Избранные труды (сборник) - Нинель Кузнецова

На примере хищения социалистической собственности мы видели, что размер ущерба определяется величиной общественно вредных изменений в объекте посягательства, произведенных преступными действиями субъекта.

Что касается размера ущерба при хищении, то, на наш взгляд, он определяется исключительно стоимостью похищенного имущества. К. Маркс писал: «Определенное содержание правонарушения является пределом для определенного преступления. Мера этого содержания есть, таким образом, и мера преступления. Для собственности такой мерой является ее стоимость»[176].

В практике можно встретить такие критерии определения размера материального ущерба, как «стоимость», «количество» и «качество» (дефицитность) похищенного. Все эти три критерия неразрывно связаны между собой. В цене товара отражены и его качество, и его дефицитность, и его количество.

«Цена, взятая сама по себе, есть не что иное, как денежное выражение стоимости»[177].

Стоимость товара определяется количеством труда, затраченного на его производство. Количество труда измеряется общественно необходимым рабочим временем на производство товара[178]. Рабочее время при прочих равных условиях зависит от количества и качества произведенных товаров. Розничные цены (государственные, а тем более рыночные) всегда определяются помимо действительной стоимости товара также дефицитностью товара, то есть спросом и предложением на товар в конкретных условиях места и времени[179]. Отсюда следует, что неправильно, как это иногда имеет место, противопоставлять количество, стоимость и дефицитность товара, отрывая их друг от друга и прежде всего от денежного выражения стоимости (цены) имущества.

Неправильно также, на наш взгляд, говорить о двух равноценных критериях размера ущерба – денежной стоимости и размере похищенного[180]. Размер похищенного имущества непосредственно отражается в его стоимости. Может быть похищено много предметов – тысяча штук тетрадей, две тонны зерновых отходов, одна тонна угля и др., однако стоимость похищенного в этих случаях не выходит за пределы мелкого хищения. И наоборот, может быть похищено (несколько граммов ценных металлов и хищение становится крупным, квалифицируемым по ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества».

Но иногда, в особых случаях, количество похищенного имущества, нередко в совокупности с его дефицитностью в данных условиях места и времени, имеет известный примат над денежной стоимостью этого имущества. Бывают такие обстоятельства, что стабильные государственные цены не могут учесть особой ситуации данной обстановки. Тогда диалектический учет количества, качества и дефицитности имущества при сравнительно (но обязательно сравнительно) небольшой денежной стоимости похищенного дает основание для признания хищения средним.

Народный суд приговорил к лишению свободы Н., который похитил три тонны угля стоимостью 246 руб., по ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества». Председатель Верховного Суда РСФСР внес протест на приговор суда, считая, что осужденный должен привлекаться к ответственности по ч. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 10 января 1955 г. «Об уголовной ответственности за мелкое хищение государственной) и общественного имущества». Верховный Суд РСФСР протест отклонил, так как «хищение трех тонн угля отнести к мелкому хищению нельзя»[181].

В данном деле размер похищенного имущества был весьма значительным – три тонны угля. Но государство установило на этот важный топливный материал низкие государственные цены и в денежном выражении весь похищенный уголь составлял 246 руб. Стоимость похищенного, таким образом, стоит на грани мелкого и среднего хищения. Количество похищенного при сравнительно значительной денежной стоимости имущества дали основание Верховному Суду РСФСР сделать правильный вывод, что субъект подлежит ответственности по ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества».

В другом деле Б. похитил с завода 40 листов динамной стали весом в 180 кг и стоимостью в 238 руб. Народный суд осудил его за мелкое хищение по ч.1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 10 января 1955 г. Верховный Суд РСФСР с такой квалификацией не согласился, признав в действиях осужденного хищение, квалифицируемое по ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г., и указал, что суд должен был учесть не только денежную стоимость похищенного, но и дефицитность предметов и их количество.

Конечно, оценивал количество и дефицитность похищенных предметов, ни при каких обстоятельствах нельзя отрываться от стоимости их. Так, если лицо похитило две тонны отходов стоимостью в 60–100 руб., то и при таком большом количестве имущества хищение должно признаваться мелким.

М., Л. и А. похитили шесть мешков зерновых отходов. Их роли при этом были распределены следующим образом: Л. непосредственно похитил имущество, А. вывез его на автомашине, а за ворота без пропуска выпустил М. Народный суд приговорил всех троих к длительным срокам лишения свободы по ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г.

В представлении Министра юстиции Бурят-Монгольской АССР ставится вопрос о квалификации действий виновных по ч. 1 Указа от 10 января 1955 г., так как стоимость похищенных отходов составляет 160 руб.

Заместитель председателя Верховного Суда РСФСР в своем протесте предлагает квалифицировать действия Л. по ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г., а остальных по ст. 17 УК и ст. 1 того же Указа[182].

На наш взгляд правильным является мнение, изложенное в представлении министра юстиции автономной республики. Размер похищенного (шесть мешков отходов) не может заменить решающего признака – стоимости похищенного. А так как стоимость похищенного безусловно мала, то виновные и должны отвечать за мелкое хищение.

В случаях, когда имело место хищение дефицитных, но дешевых по цене деталей, сырья, продуктов и т. д., и хищение вызвало приостановку, а может быть и временный срыв производства, при наличии вины лицо должно отвечать не только и не столько за мелкое хищение (но непременно за мелкое хищение), сколько за повреждение или уничтожение имущества, если в действиях лица не содержались признаки другого, более серьезного преступления.

Оценка стоимости ущерба производится в ценах государственной розничной торговли. В исключительных случаях, например, в военное время, в условиях какого-либо стихийного бедствия, в крайних отдаленных районах страны, куда доставка государственных товаров затруднена, и подобных исключительных условиях места и времени оценка похищенного должна производиться в ценах рыночной торговли.

Стоимость похищенного может служить критерием определения размера материального ущерба только при условии, что размер ущерба полностью охватывался умыслом субъекта. При расхождении умысла лица и фактически причиненного материального ущерба квалификация должна строиться в соответствии с умыслом.

Приведенные выше критерии определения тяжести преступного ущерба позволяют решить спорный в теории советского уголовного права вопрос о телесных повреждениях: должна ли учитываться при определении ущерба здоровью лица потеря общей или специальной трудоспособности. Объектом телесных повреждений является здоровье человека. Здоровье же граждан не различается в зависимости от профессиональной специализации. Размер преступного ущерба определяется объемом общественно вредных изменений в объекте посягательства. Поэтому в основу определения степени ущерба здоровью должна быть положена потеря общей трудоспособности.

Наиболее типичной ошибкой в оценке тяжести ущерба здоровью личности в составах телесных повреждений следует признать смешение ущерба – элемента состава с дальнейшими вредными последствиями здоровью потерпевшего, а именно с исходом болезни. Дальнейшее развитие заболевания лица вследствие полученных телесных повреждений зависит от ряда внешних привходящих факторов: состояния здоровья потерпевшего до ранения, своевременности и квалифицированности оказанной медицинской помощи и т. п. Одно и то же телесное повреждение у различных лиц может вызвать в конечном итоге разные последствия: одно лицо умрет, другое остается инвалидом, третье после эффективного лечения полностью восстанавливает свое здоровье.