людей. Теперь я сам похож на человека, а питаться себе подобными – это… нехорошо.

Подумать только! Монстр начал рассуждать о том, что хорошо, а что плохо. Прямо как ребенок в детском саду.

Но… Стоп… В отличие от его сородичей, у него хотя бы есть такое понимание.

А что, если на него повлияли воспоминания Чарли? Может, передо мной сейчас не враг, а в некотором роде чистый лист, на котором я могу написать все, что пожелаю? Выдрессировать инопланетную тварь, как захочу.

О, нет. Ну зачем снова заблуждаться? Витать в тумане фантазий. Монстр он и есть монстр, из него не сделать комнатную собачонку.

– Грейс, – я попробовала назвать парня по имени, за которое он уцепился, не желая менять. – Скажи, что тебе надо. Понятным человеческим языком.

– Маленькие звери. Их здесь очень много. Я их чувствую, – парень провел кончиком языка по залепленным застывшей кровью губам.

Он был ничуть не похож на Чарли. Внешность не должна была меня обманывать. Передо мной сидел, распрямив сломанные ноги, обычный дикий зверь, или скорее насекомое, какая-нибудь хищная жужелица, с чуть более развитым интеллектом, чем у обычного жука.

– Мыши, белки и кролики? – я оглянулась на шуршание за спиной.

По стволу высокой ели взбежала рыжая белка с пушистым хвостом.

– Добудь их для меня, – попросил ифери. – Я пока не в состоянии охотиться самостоятельно. А если не смогу набрать минимальную массу для первой трансформации, то погибну.

– Поклянись мне, что никогда не будешь охотиться на людей, – я решила испытать простейший способ влияния.

Монстр сказал, что клятвы для него имеют значение. Пусть докажет на практике.

– Клянусь, – услышала на редкость спокойный ответ.

– Жди, – я шикнула на ифери, указав пальцем ему в грудь.

Пошла на разведку, стала подниматься по твердым, как каменные, глиняным ступенькам наверх покатого холма.

Не нашла у себя настроения искать в памяти расшифровки, про какую трансформацию говорил монстр. Да и вряд ли Наблюдатели загрузили в мой мозг эти сведения, иначе бы они сами проявились.

Какой вес ему надо набрать? Уж точно больший, чем сейчас, когда он похож на страдающего анорексией юношу из модельного бизнеса. Видела фотки таких бедолаг в социальных сетях, когда всемирная паутина еще опутывала мою планету.

Глава 15. Звери

Я добралась до места, обозначенного как отель, и увидела руины, опутанные лианами и заросшие деревьями еще выше, чем у нас на крыше. Верхние этажи здания были начисто снесены, а рядом, шагах в десяти, зияла воронка от попадания снаряда. Турбаза была разрушена еще до нашествия ифери, в те годы, когда люди сражались друг против друга, не задумываясь о том, насколько это “нехорошо”.

Войдя в бывший отель, я узнала, что, несмотря на заброшенный вид, в него по-прежнему заселялись постояльцы, только без регистрации на стойке ресепшена. Последние из них оставили кучу съестных припасов и пару спальных мешков. Не хотелось думать, по какой причине люди не вернулись, чтобы забрать все это. Не нарочно же они принесли кукурузные хлопья и колбасу на съедение крысам и мышам.

Зверьки вовсю хозяйничали среди руин. Не боясь человека, бегали по заваленному обломками потолка холлу. Но прежде чем заняться охотой, я внимательно все вокруг осмотрела. Не очень-то приятно нарваться на самострел или попасть в капкан. С первым тут, к моему счастью, не сложилось, а вот второго было предостаточно. Пока здесь жили люди, они боролись с незваными лесными гостями не самыми гуманными способами.

Обходя руины, я обнаружила отличный улов. Большой толстый енот неудачно угодил в капкан и ему размозжило голову. Мертвое животное еще не успело протухнуть. Подавив брезгливость, я раскрыла капкан,