Сан. На чужой земле - Полина Люро

Люди болтают, что этот колодец ведёт прямо в подземный мир. Вроде, оттуда в старые времена выходили страшные воины под предводительством своего Повелителя и похищали людей, уводя в рабство. Да бредни это всё, сплошные сказки для непослушных детишек. Нормальный человек никогда не поверит в такую чушь…

― Серьёзно, Дарси? Люди и в призраков не верят, а ты… Сам знаешь. Магией, что похитила Сана и отравила нас с Крэгом, кто-то управлял. Я верю, что младший напарник ― жив и нуждается в помощи. Кроме нас ему не на кого рассчитывать.

Лицо Дарси побагровело:

― Рас, Крэг, послушайте. Мне тоже очень жаль мальчика, но то, что вы задумали ― просто… самоубийство. Уверен, Сан бы этого не хотел.

Пришлось вмешаться:

― А что, Дарси, если бы речь шла о твоём брате или сыновьях, ты повторил бы свои слова?

Командир опустил голову и стал задумчиво обрывать начинающую желтеть траву. Я посмотрел на него с подозрением и отодвинулся в сторону, а Рас засмеялся:

― Ты в порядке, Командир? Неужели опять задерживают жалование?

«Борода» очнулся от раздумья, тяжело вздохнув:

― Ну что вы за люди… Всю жизнь мне теперь будете этот случай вспоминать? ― и видя, как, переглянувшись, мы дружно кивнули, ― начал бросаться в нас сорванной травой, ― точно, какие из вас… Ладно, как будем спускаться? Лестницы в Преисподнюю, я так понимаю, у вас нет.

Рас обнял за шею и, притворно вздохнув, громко сказал:

― Дорогой, Крэг! Мне показалось, или в самом деле наш мир перевернулся? Ах нет, это Дарси вдруг передумал… Что творится…

Я тут же поддержал игру:

― Уважаемый, Рас! Я сам в смятении, Командир, кажется, сошёл с ума и хочет присоединиться к отряду полукровок-самоубийц. Нет, я этого не переживу! ― и картинно уткнулся лицом в плечо друга, изображая рыдания.

Через минуту мы с Расом, хохоча, убегали от гонявшего нас палкой Дарси, который с криком:

― Оболтусы, чёртовы придурки, я сейчас научу вас уважать Командира. Вы у меня год жалованья не увидите!

На что я, взбираясь на дерево, на котором уже устроился напарник, прокричал:

― Ох, как страшно! Может, для разнообразия скажешь что-нибудь новенькое? Мы и так месяцами не видим даже мелочи.

Дарси выбросил палку и, достав флягу, отхлебнул из неё, причмокивая:

― Хорошо! Свежая партия, тройная очистка, прям слеза, а не самогон. Эй, обормоты, слезайте, мне стало легче, кстати, я деньги привёз, сегодня получил… Ну, хватит со стариком в игры играть, Командир уже не так молод, чтобы гонять вас, дураков, как раньше. Спускайтесь, поговорим…

Мы втроём сидели под деревом и теперь уже отговаривали заупрямившегося Дарси от решения во что бы то ни стало пойти с нами. Вот всегда он такой ― сначала кричит «нет», чтобы через несколько минут противоречить самому себе. Но мы уже привыкли к его закидонам, потому что знали: Командир ― хороший человек, хотя и странный. Но ведь мы и сами не лучше…

― Послушай, Дарси, ты единственный, в ком нет магии, а без неё в том мире делать нечего. К тому же, при перемещении через колодец мне придётся поддерживать Крэга, на это уйдут все силы. Троих не потяну, прости, ― я знал, что Рас найдёт для Командира нужные слова.

― А что тогда мне делать? Я тоже хочу помочь Сану… ― голос Дарси звучал расстроенно и очень искренне.

― То, что и должен делать Командир для своих друзей ― прикрывать тыл. Придумай что-нибудь, пока нас не будет ― не хотелось бы, чтобы всех троих объявили дезертирами… ― Рас похлопал Дарси по плечу, ― мы на тебя рассчитываем.

― Ладно, скажу, что послал отряд на секретное задание. Но у вас не больше двух недель, потом армия двинется вперёд, ждать троих никто не будет.

На том и порешили. Дарси наотрез отказался уходить, пока мы не спустимся в «Преисподнюю», как он назвал нашу авантюру. Спорить с ним не было смысла. Закрепив мечи за спиной, мы с Расом встали на край колодца и помолились каждый своему богу, слушая, как за нашими спинами жалобно всхлипывает «бородач». Избранный пробормотал заклинание, и, обнявшись, двое сумасшедших прыгнули навстречу тьме.

Что сказать о самом полёте? Мы двигались так быстро, что казалось, будто обжигающий ветер вот-вот сдерёт кожу с лица. В голове не было никаких мыслей, у меня, во всяком случае. Рас сказал, чтобы ни о чём не думал, ведь это должно помочь ему поддерживать меня в падении. Я не стал, как обычно, докапываться ― что да как, просто зажмурился и прыгнул, полностью доверившись другу.

Честно скажу, дыхание перехватило, а грудь сдавило так, словно на меня уселся своей задницей странный зверь, о котором со смехом рассказывал Сан. Вроде, он водился у него Родине. Слон, кажется… Неважно, главное, что тяжело было даже мне, что уж говорить про худенького, изящного Избранного. Но он, не останавливаясь, шептал заклинания, и его пальцы судорожно вцепились в куртку, угрожая порвать её ко всем чертям. Кстати, всегда хотел спросить Сана, что это за «черти» такие, которыми он постоянно пугал нас с Расом?

К счастью, казавшееся нам бесконечным падение завершилось на удивление мягким приземлением, за что я готов был расцеловать напарника. И, может быть, решился бы даже ласково постучать по его высокомерной голове. Но случилось непредвиденное ― стоило ногам коснуться твёрдой опоры, я почувствовал, как тело друга обмякло и повисло на мне. Бедняга, он потратил все силы, чтобы мы не разбились…

Осторожно опустил его на дно проклятого колодца и зажёг неяркий магический шар, чтобы хоть немного разогнать окружившую нас тьму. Это почти не помогало, света было слишком мало: его едва хватило, чтобы осмотреть расстояние в пару шагов ― что поделать, если родовая магия не особо сильна. И тогда решил положиться на своё прекрасное обоняние, уж оно-то никогда не подводило.

Откуда — то тянуло запахом костра. Быстро определив направление, взвалил напарника на плечо и, выставив вперёд меч, осторожно двинулся к предполагаемому источнику огня. Магический «светильник» плыл впереди, но пока ничего, кроме уже доставшей тьмы, не встречалось. Может, в тот момент это было и к лучшему.

Неожиданно меч коснулся преграды, и, приблизившись к ней, я понял, что стою перед лёгким на вид, непрозрачным и казавшимся бесконечным занавесом. Из-за него до носа долетали характерные запахи гари, палёной ткани, бумаги и шерсти, горящего дерева и смолы. Там были пожары, вероятно, очень сильные. После