Красное бедствие - Рита Хоффман

Я просто зла, что им и дела нет до того, что произошло с моей семьей, – едва слышно ответила Ромэйн и бодрым шагом пошла вперед, туда, где, по её мнению, могли располагаться лавки торговцев одеждой и тканями.

Владелец лавки встретил их без особого энтузиазма, но увидев золото в руках Фэй расплылся в плутоватой улыбке и принялся показывать им костюмы, “достойные самого лорда”. Решив, что выделяться им ни к чему, они взяли по паре плотных узких брюк, купили темные рубашки, надевающиеся через голову, ремни, сапоги и перчатки, на всякий случай. Надевать обновки не стали, чтобы не испачкать, пошли в ближайшую таверну и заплатили за небольшую комнату на втором этаже.

Внутри оказалась пара прохудившихся матрасов, грубый стол и пыльное окно, зато простыни и полотенца были свежими и пахли мылом.

Ромэйн первой кое-как помылась в большом деревянном тазу и с удовольствием надела купленные вещи. Смыв с себя грязь, она будто смыла и весь ужас последних дней, её дух воспрял, и она решила поесть перед сном, чтобы с утра сразу отправиться в путь.

Фэй ушла договариваться на счет лошадей, а Ромэйн спустилась в зал таверны и села за самый дальний стол. Веснушчатый мальчишка принял у неё заказ и убежал на кухню, а она подперла голову рукой и принялась разглядывать посетителей.

Многие смотрели на нее в ответ, наверняка поражаясь её странной и несомненно уродливой прическе. Ромэйн провела рукой по черепу и вздохнула.

Да, потерять волосы было тяжело, но никогда прежде она не чувствовала себя частью большой семьи так остро, как в темноте комнаты, глядя на мать, готовую к бою.

Вырастут новые, решила Ромэйн и принялась есть печеную картошку. Волосы – наименьшая из её бед.

– Служил я как-то лорду, – затянул бард, – и гостем был его, пока однажды ночью не вылакал вино! Когда меня поймали, я был изрядно пьян, и выбравшись из замка, стянув штаны стоял! Увидев меня голым, лорд скромно покраснел, зато его жена…

Ромэйн покачала головой. Знают ли местные, что случилось, или слухи о бойне в Синей Крепости еще не дошли до сюда?

– Нет у нас больше лорда! – выкрикнул кто-то из толпы. – Пора тебе написать другую песню!

В барда полетела пустая кружка. Тот легко увернулся и пригрозил собравшимся кулаком.

– Пригрела меня на груди девица знатных кровей, – бард завел новую песню, – и не было никого в целом мире добрей! Кормила меня и поила, у груди держала меня, будто я не просто мужчина, а её родное дитя!

– То была баба или свиноматка? – выкрикнул кто-то.

Раздался дружный хохот, но бард, будто не замечая его, продолжил исполнять свою скабрезную песню.

Фэй подошла к столу и села напротив Ромэйн. Она незаметно передала ей оставшиеся украшения и прошептала:

– Завтра утром мы уедем отсюда на двух отличных лошадях.

– Как же я рада это слышать, – искренне ответила Ромэйн. – Мои ноги не пережили бы пешего путешествия.

В таверну ворвался мужчина с перекошенным от страха лицом. Он взмахнул руками и вдруг истошно закричал. Фэй вскочила, в зале началась паника.

– Да что происходит?! – перекрикивая шум, спросил хозяин заведения.

– Демоны! Демоны и солдаты! – завопил мужчина.

Не успел он договорить, как дверь таверны распахнулась и на него налетело огромное, лысое существо с кожистыми крыльями.

Поднялся крик, началась давка. Фэй схватила Ромэйн и потащила её в сторону кухни.

– Куда мы идем?! – Кто-то ударил Ромэйн в бок, и она согнулась пополам от боли.

– Скорее! Там должен быть еще один выход!

Раздался звон разбитого стекла, Ромэйн обернулась и увидела крылатого демона, залезающего в таверну через окно. Один из мужчин попытался ударить его стулом, но монстр схватил его за руку и вывернул с такой силой, что кость прорвала кожу и оказалась снаружи.

Фэй растолкала опешивших поваров и ногой распахнула дверь. Они выбежали на темную улицу и помчались прочь, не разбирая дороги. Ромэйн выхватила из ножен меч и подняла голову – над ними черными тенями носились демоны. На северо-западе поднималось алое зарево – там явно что-то горело.

– Мы должны взять лошадей! – выкрикнула Ромэйн.

– Нет времени! – Фэй даже не обернулась.

Они промчались мимо лавки, в которой покупали одежду, и Ромэйн успела заметить лежащего на полу торговца. Окна в лавке были разбиты – похоже, демоны уже побывали здесь.

Пробежав мимо крайних домов, стоявших у выхода из города, Ромэйн поверила было, что им удалось сбежать, но внезапно путь им преградил высокий мужчина в багрово-черной форме. Он наотмашь ударил её по лицу и сцепился с Фэй.

Стражница не уступала ему в силе, но выхватить оружие не успела – солдат взмахнул мечом, и она упала на одно колено, держась за бок.

– Куда-то спешите? – прошипел мужчина.

Он рывком поставил Ромэйн на ноги, и она увидела, что их окружил небольшой отряд. Она сжала зубы и хотела было сказать что-то колкое, но Фэй замотала головой, умоляя её молчать.

– Этих к остальным. – Солдат швырнул Ромэйн к ногам молодого офицера. – Сил у них много, бегают быстро. Разоружить и в строй!

Офицер взял Ромэйн за шиворот и поднял. Она потянулась было к кинжалу, но юноша ударил её в живот и прошипел:

– Лучше не доставляй мне проблем.

Он снял с неё ножны, обшарил карманы и забрал украшения, воровато оглядевшись по сторонам. Видимо, делиться с остальными он не планировал.

Подталкивая их в спины, мужчины довели их до таверны, перед которой в шеренгу выстроились окровавленные, побитые люди. Некоторые едва могли стоять на ногах.

Ромэйн и Фэй поставили в конец шеренги и связали им руки. Длинной веревкой их привязали к бледному как полотно мужчине. Тот окинул их сочувственным взглядом, Ромэйн заметила, что под густой бородой у него дрожали губы.

– Кто не может идти? – громко спросил мужчина в форме, украшенной лампасами.

Несколько человек робко подняли руки. Не успела Ромэйн опомниться, как их всех пронзили мечами стоявшие сзади солдаты. Она едва не вскрикнула, но вместо этого только сильнее сжала зубы.

Люди повалились на землю. Окинув их безразличным взглядом, командир выкрикнул:

– В долине Полнолуния начались раскопки, Императору нужны рабочие руки! Сейчас вы развернетесь и пойдете на северо-восток, следом за конными всадниками! Если кто-то упадет – его убьют на месте! – Он обвел холодным взглядом притихших людей.