Последний Герой. Том 8 - Рафаэль Дамиров

— На работу, — сказал он. — Я ж для людей стараюсь. Ты думаешь, просто так денежки капают? Я их из воздуха беру, чтобы тебе квартиру оплачивать, титьки делать?

— Ой, фу, какой ты вульгарный, котик, — жеманно промяукала девица. — А когда мы увидимся?

— Когда позвоню, — коротко ответил Быков.

Распрощавшись с любовницей, Быков вышел из квартиры. Время было обеденное. Он чувствовал себя бодро: день складывался удачно, бурный обеденный перерыв поднял настроение.

Сейчас он собирался к себе в администрацию, впереди ещё много запланировано: куча встреч, совещание и визит какого-то журналюги из местной газеты. Тот звонил заранее, договаривался. Фамилия незнакомая, но мэру было всё равно.

Прессу он не любил, всю целиком. Эти паразиты всегда пытались подковырнуть его, как они говорили, «вывести на чистую воду». Правда, большинство из них он уже «приручил». Часть местных журналюг давно писали тексты по заказанным темам, а непосредственным пиаром самого мэра занимался отдельный человек, числившийся в отделе анализа и планирования. Тот активно вёл соцсети:

«Лев Сергеевич запустил новый детский сад — перерезает ленточку».

«Лев Сергеевич открыл детскую площадку».

«Лев Сергеевич выбил государственный тендер на обновление гидрокоммуникаций».

И так далее, и тому подобное.

Лев Сергеевич мелькал везде — на порталах, в городских новостях, в пабликах. На каждом фото — улыбка, уверенный взгляд, безупречный костюм и подпись внизу: «Мэр Камнегорска — для людей, с людьми, ради людей.»

Подписчики у градоначальника набирались со скоростью звука. В следующем сентябре выборы, и Быков готовился снова занять то же кресло — вернее говоря, усидеть в нём любой ценой. Конкурентов у него не было, и он это прекрасно понимал. Но понимал и другое: пресловутая народная любовь ему, ой, как нужна.

Постройка крематория сулила большие деньги, но и влекла за собой не меньшее возмущение местных. Люди шептались, писали жалобы, возмущались в комментариях. Поэтому пускать пыль в глаза через СМИ было, как говорил его пиар-советник Иваныч, «одним из лучших и проверенных ходов в политике и бизнесе».

И неудивительно, что теперь у каждого главы администрации, у каждого мэра или губернатора — своя страничка, свой аккуратный аккаунт в соцсетях, раскрученный, с тысячами подписчиков. Если глянуть со стороны, складывалось ощущение, что каждый управленец только и делает, что сидит в интернете и постит. На самом деле этим нередко занимается целый пиар-отдел. Целый штат людей был отряжен на то, чтобы от имени управленца писать, фотографировать, монтировать, продумывать тексты, как будто их писал он сам — просто и по-человечески.

А народ верил. Народ думал, что это и правда пишет Лев Сергеевич Быков — добрый, неунывающий, заботливый мэр, живущий жизнью простых людей.

Лев Сергеевич вышел из подъезда. В нескольких метрах стояла его служебная машина, в которой уже ждал водитель. Он шагнул к автомобилю, но сбоку вдруг вынырнула тёмная фигура — человек в чёрной куртке и чёрной трикотажной маске, похожей на медицинскую. Такие носили ещё во времена самоизоляции, а сейчас — разве что особо мнительные граждане, всё ещё боявшиеся заразиться.

— Лев Сергеевич, здравствуйте. Это я вам звонил. Договаривался о встрече, — проговорил незнакомец.

Капюшон скрывал голову, маска — половину лица, поверх еще был намотан шарф до самого подбородка, так что вид у этого типа был, мягко говоря, неприятный.

«Опять пресса…» — подумал Быков. Все они фрики. Творческие люди — у них голова наперекосяк, зато в словах — острие ножа.

Он смотрел на незнакомца с лёгким раздражением. Прессе он не доверял, хотя и понимал, что без неё нельзя. Льву нужны шакалы — прикормленные, услужливые. Он не уважал их, но держал рядом: каждому лидеру нужна своя стая. А пресса, как известно, — четвёртая власть.

— Мы договаривались, — недовольно пробурчал Лев Сергеевич, — встретиться у меня в кабинете, через полчаса.

— Да-да, я помню, извините, — торопливо сказал человек в маске. — Но у меня срочная информация для вас. Очень важная.

— Какая? — насторожился мэр.

Он замер на месте, рука уже потянулась к дверце автомобиля, но не успела дотронуться до ручки.

— Ты… наказан, — хриплым, грубым голосом проговорил псевдожурналист.

Лев Сергеевич не успел даже осознать смысл сказанного — и в тот же миг получил удар ножом в живот.

Раз. Ещё раз. И третий.

Клинок застревал в драпе его просторного пальто, пробивая пиджак, рубашку. Нападавший наносил удары быстро, точно, с силой. Мэр не сразу понял, что происходит, пока не ощутил тупую боль, расползавшуюся по животу, и крик вырвался сам — крик страха и ужаса.

Он пошатнулся, рванулся назад, хотя после таких ударов должен был упасть замертво.

Из машины выскочил водитель-охранник. Он выхватил из наплечной кобуры пистолет и, не раздумывая, открыл огонь по нападавшему, который уже убегал.

Бах! Бах! — грохнули выстрелы, но стрелял охранник откровенно плохо. Одна из пуль лишь чиркнула по правому плечу темного силуэта.

— Беги за ним! Чего встал⁈ — заорал мэр, держась за живот.

Охранник рванул следом, но уже через сотню метров сбавил темп, тяжело дыша. Он был здоровый, мощный, но к бегу — не приспособлен.

А тот, кто бил ножом, мчался стремительно, легко, будто спортсмен на тренировке. Он явно был подготовлен.

Охранник вернулся к мэру.

— Лев Сергеевич, вы как? — спросил он, задыхаясь.

— Ты дебил⁈ — заревел мэр. — Что значит «как»? Он ударил меня ножом несколько раз! Если бы не бронежилет, я был бы труп! Фух, бл*дь! Думал, пропорол брюхо… Нет… показалось.

Лев Сергеевич был умен, изворотлив и в то же время труслив. После того, как однажды его машину закидали камнями, когда впервые разошлась история про крематорий, он всегда надевал лёгкий, почти незаметный бронежилет — никто об этом не знал, кроме охранника. И теперь эта броня спасла ему жизнь.

— Звони ментам, — прохрипел мэр.

На дрожащих ногах он еле забрался в машину и плюхнулся на заднее сидение. Грудь его часто вздымалась. Он ощупывал живот, пронизывая пальцами прорези в пальто и пиджаке. И от этого ему становилось ещё страшнее.

— Господи… — прошептал он, — Господи, спасибо.

Сглотнул, облизал пересохшие губы.

— Найму, бл***, пять охранников, — пробурчал мэр, приходя в себя. — Сука, кто это мог быть? Тварь. Найду, урою, закопаю. Нужно усилить охрану. Ох…йо-о…

Конечно, личная охрана чиновнику его уровня формально не положена, но Лев Сергеевич знал, как изыскать резервы в бюджете, чтобы