Мои красные туфли - Лиана Меррил

— Клянусь, ни за что на свете этот фильм не помешает моей основной работе. — Она предпочла промолчать о ситуации с «Компостной кучей» и о том, что основной работы может и не оказаться.

— О, это меня вовсе не волнует. Ты прекрасный профессионал, причем с самого начала. Беспокоюсь я вовсе не об этом.

— Ну же, Куинн. — На лице Карли расцвела очаровательная улыбка. — Может быть, ты все-таки немножко ревнуешь?

— Ну если только самую малость. — Куинн с аппетитом принялся за шоколадную ромовую бабу домашнего приготовления. Макушка ее была покрыта толстым слоем глазури и украшена выложенной из шоколада миниатюрной буковкой «К».

Значительная часть юности Карли прошла в балансировании между отцом, который беззаветно ее любил, но оставался ненадежным, словно погода, и матерью. Угодить мамочке было совершенно невозможно, но зато она честно, хотя и без особой радости, кормила и одевала ребенка. Так и получилось, что на одного из родителей она не могла положиться, а от другой никак не могла добиться любви.

Отец работал независимым журналистом и специализировался на новостях бизнеса. Он прекрасно знал, как писать о деньгах, но что касалось собственной карьеры и финансов, то здесь впору было обращаться за психологической помощью.

После развода, освободившись от того, кого считала мужем-придурком, Джудит начала поиски подходящего партнера. Довольно скоро она обрела его в лице выдержанного, трудолюбивого и скучного Уолтера Энгстрома, независимого аудитора. Для Карли появление такого отчима было равносильно приходу в их семью ведущего теленовостей. Через год родился Джулиан, а еще через два — Стейси.

Карли с улыбкой рулила по запруженным улицам Голливуда, вспоминая, какими забавными были ребята в детстве. Два светленьких кудрявых ангелочка, само совершенство. А старшая сестра постоянно чувствовала себя иной, лишней. Наверное, именно так ощущает себя в дорогом рождественском подарке случайно попавшая туда карамелька. Мать вовсе не стремилась повысить самооценку дочери. Напротив, при каждой удобной возможности она указывала на далеко не звездное хромосомное наследство. По мнению Джудит, Карли, так же как и ее безответственному и безалаберному отцу, на роду был написан полный провал и безмятежное, даже веселое падение со скалы приличной, обеспеченной жизни.

Несмотря на неутешительные прогнозы матери, Карли стремилась к карьере артиста-чтеца с тем же упорством, с каким Элмер Фадд гонялся за несчастным кроликом, хотя и с куда большим успехом. Впервые в жизни она шла той дорогой, которой хотела идти, и чувствовала себя на своем месте. И сейчас, как бы ни складывались обстоятельства, она вовсе не собиралась отказываться от достигнутого. Она была готова на все, даже целый месяц работать с Эваном, лишь бы вместе со счастливыми туфлями не потерять и все свои карьерные достижения. Что же, раз обстоятельства складываются таким образом, пусть так и будет. С этой мыслью Карли выехала на свою улицу.

Перед домом стояла синяя «тойота» Эвана. При ближайшем рассмотрении оказалось, что сам Маклиш ждет на крыльце. Счастливым он вовсе не выглядел, но, с другой стороны, этот человек никогда не сиял от радости. Вопрос заключался лишь в том, всегда ли он так выглядел или только в ее обществе. Вполне возможно, в отсутствие Карли Эвана как раз переполняли позитивный настрой и жизнерадостность. Обреченная на очередную неприятную встречу тет-а-тет с мистером Маклишем, Карли поставила машину в гараж, достала из багажника пакет с продуктами и направилась к парадной двери.

Эван удобно уселся на крыльце, прислонившись спиной к стене. Карли мысленно сняла с него джинсы, футболку и кроссовки, облачила в тогу и лавровый венок и уложила на тахту. Внимательно оглядела картину и озадаченно подняла брови. Кто бы мог подумать, что мужчина в платье способен выглядеть настолько соблазнительно?

— И давно ты здесь сидишь?

— Только что приехал, — ответил Эван, поднимаясь и забирая из ее рук тяжелый пакет.

Карли долго возилась с замком: далеко не сразу удалось найти нужные ключи — сначала от входной двери, а потом от двери в прихожую.

— Мог бы и позвонить, — проворчала она.

— Да я просто оказался неподалеку. — Он внимательно наблюдал за возней Карли. — А ты уверена, что живешь именно здесь?

— Просто редко хожу через парадное крыльцо. Здесь замок капризный. — Она покрутила еще немного, и дверь открылась. — Видишь? Так что живу я все-таки здесь.

— У тебя дверь перекосилась, потому ключ и заедает. Обязательно надо исправить.

— А мне даже нравится. Характерная особенность, устройство против воров.

Один встретил пришедших у двери и уверенно повел их в кухню, словно кот-поводырь для слабовидящих.

— А что бы ты делала, если бы за тобой кто-нибудь гнался и требовалось попасть в дом как можно скорее?

О Господи! Только этого еще не хватало!

— Наверное, закричала бы как можно громче и быстро, как заяц, бросилась к кухонной двери. А еще лучше, просто пробежала бы мимо парадного входа. Так что, как видишь, мне только что удалось сэкономить сотню долларов на ремонте двери. Я просто гений! — Карли положила сумочку на кухонный стол и взяла из рук Эвана пакет.

Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут же его закрыл и просто покачал головой. Девочка явно ничего не смыслит в защите от преступников в большом городе. Но скорее всего это вряд ли удастся исправить.

— А что у тебя на обед? — поинтересовался он, благоразумно меняя тему разговора.

— Пока не знаю. — Карли убрала в холодильник молоко, яйца, еще какие-то пакеты и свертки. — А куда ты меня приглашаешь?

— В Париж, — коротко и сухо ответил Эван.

— Великолепно! Как жаль, что завтра рано утром у меня запись. Так что лучше как-нибудь в другой раз. — Карли взяла на руки кота, подняла его к полке, на которой красовался весь ассортимент кошачьих блюд, и нежно спросила: — Ну, что предпочтешь, дружище?

— Неплохо было бы ребрышек, салат и шоколадное пирожное.

Карли не сочла нужным ответить Эвану. Она снова обратилась к коту:

— Не обращай на этого дядю внимания, детка. Он явился без приглашения.

Эван увлеченно наблюдал, как заботливая хозяйка готовит своему любимцу одно из консервированных лакомств.

Карли аккуратно выложила мясо из банки в специальную мисочку и на несколько секунд отправила его в микроволновую печь, а потом поставила обед на кошачий коврик, украшенный портретом Микки-Мауса.

— Как?! — воскликнул Эван с нескрываемым отвращением. — Без свечей? И без тихой музыки для создания интимной атмосферы?

Карли сполоснула пустую банку и отправила ее в мусорный пакет с надписью «в переработку».