Шаг во времени - Энн Бэрбор

– Местами она слабовата, – отметила Аманда, – но пакостью я бы никогда не отважилась ее назвать.

Джереми разинул рот – и зря, потому что он как раз жевал солидный кусок телячьих мозгов – и прошамкал:

– Не рассказывай мне, что ты читала эту штуку.

– Хорошо, папа, – скромно ответила Аманда. – Ничего подобного я не стану вам рассказывать.

– Тогда знаешь, милочка, что я...

– Это вполне допустимо, – холодно произнес Аш, и его тон подействовал на пылкую отповедь дочери, готовую сорваться с губ Джереми, как ушат холодной воды, – потому что Байрон теперь женат и обзаведется, вероятно, домом и станет любящим супругом и отцом, – от этих слов Аманда прыснула со смеху.

– Ни гроша бы на это не поставила. Приблизительно через год Анабелла вместе с ребенком уедет от него и вскоре после этого... – она вдруг умолкла. – Во всяком случае, нечто подобное может случиться, – пробормотала она, запинаясь. – А можно мне еще этих восхитительных телячьих мозгов?

Обед тянулся, было еще несколько перемен блюд, в основном, из говядины и баранины, приготовленных по-разному и с разными подливами, и в завершение подали огромные горы всяких сдобных изделий. Аманда продолжала дивиться невозмутимости графа, хотя его неприязнь и мрачное отвращение ко всему происходящему порою прорывались и доходили до ее обостренного восприятия, подобно диссонирующим звукам расстроенной скрипки.

Потом Бриджи со своим гостем перешли в гостиную для послеобеденной беседы. Прошло не больше пятнадцати минут, но Аманда уже готова была схватить графа за руку и броситься в ночь без оглядки, лишь бы вдохнуть полной грудью свежего воздуха. Наконец Серена поднялась.

– Пора ехать, любовь моя, – обратилась она к Джереми, и тот неохотно встал. Приказали принести верхние одеяния и подать карету. Аманда, когда ее усадили рядом с матерью, подумала, что бал будет таким же тяжким испытанием, как и обед.

Сэр Барнаби и леди Марчфорд жили на Хилл-стрит, тихом проезде, спускающемся с холма к площади Баркли-сквер.

– Фешенебельное место, – сказала Серена, одобрительно сложив губы, – но не такое роскошное, как Верхняя Брук-стрит.

В этот вечер Хилл-стрит показалась совсем не тихой. По ней двигалось множество карет самых разных видов и форм. Все они направлялись к одному и тому же дому, расположенному на середине спуска. Факелы освещали фасад, и в мерцающем свете лакеи и факельщики сновали, как мыши, выполняя то, что кричали им кучера и старшие слуги.

Аманда упивалась видом, ибо это было зримое воплощение сотен сцен, о которых ей доводилось читать только в книгах. Ей не терпелось попасть внутрь дома.

Пришлось ждать исполнения этого желания не меньше часа. Наконец Бриджи вышли из экипажа, ступили на тротуар у дома Марчфордов и сразу оказались захваченными целой процессией, движущейся ко входу в величественное здание. Внутри здания им уготована была еще одна задержка – пришлось встать в хвост длинной очереди гостей, которая вилась по холлу, затем по лестнице и текла сквозь распахнутые двери бального зала на втором этаже. Непосредственно перед Бриджами и за ними шествовали незнакомые им люди, поэтому с ними Бриджи почти не переговаривались, но зато часто раскланивались с кем-то издалека и приветственно махали руками. Серена, на лице которой застыла ни разу не дрогнувшая улыбка, непрерывным потоком нашептывала Аманде последние наставления.

– Смотри, вон в красно-коричневом атласе – леди Бамфрет, а рядом с ней ее дочь Гермиона. Вы с ней учились в одном классе, но теперь она не снисходит до общения с тобой. Бамфрет – гнусная женщина! – Вся эта фраза сопровождалась самой приветливой улыбкой и вежливым помахиванием пальчиками в адрес дамы в красно-коричневом платье. – А вот в дверях сейчас лорд и леди Мичем. Будь с ней особенно предупредительна, потому что она подруга леди Джерси, и я рассчитываю получить от нее официальное приглашение после объявления о твоей помолвке. Ох! – Серена встрепенулась. – Неужели это Георгина Фавершем с мамою? Помаши, Аманда! Батюшки, ну девушка и вырядилась – настоящее пугало! Зачем Мод позволяет ей облачаться в этакую желтизну?

Характеристики продолжали звучать непрерывным потоком на протяжении всего восхождения по лестнице, но все это время Аманда остро ощущала присутствие Аша позади себя. «Боже, что он сейчас думает о семье Бриджей? Хотя, наверняка, сумел давно понять чету, в глазах которой он – «тот самый вожделенный зять», – решила Аманда и вновь стала прислушиваться к монологу Серены, тщательно отбирая впрок ключевые моменты.

Наконец они добрались до входа в бальный зал, где ливрейный лакей звучным голосом объявил об их прибытии. Пышнотелая матрона с выступающими вперед зубами коснулась руки Серены и улыбнулась, обнажив весь оскал.

– Серена! – воскликнула она. – Как я рада тебе! Добрый вечер, мистер Бридж, – это было сказано уже менее сердечно. – А милая Аманда красива, как всегда.

Ее супруг, с глазами навыкате, торчащими даже из-под кустистых бровей, согласно хмыкнул и пробурчал Аманде:

– Да, моя милая, сейчас они все зароятся вокруг тебя, загудят, как пчелы над горшком с медом.

– Лорд Ашиндон! – ахнула миссис Марчфорд. – Наконец-то вы появились у нас. Добро пожаловать! – И, постреляв глазами то на графа, то на Аманду, одарила Серену понимающей улыбкой и занялась следующими по очереди гостями.

Аманда благодарила судьбу, что может все это видеть, и вертела головой во все стороны, пока Серена не затащила ее в большую гостиную. Гости группами входили и выходили из комнаты; одеяния белоснежных и пастельных тонов у девушек служили прекрасным фоном для более ярких нарядов дам постарше, которые мерно шествовали, напоминая вереницу цветов, плывущих в ручье. Костюмы мужчин были более сдержанных тонов – благодаря влиянию законодателя мод Красавчика Брамэла, как решила Аманда.

Поклонившись, Аш отошел от дам, предоставив им возможность обсуждать коварные женские планы, и Аманда с удивлением обнаружила, что чувствует себя покинутой, хотя это полная чушь с ее точки зрения. Она упорно твердила себе, что этот мужчина существует лишь в ее галлюцинации. То, что порождения ее фантазии становились все более сложными и реалистичными и, казалось, готовы длиться невесть сколько, начинало серьезно беспокоить ее, но сейчас об этом не хотелось думать. Аманда вдруг услышала, что Серена опять говорит ей о чем-то.

– А это Кандейси Маклзфилд. Ты ее помнишь?

– Да, мама. После несчастного случая со мною она дважды побывала у нас.

Мисс Маклзфилд, полная брюнетка двадцати лет, раньше была близкой подругой мисс Бридж, но из-за недавней ее помолвки с виконтом Рамзденом она могла теперь торжествовать, благопристойно манерничая в гостиной любой из ее прежних подруг. Но Аманде с ней было легко, потому что все мысли этой девицы были заняты только грядущим счастьем с богатым мужем, и она вряд ли замечала промахи Аманды. Улыбнувшись, Аманда поприветствовала Кандейси и вскоре оказалась вовлеченной в беседу о подвенечных нарядах да свадебных путешествиях.