Мои красные туфли - Лиана Меррил

— Дерьмо!

— Именно так. Лучше и не скажешь. — Карли достала из маленького холодильника у дальней стены еще не начатую зеленую бутылку «Пеллегрино» и наполнила стакан шипучей водой.

— Ну что же, — заговорил Куинн, проглотив таблетки. — Думаю, тебе стоит знать, что мистер Берт решил бросить свое шоу.

— Дерьмо! — Карли протянула руку. — Когда ты узнал? Агент вытряс ей в ладонь таблетку.

— В понедельник.

— В тот самый день, когда мы тратили время на никчемный бесплатный документальный фильм? А я-то считала, что у тебя все в полном порядке! — Она запила обезболивающее минеральной водой прямо из бутылки.

— Ну ладно, — сдался Куинн. — Мы квиты.

— Извини, Куинн.

— За что ты просишь прощения? Разве ты виновата? Это шоу-бизнес, Карли. Вверх, вниз, снова вверх. Привыкай, девочка.

— Напоминает драку в баре, — мрачно заключила Карли.

— Нет, это просто жизнь. Ну а теперь убирайся отсюда. Через полчаса у тебя запись, а еще надо доехать. Смотри не провали работу.

Еще в начале карьеры кто-то объяснил Карли суть жизненного цикла актера.

Действие первое. Кто такая Карли Бек?

Действие второе. Дайте мне Карли Бек!

Действие третье. Дайте мне молодую Карли Бек!

Эпилог. Кто такая Карли Бек?

Карли чувствовала себя так, словно едва добралась до второго действия, а потом оказалась сразу в эпилоге. Прошлое перешло в будущее, минуя настоящее. Судя по всему, традиционного эпизода «за кадром» в данном случае не предвидится, а потому никто не узнает о ее стремительном взлете, неизбежном падении и невероятном, но все-таки завоеванном возвращении. В ее биографии не числилось неудачного брака или периода реабилитации, о которых можно было бы вспоминать с сожалением или нежностью, в зависимости от обстоятельств. И ни в одной из химчисток, ни в одном из ресторанов Лос-Анджелеса не украшала стену уже начинающая желтеть фотография голливудской актрисы Карли Бек.

Глава 7

Когда Карли приехала, стоянка студии «Тайм-Код» оказалась почти пустой. Одно из преимуществ поздней работы заключается в свободе парковки. Карли выбрала местечко под фонарем и аккуратно поставила машину. Серебристый «ауди» прослужил уже целый год, но она обращалась с ним так, словно купила только вчера, и переживала из-за малейшей царапины и даже пятнышка. С предыдущими машинами таких проблем почему-то не было. Они приходили к ней уже немало повидавшими, так что поводов для волнений не возникало.

Холл оказался так же пуст, как и стоянка. В рабочее время здесь обычно было полно народу — люди входили, выходили, просто слонялись. Помещение выглядело просторным и разделялось на две части стойкой: с одной стороны от нее находился своеобразный «зал ожидания», с другой — приемная и диспетчерская. В углу стояли два обширных кожаных дивана, а перед ними — столики с последними номерами «Голливуд репортер», «Вэрайети» и других профессиональных журналов. Здесь же к услугам актеров был оборудован небольшой кофейный бар с кофеваркой «эспрессо», различными ароматизированными сиропами и одноразовыми стаканчиками. На стенах в рамках висели афиши последних работ клиентов студии.

За стойкой обитала бледная, словно луна, блондинка с большим ртом, подчеркнутым помадой цвета черной вишни, и очень светлыми глазами, щедро подведенными контурным карандашом и раскрашенными тенями сразу нескольких оттенков. Фиолетовая кофточка без рукавов не скрывала татуировку в виде змеи, извивавшейся от плеча до самого запястья.

— Привет, Лайла, — поздоровалась Карли. — Деке на месте? Я приехала немножко пораньше.

— Да, он в студии «А». — Девушка провела ладонью по коротко стриженным волосам и улыбнулась: — Мы все недавно смотрели в конференц-зале новую серию «Ежового рая». Ту самую, в которой показывают гей-круиз. На самом деле вы ничего подобного не вытворяли, правда ведь?

— Нет! Конечно же, нет! — Все это было просто кошмарным заблуждением, страшной ошибкой. Круиз по Карибскому морю для не обремененных семьей людей в свое время казался просто великолепной идеей. И так дешево. Можно было догадаться о неизбежном подвохе. Воспоминание о целом корабле пьяных мужчин в узких джинсах, которые распевали грязные песенки, оказалось болезненно неприятным. Так хотелось все это поскорее забыть!

— Правильно, я так и решила, — заключила Лайла. — Ведь вы с Даной вовсе не дурочки.

«Приди, о день! Я так хочу домой!»

Трое закончивших работу, усталых, растрепанных людей, больше похожих на зомби, направлялись в холл. Возле стеклянных дверей остановились, ослепленные сиянием заходящего солнца. Казалось, они только сейчас поняли, как долго существовали вдалеке от реального мира. Карли проскользнула мимо и направилась в студию «А», к Дексу.

Студия состояла из просторной аппаратной и кабины записи. Комнаты разделяло большое, почти во всю стену, окно, перед которым располагался микшерский пульт длиной в восемь футов. Слева от пульта возвышались два монитора. Здесь же, в непосредственной близости, стоял шкаф с оборудованием. Справа от пульта звукорежиссера, на столе продюсера, краснел купол лампы.

Деке сидел в середине своего электронного гнезда, не отрывая взгляда от одного из мониторов. Он следил за соревнованиями по серфингу. Великий звукорежиссер был одет в свою обычную, предназначенную для жаркой погоды униформу: футболку, шорты и сандалии.

— Салют труженикам, не знающим усталости, — приветствовала Карл и. — Как жизнь?

— Теперь, когда ты рядом, гораздо лучше. — Деке встал и дружески обнял девушку.

— Знаю, тебе просто не хватало печенья. — Карли протянула большой пакет, который держала в руке, а сама направилась к стоящему у стены, справа от пульта, дивану. Над ним возвышалась доска для серфинга; посреди светлой лакированной деревянной поверхности длиной в девять футов шла широкая красная полоса. — Этого раньше не было.

— Тебе нравится? — Деке подошел и встал рядом, нежно глядя на сокровище. — Полный кайф.

— Еще бы! — согласилась Карли, не вполне уверенная, в чем именно заключается кайф — в том, чтобы смотреть на доску или использовать ее по назначению.

— Я выиграл ее на пари. — Деке любовно погладил гладкую поверхность. — А еще у меня есть несколько настоящих гавайских рубашек — я повесил их там, в кабине, для создания настроения.

— Осталось устроить здесь настоящую гавайскую луау, и все будет в порядке.

— Как раз обдумываю проект. — Деке оглядел студию, явно прикидывая, куда лучше поставить факелы. — А если я попрошу, ты придешь в юбочке из пальмовых листьев?

— Только не проси танцевать хула. — Карли перевела разговор на более близкую тему: — Ты уже записывал текст этого фильма?