Мои красные туфли - Лиана Меррил

Карли сполоснула пустую банку и отправила ее в мусорный пакет с надписью «в переработку».

— Послушай, очевидно, твое появление имеет какое-то объяснение?

— Надеялся, что контракт уже готов и мы сможем заняться составлением графика работы.

— Да, контракт готов. Но мы договаривались встретиться по этому поводу лишь завтра, и, несмотря на это, ты даже не позвонил, как сделал бы любой воспитанный человек. Но тебе ничто не мешает навязывать собственное расписание другим, как только ты этого захочешь.

— Так как же насчет обеда? — повторил вопрос Эван.

— Я уже сказала, что Париж придется отложить.

— Составлять график на пустой желудок вовсе не легко. — Эван огорченно похлопал себя по животу. При росте почти в шесть футов и весе около ста восьмидесяти фунтов он вряд ли был создан для голодания.

— Садись. — Карли показала на стул и направилась к буфету. Первым делом она протянула руку к одной из баночек Одина. Нет, это нечестно по отношению к коту. Окинув взглядом соседнюю полку, она достала две банки с супом.

— Надеюсь, ты вымоешь открывалку? — поинтересовался Эван, наблюдая, как она ставит банки на стол.

— Кошачью еду я открываю другой, — успокоила Карли.

— Наверняка самой лучшей.

Так же как во время первого совместного обеда, Эван отказался говорить о делах до тех пор, пока не съели суп и сандвичи. Наверное, он был прав. Еда не слишком хорошо сочетается с неприязнью и противоречиями. Оказалось, что спокойно обедать вместе с Эваном совсем не плохо. Карли уже вышла из того возраста, когда каждый или почти каждый вечер люди куда-то ходят. Весь рабочий день она провела в переездах из одного места в другое, а потому, оказавшись наконец в своем уютном доме, уже не хотела его покидать. Карли решила, что наблюдать за тем, как Эван ест томатный суп и сандвич с ветчиной, так же интересно, как смотреть на него спящего. Оказалось, что молча они способны существовать рядом вполне мирно и благополучно.

— Что ты изучала в колледже?

Карли внезапно почувствовала себя так, словно пришла на первое свидание.

— Голых мужчин.

— Ну и как, успешно?

— Чрезвычайно.

— Я так и подумал.

— На самом деле не доучилась один семестр до степени бакалавра искусствоведения.

Эван поднял глаза от тарелки.

— Что же произошло? Поняла, что историку искусства трудно найти работу с зарплатой в шесть цифр?

— Просто решила, что не выдержу конкуренции на поле битвы. — Карли уже пожалела о том, что так опрометчиво раскрыла эту не слишком красивую подробность собственной биографии. Отсутствие диплома постоянно беспокоило и заставляло ощущать себя человеком второго сорта. Возможно, лучше было бы вообще не учиться в колледже. А остановка на подступах к вершине делала картину еще более жалкой.

Карли не сомневалась, что Эван может похвастаться по крайней мере степенью магистра, а возможно, даже докторской. Наверняка имеет обе.

— Так почему же все-таки ты не закончила?

— Пришлось выбирать, и я сделала выбор.

— Между историей искусства и профессией актера? Интересные варианты — так много общего.

— По мнению моей мамы, выбор между глупостью и еще большей глупостью. Она хотела видеть меня бухгалтером или медсестрой. Профессии, нужные всегда и везде, даже в периоды экономического спада.

Эван обвел взглядом уютную кухню с множеством бытовой техники и разнообразной красивой кухонной утварью. Вещи не сохранили девственной чистоты, а это означало, что их активно используют. И в то же время куплены они были явно не на распродаже. Такое же впечатление производила и посуда.

— Ты зарабатываешь вполне прилично, — сделал он вывод.

— Когда ты покажешь сценарий? — Карли поспешила перевести разговор на более нейтральную тему.

— Он лежит в машине.

Оба уже закончили обед, а потому можно было поговорить о деле.

— Текст тот же, который ты записывал в первый раз, с другим актером?

— Почти полностью совпадает. Я внес кое-какие изменения и отредактировал отснятый материал, но на девяносто процентов все осталось по-старому.

— А можно послушать то, что уже сделано?

— Нет. Я не хочу, чтобы на твою работу что-то повлияло.

— Неужели так плохо? — Карли не ждала ответа на этот прямой вопрос.

— Да, так плохо. — Эван сморщился, словно от боли. Он отдал сценарий и назначил первую запись на вечер ближайшей среды. В течение месяца предстояло работать раз в неделю поздним вечером, чтобы получить в свое распоряжение Декса и студию. Карли такое расписание вполне устраивало, поскольку не пересекалось с графиком основной работы. И как она надеялась, не должно было раздражать Куинна.

Закрыв за непрошеным гостем дверь, Карли глубоко задумалась. Кто же он такой, этот Эван Маклиш? Откуда, почему и зачем он свалился на ее голову? Он напоминал Санта-Ана, «дьявольский ветер», который время от времени очищал небо над Лос-Анджелесом до первозданной голубизны, но в то же время наполнял воздух статическим электричеством, которое било, искрило и потрескивало, ожидая любого, пусть даже самого незначительного, предлога, чтобы превратить город в пылающий ад. Эван казался неумолимой природной силой, а сама Карли — лишь крошечным камешком на ее пути. Что и говорить, грядущий месяц окажется серьезным испытанием не только удачливости, но и уверенности в себе, выносливости и терпения. Если ей суждено уверовать в Бога, постичь боевое искусство или купить пояс целомудрия, то делать это надо прямо сейчас.

Куинн по телефону отчитывал какого-то несчастного актера, который умудрился опоздать на запись. Карли положила на стол пакет с печеньем и села.

— Все, Куинн, я погибла, — произнесла она, едва агент повесил трубку.

— То есть? — Он пристально взглянул на нее. — Зубы испачканы в помаде, а в остальном ты выглядишь просто замечательно.

Карли провела по зубам салфеткой.

— В «Компостной куче» моей роли больше нет. Агент прищурился, что-то обдумывая.

— Сейчас идет последняя неделя записи. Когда ты об этом узнала?

— В прошлую пятницу.

— В пятницу! — вскипел Куинн, возмущенный непростительной оплошностью в работе своей шпионской сети. В поисках аспирина он принялся рыться в ящиках стола. В обязанности секретарши входило следить за тем, чтобы бутылочка всегда хранилась на виду, в верхнем ящике. — Почему ты не сообщила мне об этом сразу, вместо того чтобы тратить время на какой-то бесплатный документальный фильм? Я-то считал, что у тебя все в полном порядке…

— Это ничего бы не изменило. Все равно я буду делать этот фильм, и все равно мне пришел конец.

Куинн вытряс из баночки пару таблеток и с ненавистью взглянул на пустой стакан.