Избранные труды (сборник) - Нинель Кузнецова

Ущерб – элемент состава телесных повреждений – это вред здоровью, который причинен жертве в момент и исключительно в объеме преступных деиствий. Поэтому неверно, на наш взгляд, при определении степени ущерба здоровью лица, например, в результате ранения придавать решающее значение количеству времени, затраченному на выздоровление потерпевшего равно как и последующему исходу болезни. Такая практика в судебно-медицинской экспертизе имеется[183].

В проекте «Правил составления заключения при судебно-медицинской экспертизе тяжести телесных повреждений у живых лиц» от 11 декабря 1956 г. в п. 6 указаны три равнозначных критерия для суждения о тяжести телесных повреждений: а) опасность его для жизни в момент нанесения, независимо от оказания медицинской помощи пострадавшему; б) тяжесть и длительность течения болезненного процесса, вызванного повреждением; в) нарушение трудоспособности в результате повреждения.

На наш взгляд, лишь первый из названных критериев с дополнением об опасности телесного повреждения не только для жизни, во и для здоровья пострадавшего может служить решающим критерием определения тяжести телесных повреждений. Тем более, что далее в проекте правил довольно подробно перечислены виды телесных повреждений, которые по своему характеру, то есть по опасности для здоровья и жизни человека в момент нанесения телесных повреждений и независимо от исхода и длительности болезни, названы в числе тяжких и легких. Понятно, что эти телесные повреждения не изменят своего характера от того, что фактически на их лечение было затрачено меньшее количество дней, нежели указано в правилах соответственно для тяжких и легких телесных повреждений. Длительность болезненного процесса и потеря трудоспособности в результате повреждения могут быть использованы лишь в качестве дополнительных критериев определения тяжести телесных повреждений.

Выше указывалось, что единицы измерения ущерба простого и квалифицированного преступления должны быть едиными. Простой и крупный ущербы различаются по тяжести, а не по характеру. Поэтому причинение ущерба, который отличается от другого лишь в количественном отношении, не может образовать иного по характеру состава преступления.

С этой точки зрения нам представляется неправильным указание Пленума Верховного Суда СССР от 15 сентября 1950 г. № 16/12/у относительно квалификации легких телесных поврежде ний по ст. 75[184] УК. По постановлению Пленума от 15 сентября 1950 г. причинение смерти гражданам в результате нарушения правил движения шофером-непрофессионалом должно квалифицироваться по ст. 136 или 137, или 138, или 139 УК. Причинение тяжких телесных повреждений – по ст. 142 УК. Причинение же легких телесных повреждений по мнению Пленума должно квалифицироваться не по ст. 143 или 145, а по ст. 75[185] УК.

Известно, что легкие и тяжкие телесные повреждения различаются исключительно по величине ущерба, причиненного здоровью граждан. Не может причинение менее тяжкого ущерба здоровью вести к квалификации действий лица за качественно иное преступление, каким является преступление против порядка управления, предусмотренное ст. 75 УК РСФСР[186].

Следует полностью согласиться с решением рассматриваемого вопроса руководящим постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 10 апреля 1957 г. «Об изменении постановления Пленума Верховного Суда СССР от 15 сентября 1950 г. “О квалификации преступлений, связанных с нарушением правил движения на автотранспорте”». Согласно этому постановлению причинение ущерба жизни и здоровью граждан в результате нарушения правил движения водителями, не являющимися работниками автотранспорта, должно квалифицироваться в зависимости от тяжести ущерба здоровью потерпевшей) и вины субъекта кик преступление против личности (ст. ст. 136–145 УК)[187].

§ 2. Преступные последствия в сложных преступлениях

Единые сложные преступления – это, как указывалось выше, составные преступления, преступления с двумя действиями, длящиеся, продолжаемые и преступления, квалифицируемые наличием тяжких последствий. Причинение единого ущерба во всех этих пре ступлениях весьма своеобразно и нередко вызывает трудности при их квалификации.

Составные преступления составляются[188] из двух или более преступных деяний, каждое из которых, если рассматривать их изолировано, представляет собой самостоятельное простое преступление. Таких составов в Уголовном кодексе РСФСР и уголовных кодексах других союзных республик сравнительно немного. Так сконструирован, например, состав массовых беспорядков ч. 1 ст. 592 УК. Группа лиц при массовых беспорядках может совершать погромы, убийства, поджоги, разрушать железнодорожные пути, чинить насилие над представителями власти и т. д. Единый ущерб массовых беспорядков, таким образом, слагается из ряда последствий простых преступлений: убийства, поджога, сопротивления представителю власти и др. Специфика составного преступления состоит в том, что каждый из этих ущербов не имеет значения элемента состава и не образует самостоятельного законченного преступления, поэтому в подобных случаях нет совокупности простых преступлений, а имеется единое сложное преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 592 УК.

Аналогично сконструирован и состав бандитизма (ст. 593 УК). Как правильно отмечает проф. А. А. Герцензон, в понятие бандитизма входит: а) организация банды, б) участие в банде, в) совершение убийств, г) причинение телесных повреждений, д) совершение изнасилования, е) похищение имущества, ж) уничтожение имущества, з) повреждение путей сообщения, однако «квалифицируя преступления, совершенные бандой, было бы ошибочным подходить к ним, как к отдельным единичным преступлениям, так как сам закон конструирует понятие бандитизм в качестве составного преступления»[189].

Единое составное последствие бандитизма может складываться из всех указанных простых ущербов, но так же может и ограничиться только одним из них, например, созданием банды. Так следует признать оконченным бандитизмом действия виновных, выразившиеся в организации банды, хотя банда еще не успела совершить ни одного нападения.

А. и Ю. совершили нападение на постового милиционера, перерезали ему сонную артерию, забрали из кобуры пистолет с восемью боевыми патронами и скрылись. Суд первой инстанции осудил их по ст. 593 УК и ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества». Верховный Суд РСФСР переквалифицировал действия виновных на ст. 2 названного Указа и ст. 136 УК. Пленум Верховного Суда СССР признал в действиях осужденных состав бандитизма и хищение социалистической собственности. Единое последствие бандитизма в данном случае слагалось из организации банды, убийства милиционера и завладения государственным имуществом. Поэтому Пленум исключил ст. 136 УК, указав что бандитское нападение, сопряженное с убийством, не требует квалификации помимо ст. 593 УК, также и по ст. 136 УК и что в этих случаях, если это необходимо, Указ Президиума Верховного Совета СССР от 30 апреля 1954 г. «Об усилении уголовной ответственности за умышленное убийство» может применяться и при квалификации по ст. 593 УК[190].

Пленум исключил из квалификации лишь обвинение в убийстве, оставив самостоятельной квалификацию по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. В руководящем постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 28 мая 1954 г. указывалось, что хищение государственного или общественного имущества при наличии признаков бандитизма должно квалифицироваться по совокупности ст. 593 УК и соответствующей статье Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. Строго говоря, хищение государственного имущества не должно отражаться в квалификации бандитизма. Бандитизм – сложное составное преступление, охватывающее и хищение. Признание совокупности хищения и бандитизма на практике вызвано, очевидно, соображениями назначения наказания. Санкция бандитизма не дает возможности назначать наказание в пределах от 10 до 25 лет. Квалификация бандитизма по совокупности с хищением обеспечивает эту возможность[191].

Для квалификации хищения, убийства, изнасилования и других действий, как частей единого состава бандитизма необходимо четко установить, что ущербы этих преступлений не носят самостоятельного характера, а выступают лишь в качестве составной части бандитизма. На практике нередки случаи ошибочной квалификации хищения или убийства не по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. или ст. 136 УК, а по ст. 593 УК[192].