Избранные труды (сборник) - Нинель Кузнецова

Аналогичное положение с укрывательством в тех республиканских уголовных кодексах, которые рассматривают укрывательство как преступление против интересов правосудия (Уголовный кодекс Украинской ССР, Уголовный кодекс Грузинской ССР). В Уголовном кодексе РСФСР укрывательство – вид пособничества. По своей природе всякое укрывательство – деяние длящееся. Поэтому укрыватель считается продолжающим свое преступление даже после окончания укрываемого преступления. Укрывательство прекращается с того момента, когда укрыватель явится с повинной или будет арестован. Явка с повинной, особенно когда она позволяет раскрыть преступление, часто дает основание для прекращения дела по ст. 8 УК.

Длящимися преступлениями считаются, кроме перечисленных выше составов, незаконное ношение ордена (ст. 4 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 2 мая 1943 г. «Об ответственности за незаконное награждение орденами и медалями СССР и нагрудными знаками, за присвоение орденов, медалей и нагрудных знаков и передачу их награжденными лицами другим лицам»), незаконное лишение свободы (ст. 147 УК), двоеженство и многоженство (ст. 199 УК), хранение яда (ст. 179 УК), хранение оружия (ст. 182 УК).

Длящийся характер ущерба, таким образом, создает как бы двойное окончание преступления. С одной стороны, длящееся преступление является оконченным в первый момент наступления ущерба (неявка в часть, лишение свободы, ношение ордена), и лицо отвечает за оконченное преступление. С другой стороны, преступление не считается завершенным, ибо ущерб не прекращается с первым моментом его наступления, а длится пока не будет пресечен.

Иной характер носит причинение преступного ущерба в продолжаемом преступлении.

Руководящее постановление Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1929 г. считает продолжаемым «преступление, складывающееся из ряда тождественных преступных действий, направленных к общей цели, и составляющее в своей совокупности единое преступление». «Началом продолжаемого преступления, – указывает далее Пленум, – надлежит считать совершение первого действия из числа нескольких тождественных действий, составляющих одно продолжаемое преступление, а концом – момент совершения последнего преступного действия».[208]

В продолжаемом преступлении единому объекту наносится единый ущерб. Это главный признак продолжаемого преступления. Он позволяет отграничить продолжаемое преступление, с одной стороны, от совокупности преступлений, а с другой – от повторности. При совокупности преступлений разным объектам наносятся соответственно разные ущербы, а при повторности одному объекту наносится ущерб дважды и большее количество раз.

Единый ущерб в продолжаемом преступлении слагается из ряда более мелких однородных ущербов, которые имеют значение элемента состава только в их совокупности. Эти отдельные преступления, рассматриваемые изолированно, внешне как бы содержат в уменьшенном размере состав того преступления, частями которого они в действительности являются. Так, в растрате, совершаемой по частям, отдельные акты хищения, как бы образуют самостоятельные мелкие или даже малозначительные хищения. Но, повторяем, как во всяком ином сложном едином ущербе отдельные простые ущербы, из которых слагается ущерб продолжаемого преступления, не имеют значения элементов состава. Они являются лишь частью большого целого ущерба – элемента состава.

Правильно подчеркивает этот важный признак продолжаемого преступления Б. С. Никифоров. Он пишет, что действия образуют продолжаемую кражу, «если они по замыслу виновного и по обстоятельствам дела представляют собою по существу одно деяние, которое лишь по соображениям «технического порядка» выполняется в два (или более) приема»[209].

Причинение ущерба в продолжаемом преступлении отличается от причинения ущерба в длящемся преступлении тем, что в длящемся преступлении при одноактном действии или бездействии ущерб длится во времени и пространстве. В продолжаемом преступлении единый ущерб представляет собой сумму отдельных мелких однородных ущербов, которые причиняются отдельными, также однородными действиями.

Некоторые преступления уже по своей природе являются продолжаемыми. Например, вредительство, как правило, осуществляет ся рядом отдельных актов, направленных к одной цели – подрыву экономических и политических основ социалистического строя. Так же строится и состав контрреволюционного саботажа. Он слагается из ряда актов бездействия или незаконных действий, направленных к одной цели и причиняющих единый ущерб. Пропаганда войны, которую запрещает «Закон о защите мира» от 12 марта 1951 г., также обычно выражается не в одном, а в ряде последовательно совершаемых действий, объединенных единым замыслом субъекта.

Часто в форме продолжаемых преступлений выполняются составы злоупотребления властью (ст. 109 УК), халатности (ст. 111 УК), обмеривания и обвешивания (ст. 128в УК)[210].

Количество продолжаемых преступлений не исчерпывается названными составами. Ряд преступлений, которые не являются по своей природе продолжаемыми, могут оказаться таковыми, если субъект выполняет их рядом отдельных действий. Например, субъект, задумав причинить тяжкий ущерб здоровью лица, осуществляет свой замысел путем ежедневной дачи яда в небольших дозах. Если действия такого лица будут прерваны до того, как они достигли задуманной цели, то это лицо должно быть привлечено к ответственности за покушение на тяжкое телесное повреждение.

Указ Президиума Верховного Совета СССР от 10 января 1955 г. «Об уголовной ответственности за мелкое хищение государственного и общественного имущества» предусматривает в части 2 повторное мелкое хищение. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества» в ст. ст. 2 и 4 также предусматривает повторное хищение. Вместе с тем возможно и продолжаемое хищение.

Некоторые теоретики полагают, что к составам, в которых законодатель говорит о повторности, неприменимо понятие продолжаемых преступлений[211]. С такой точкой зрения согласиться нельзя. Она противоречит судебной практике и теоретически неправильна.

Основным признаком разграничения продолжаемого хищения от повторного является единая цель на причинение единого ущерба социалистической собственности. Каждое отдельное мелкое хищение выступает в продолжаемом хищении лишь как удобный для субъекта в данной обстановке способ изъятия социалистической собственности.

Единство ущерба в хищении нетрудно определить, когда хищение направлено на один, цельный предмет. Так, субъект, желая собрать для себя автомашину, решил выкрадывать ее отдельными частями из гаража, хозяин которого находился в длительной командировке. Каждую ночь, используя поддельный ключ, вор уносил из гаража отдельные детали машины. Здесь единый умысел на причинение единого ущерба очевиден. Единство ущерба определяется единством предмета хищения. Каждое отдельное хищение – лишь эпизод единого преступления.

Сложнее обстоит дело с хищением денег и неконкретизированных по количеству предметов социалистического имущества.

Не вызывает сомнений, что хищение является единым там, где умысел определен конкретной суммой денег или определенным количеством предметов. Например, субъект, отправляясь в командировку, получил в подотчет наличными крупную сумму денег и решил растратить их на свои нужды. Трату денег он производил мелкими частями. Здесь единое преступление, и в зависимости от суммы растраченных денег оно должно квалифицироваться по ст. 1 или 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества».

Наибольшие трудности в разграничении повторного и продолжаемого хищения начинаются там, где нет прямых доказательств на причинение единого, более или менее определенного материального ущерба. Иногда такими доказательствами могут служить поддельные документы. Так, П. подделал четыре доверенности на получение зарплаты четырех рабочих и получил по ним 1214 руб. 56 коп. Народный суд оправдал П. по ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества». Верховный суд оправдательный приговор народного суда отменил, а дело возвратил для нового рассмотрения со стадии судебного разбирательства[212].

Квалификация действий П. не изменилась, если бы он получал деньги по поддельным доверенностям не сразу, а по каждой доверенности в отдельности, через определенные промежутки времени. Умысел виновного тем не менее распространялся на один результат – похитить приблизительно 1200 руб. государственных денег.