Илиодор. Мистический друг Распутина. Том 1 - Яна Анатольевна Седова

судить по материалам периодической печати, руководители Союза никогда не прибегали к таким примитивным лозунгам. Недруги долго еще попрекали двух монахов «грандиозной, чисто революционной провокацией».

В селах нашлись свои общественные деятели, свои ревнители и ораторы, щеголявшие союзническими значками, выписывавшие «Почаевские известия» и душой болевшие за Союз. Эти-то патриоты и стали движущей силой нового дела на местах. С легкой руки дореволюционных либеральных газет в исторической науке утвердилось мнение, что эту роль играло приходское духовенство. Оно, конечно, помогало, но далеко не всегда, и почаевские руководители Союза метали громы и молнии в священников, не желавших помогать патриотическому делу. По бесчисленным крестьянским письмам, публиковавшимся в «Почаевских известиях», заметно, что Союз принял характер подлинного народного движения. Это засвидетельствовал и В. В. Шульгин, вспоминавший: «Села совершенно добровольно делали „приговоры“ о том, что хотят образовать „союз“, и образовывали: такой союз был и в нашей деревне, и я был его почетным председателем».

Агитация против Почаевского союза была весьма разнообразна. Далеко не полный свод ходивших в народе небылиц, составленный «Почаевскими известиями», включает 11 пунктов. Тут и разные кары, которые правительство якобы применит к союзникам, и фантастические намерения, приписываемые Союзу и непопулярные среди народа (союзники выступают за восстановление «панщины»), и разоблачения якобы меркантильных намерений лавры.

Особую роль сыграли «пiврубли», полтинники — 50-копеечные членские взносы, взимавшиеся с крестьян при записи в Союз. Расставание с этой суммой давалось хлеборобам нелегко:

— Нет уж тогда тае… не надо, не записывай батюшка…

— Да ведь ты, глупый человек, все равно пропьешь эти деньги.

— Взаправду, батька, — соглашался крестьянин.

Какого только назначения не связывали слухи с этими деньгами! Наиболее оригинальное заключалось в том, что на союзные деньги будет выкуплен некий архиерей, попавший в острог. А наиболее простое — что народные деньги прикарманил самый яркий из почаевских монахов.

«Жиды говорят вам, что Илиодор на ваши полтинники купил себе шелковую рясу и отрастил во какое брюхо! — говорил народу худощавый до прозрачности о. Илиодор, для убедительности хлопая себя по животу. — Смотрите же, православные, такое ли у меня брюхо? Шелковая ли у меня ряса? Видите, как врут все пархатые. От меня же вы услышите одну только правду. Клянусь вам вот этой святой лаврой!».

Осенью 1906 г., когда о. Илиодор тяжело заболел, стали говорить, что он сам отравился, боясь нареканий за растрату чужих «пiврублей», и… умер. Но даже когда все убедились, что он жив, евреи продолжали говорить крестьянам: «на шо вы даете тi пiврубли, их монахи соби берут. Ну, хоште, записуйтесь в Союз, а грошей не давайте».

«Почаевские известия» были убеждены, что имеет место целенаправленная агитация против Союза, которая ведется «жидками» и другими врагами. Газета печатала то пересланное редакции письмо «жидов» к старшинам и старостам: «Монахи вас обманывают самым поганым способом», то жалобу какого-то жителя Мирополя на местных евреев, которые в агитационных целях «не жалеют водки на магарычи».

Сельским союзникам приходилось очень солоно. Над ними смеялись волостные писари и старшины, односельчане препятствовали открытию отделов Союза, а лица, сталкивавшиеся с союзниками по каким-то сельским делам, так и норовили содрать лишнюю копейку, выставляя следующий довод: «як маете даваты монахам до Почаева по пиврубля, то также ще добавте и до штукы товару по пиврубля». Какие-то крестьяне с горя даже написали в «Почаевские известия»: просим-де выдать в каждое село бумагу, запрещающую насмехаться над союзниками…

Особенно сильная борьба развернулась вокруг потребительных лавок, которые союзники открывали по селам. Для устранения новоявленных конкурентов евреи-торговцы стали перебивать им цены. В Почаеве евреи-портные отказались шить костюмы из ткани, приобретенной в союзной лавке: «хай тоби там и шьют». Наконец, в двух селах — Лысогорке и Кропивне — потребительные лавки почти одновременно были сожжены, что «Почаевские известия», конечно, отнесли на счет того же самого гонимого племени.

Несмотря на все препятствия, Союз быстро рос. 24.X.1906 «Почаевские известия» писали о 14 тыс. членских билетов, 3.I.1907 — о 65 тыс. домохозяевах, 6.VI.1907 — о 130 тыс… О. Илиодор впоследствии похвалялся, что в Почаеве «соорганизовал под Русское знамя 2 миллиона народа», имея в виду, кажется, не численность Союза, а население Волыни, в том числе инородцев.

Гордясь своей многочисленностью, Союз не постеснялся показательно исключить из своих рядов двух крестьян за контрабанду и перевод евреев через австрийскую границу.

Стремясь расширить деятельность Почаевского союза на местах, руководители приняли решение оставить членские взносы за 1907 г. в распоряжении сельских отделов.

Росла сеть союзных потребительных лавок. Заводя в селе собственную торговлю, крестьяне вешали гордую вывеску: «Русская лавка». К началу 1907 г. таковых было уже несколько десятков, а через год о. Илиодор говорил о 400-х. «Со всех концов Волыни шлют крестьяне просьбы помочь им завести общественные потребительные лавки», — писали «Почаевские известия».

Почаевский союзный склад процветал. Его ревизия, проведенная в мае 1907 г., определила, что с начала года получено 1518 р. 35 к. прибыли, половина которой пошла на содержание лавки и служащих.

В среде союзников складывалась традиция экономической взаимопомощи, чему способствала газета «Почаевские известия», бесплатно размещавшая объявления о поиске работы или рабочих, продаже и покупке изделий и т. д. Через газету сельские ремесленники искали материал и заказы «из русских рук». А житомирский инженер Александров объявил о готовности бесплатно помогать бедным членам Союза сметами по строительной части.

В подражание Почаеву сельские союзники заводили собственные чайные-читальни. К началу 1907 г. их было более десяти. В то же время Союз боролся против казенных винных лавок, которых удалось закрыть до 300.

В январе Почаевский союз открыл собственную адвокатскую контору. Работа адвоката оплачивалась из союзных средств, посетители не платили ни копейки. По-видимому, контора работала с перебоями: в апреле вел прием уже не почаевский, а петербургский адвокат. Судя по его графику — ежедневно от 8 часов утра до 8 часов вечера — это были кратковременные гастроли.

Ввиду насмешек еврейских портных Союзу пришлось завести и собственного портного. Заказы он принимал прямо в почаевской чайной.

Словом, по выражению одного современника, о. Илиодор «хлопнул по карману» «революционеров и волынских еврейчиков».

«Почаевские известия»

По приезде в Почаев о. Илиодор сразу же стал соредактором «Почаевских известий», которые объясняли свою задачу так:

«…на весь наш край нет ни одной дешевой русской газеты, где бы простым, понятным языком всю правду писали. Теперь чуть ли не все газеты издаются если не евреями, то на еврейские деньги. …

Чтобы до народа скоро доходили правдивые вести и мог бы он сам изо дня в день следить за ходом дел в России, намереваемся мы с первого сентября издавать ежедневные известия. Писать будем кратко, ясно