Дочь от другой. Развод в 50 - Виктория Борисовна Волкова

поднимаюсь с дивана. Сегодня я чувствую себя плохо. Низ живота тянет. Надо бы пойти к врачу. Но моя Любовь Петровна сегодня выходная. А завтра с утра сразу к ней, в ее чуткие руки.

– Жена прилегла, – докладывает мой наивный муж совершенно посторонним людям. – Мы второго ребенка ждем. Что-то тяжело в этот раз, – рассказывает он со знанием дела.

– Как будто ты носишь, – фыркаю, выходя в коридор. Шлепаю мужа по толстому животу, обтянутому домашней растянутой майкой. Под общий смех поднимаю голову и натыкаюсь на темный взгляд стоящего напротив мужчины.

Кажется, он пожирает меня. Таращится на налившуюся грудь, пялится на округлые бедра. Улыбается. Но я чувствую, как от этого человека идет черная сила, способная принести вред мне и моей семье. Нутром чувствую и вздрагиваю от страха. По позвоночнику бегут мурашки. Кажется, спина покрывается инеем. Машинально кладу ладонь на предплечье мужа. И он тут же сгребает меня в охапку.

– Меня Таня зовут, – протягивает мне руку красивая ярко накрашенная брюнетка. – А это Леон. Мой муж, – так же берет под руку мрачного мужчину.

– Можно просто Леня, – растягивает он губы в улыбке. И от этого оскала хочется вбежать в комнату, запереть дверь. Собрать вещи и сбежать из дома куда подальше.

Внутри трепещет каждая жилка, стоит только столкнуться взглядом с новым соседом. Чувствую себя использованной, грязной. И при первом удобном случае спешу обратно в свою комнату.

– Да что ты! Нормальные люди, – фыркает Игорь, заходя следом. – Давай, помоги Татьяне на кухне разобраться и в ванной. А мы с Ленькой быстренько вещи перетянем. Они теперь наши соседи. Надо помогать друг другу.

– Да, хорошо, – киваю неохотно. – Сейчас переоденусь, – вздыхаю, открывая низкий платяной шкаф, доставшийся нам от бабушки.

– И так нормуль, – шлепает меня по попе муж. И с громким хохотом выходит из комнаты.

А я натягиваю на себя длинное платье, которое Игорь зовет братской могилой, и иду на кухню.

– Ой, Валечка, – улыбается мне новая соседка. – Не хотела тебя отвлекать. Но я без твоей помощи не обойдусь. Тут все так запущено. Мыть и мыть еще. Завтра женщины придут. А сегодня я хоть пойму, какой объем работ, - оглядывает она нашу светлую и чистую кухоньку.

– Да, конечно, – показываю на ящики и стол бабулек. Они чистюльки были. Всегда намывали и свой стол, и всю кухню. Откуда грязь?

«Жаль, что вместо чудесных женщин нам придется жить бок о бок с этим противными людьми», – вздыхаю мысленно. И если Татьяна не вызывает у меня никаких эмоций, то от ее мужа хочется спрятаться. Мерзкий тип.

– Вот тут. Смотрите. И холодильник ваш, – указываю на маленький допотопный «Орск».

– А это ваше? – с любопытством рассматривает Татьяна «Розенлев» и столы, сделанные на заказ.

– Да. Квартира на две семьи, – напоминаю я и в душе жалею, что мы с Игорем не подсуетились сразу после гибели соседок.

Много ли ума надо? Но за своими текущими мелкими проблемами ни один из нас не удосужился подумать о главном. Вот и пролетели!

Большая светлая комната с окнами на заброшенный сад отошла странному мужчине с недобрыми глазами и его зазнайке-жене.

– Ну, ясно, – поджимает губы Татьяна. – Тут еще убирать и убирать. – заслышав шум открываемой двери. В квартиру входят мужчины. И новая соседка кричит возмущенно.

- Леон!

– Чего тебе? – появляется в коридоре, ведущем в кухню, ссутулившийся крепкий мужчина. Спрашивает грубовато. Смотрит на жену холодно и презрительно. Тянет в руках небольшую тяжелую коробку. Заходит в свою комнату.

Татьяна бежит следом. Машет руками, голосит громко.

– Я здесь не останусь, слышишь? Тут не переступишь… Завтра придут тетки…

– Мне похер, – совершенно спокойно отвечает Леон. – Я тут ночую. Ты тоже. Не переломишься.

– Тань, да управишься! – весело басит Игорь, таща на себе кресло. – Валя тебе поможет. Правда, Валюха?

– Нет, – собрав волю в кулак, мотаю головой. Самой бы кто помог. – Я за Машей к Антиповым пойду. Мы же с тобой договаривались, – смотрю с укором. И терпеть не могу дурацкую привычку мужа быстро сходиться с чужими людьми. Навязываться им. Сразу вести себя, будто сто лет знакомы.

– Ну и ладно. А мы с Ленчиком жахнем, – громогласно заявляет Игорь. И тут уже новый сосед выглядывает из комнаты.

– Да, надо же отметить новоселье. Таня пирог испекла.

– А у нас котлеты и борщ! – радостно возвещает Игорь.

Чуть не вскрикиваю в голос. Нет. Я человек не жадный. Любого накормлю и обогрею. Но сидеть за одним столом с Леоном и Таней мне не хочется. И еду я на неделю вперед приготовила. Теперь придется после смены на кухне возиться. И так сил нет.

– Я отбивные привезла, жареную картошку и запеченную курицу, – весело тараторит Таня, выглядывая в коридор. – Ты надолго уйдешь, Валентина? – улыбается мне.

И в каждом ее жесте, в каждом движении чувствуется фальшь. Будто человек играет на сцене и… переигрывает.

– Да, почти до девяти. У нас дочка в гостях, на детском дне рождения. Я обещала прийти попозже.

– Стол нам накрой и иди, – самодовольно заявляет Игорь.

А мне его прибить хочется. Вот что за человек? Я плохо себя чувствую. Сам же знает. Но нет, когда дело пахнет застольем, моего Петрова не удержать. Все остальное пофиг!

Честно говоря, мне никуда идти не хочется. На улице слякоть. Живот тянет. Настроение – дожить бы до завтра и сдаться на милость врачам. Думала отлежаться и за Машкой Игоря отправить. Но сейчас интуитивно хочется удрать подальше от странных соседей.

Накинув плащ, медленно спускаюсь по лестнице. И ума не приложу, как дальше жить бок о бок с неприятными людьми. Мужик с сальным взглядом… Женщина искусственная какая-то! Бррр!

Вздрагиваю от накатившей горечи, мурашками растекающейся по позвоночнику. Толкаю тяжелую подъездную дверь и нос к носу сталкиваюсь с Ремом Лактомским.

- О, Валюха! Ты куда в потемках намылилась? Муж из дома выгнал? – смеется он, но всмотревшись в мое бледное лицо, спрашивает напряженно. – Случилось что, Валь?

- Привет, Рембо! – улыбаюсь я. – Все в порядке. Я за Машкой к Антиповым иду. У Галочки сегодня день рождения.

- Это на Заводскую? – уточняет Рем