Знаки дороги - Роджер Желязны

– Я хотел бы…

– Что?

– Если бы мы могли отправиться к этому месту и своими глазами увидеть событие. Неужели у вас нет желания лично присутствовать, когда будет покончено с вашим старым врагом?

– Я получу полный рапорт с фотографиями.

– И тем не менее…

– Да, да, я понимаю вас. Само собой, я об этом уже думал. Но нет способа заранее сказать, кто будет убит. Случаются и рикошеты тоже. Я думаю просто подождать, пока событие произойдет, а потом отправиться назад и насладиться зрелищем. Но сначала я должен быть уверен, что это уже произошло. Откровенно говоря, я намерен при этом присутствовать много, очень много раз – но, потом…

– Я несколько запутался. Но я буду счастлив сопровождать вас как очевидец в вашей первой поездке.

– Мы что-нибудь организуем… потом.

– Но потом может быть слишком поздно!

– Слишком поздно не бывает. Сейчас нам нужно еще завершить партию в шахматы, а потом я хотел бы, чтобы вы взглянули на мои новые рукописи.

Маркиз вздохнул. Чедвик усмехнулся и закурил оранжевую трубку. Черепаха, с украшенным золотом и драгоценными камнями панцирем, медленно проползла рядом с креслом. Чедвик протянул руку и погладил ее по голове.

– Всему свое время и время для всего… – сказал он.

16

Рэд велел принести к нему в номер еды – как можно больше: подносы жареной говядины, целых цыплят и поросят. Он поглощал мясо, сидя и слегка покачиваясь, временами поднимался и начинал ходить по комнате. Он останавливался у забранного решеткой окна, глубоко вдыхал. Еще не взошедшая луна подсвечивала горизонт на востоке. Он вытер рот тыльной стороной ладони, и в горле его зародился странный звук.

Он прижал ладони к глазам и не отнимал с полминуты. Потом долго смотрел на свои руки. Свет, казалось, становился ярче, но он знал, что это не так. Он сорвал с себя остатки одежды и принялся доедать мясо, останавливаясь, только чтобы стереть пот со лба и век. Свет мерцал. Реальность, казалось, то теряла, то приобретала четкость в разноцветных вспышках. Душила жара…

Он почувствовал, что перемена началась.

Он упал на кровать и лежал неподвижно.

Послышался какой-то звук, словно ветер пролетел над пшеничным полем. И все вокруг закружилось…

Он проскользнул к подножию башни: темный, темнее самой темной ночи, безмолвный.

Несколько долгих секунд он смотрел вверх. Потом тронул стену. Он сжал кулаки, напрягся, тряхнул. Выдвинулись когти. Едва скребя о камень металлом когтей, он начал взбираться по стене, как тень среди теней. Дыхание его оставалось ровным. Темное лицо его не выражало ничего. Это было нужное ему место. Автомашина, на которой он приехал, была оставлена внизу на стоянке. Спешить было совершенно некуда. До рассвета далеко. Водитель подождет.

Он обходил окна, хотя большинство из них были уже погашены. Добравшись до первого балкона, он прислушался.

Тихо.

Он приподнял голову и осмотрелся. Пусто.

Он обошел балкон слева и продолжил подъем. Легкий ветерок нежил его тело. Испуганная пичуга чирикнула один раз и покинула свое гнездо, исчезнув в темноте.

Поднимаясь все выше, он несколько замедлил подъем, достигнув второго уровня балконов, где повторил осторожный осмотр. Он заранее изучил схему башни, знал расположение комнаты, знал также, что окна забраны решеткой. Быстрее и легче всего выбить дверь ударом ноги, ворвавшись как можно неожиданнее.

Он остановился, прислушиваясь, под третьим балконом, потом поднялся и забрался на перила ограждения. В то же момент какой-то человек вышел на балкон с лестничной площадки справа от него, затянулся один раз только что закуренной сигаретой, бросил ее и наступил ногой. Сидя на поручне, словно сова, он видел, что невысокий, неподвижно стоящий человек тоже смотрит на него. Один прыжок, один взмах ноги, и все будет кончено.

– Арчи, – послышался тихий голос, – добрый вечер.

Арчи не шевельнулся. Потом мягко оперся правой рукой о поручень.

– Сдается, не имею чести вас знать, – ответил он хрипло.

– Это так, мы никогда не встречались. Но я видел твою фотографию вместе с изображениями остальных занятых в деле. Я думаю, что ты мог видеть и мое при аналогичных условиях.

Вспыхнула спичка. Арчи всматривался в лицо.

– Лицо знакомое, – признал он, – но имя вспомнить не могу.

– Меня зовут Тимьин Тин.

– Ладно. Как я понимаю, у нас одна и та же цель. Ты можешь теперь идти обратно. Мне не нужна твоя помощь.

– Мы здесь не с одной и той же целью.

– Не понял.

– Я смотрю на это дело, как на мое личное. Ваше присутствие, хотя и не по вашей вине, оскорбляет меня. Следовательно, я вынужден вас просить удалиться и предоставить это дело мне одному.

Арчи усмехнулся:

– Глупо спорить, кто его убьет.

– Я рад, что и вы так думаете. Я желаю вам спокойной ночи, в таком случае, и немедленно займусь делом.

– Я не это имел в виду.

– Что же тогда?

– У меня есть приказ. Я даже был подвергнут психообработке, чтобы ненавидеть этого человека. Нет, это сделаю я. А ты уходи своей дорогой. Я сделаю все, как надо.

– Увы, я не могу. Для меня это дело чести.

– Ты думаешь, что ты один можешь так думать?

– Меня это уже не интересует.

Арчи слегка пошевелился. Тимьин Тин повернулся вправо.

– Ты не уйдешь?

– Нет. И вы тоже не уступите?

– Нет.

Арчи пошевелил когтями.

– Тогда пеняй на себя… – и он прыгнул вперед.

Тимьин Тин сдвинулся в сторону, повернулся, согнул ноги в коленях, выставил руки с повернутыми внутрь ладонями и расставленными пальцами на уровне плеч. Арчи крутанулся, левая рука вытянута, правая описывает дугу, большой палец отставлен в сторону, вес перенесен на левую ногу, правая согнута.

Тимьин Тин увернулся, правая рука сдвинулась к левому плечу, левая опущена и выдвинута вперед, пальцы собраны в новую конфигурацию.

Арчи сделал обманный финт ногой, два раза ударил правой рукой, словно клинком, мгновенно перешел в защитную стойку со скрещенными руками. Тимьин Тин отодвинулся назад, руки параллельно вытянуты вперед, кисти вращаются. Удары Арчи не нанесли ему вреда. Теперь тот принял новую стойку – голова откинута назад, руки подняты, правая нога вперед. Тимьин Тин сложил руки наподобие корзинки перед собой и слегка наклонился вперед, поворачиваясь.

– Едва не достал меня, – сказал Арчи.

Маленький человек улыбнулся, в то время как его пальцы заняли новое положение, плечи опустились на два с четвертью дюйма. Арчи поспешно передвинул левую руку и левую ступню, занимая новую стойку.

Тимьин Тин веерообразно провел правой рукой перед лицом, опуская левую, пальцы загибаются вперед и вверх. Арчи сделал заднее сальто и прыгнул вперед, ударив ногой. Тимьин Тин парировал удар черпающим движением левой руки, от чего Арчи покатился в сторону колесом, и продолжал катиться, пока не оказался на безопасном расстоянии, где стремительно перешел в оборонную позицию на корточках, из которой поднялся, быстро двигая руками. Он переместился влево, с молниеносной скоростью меняя стойки и позы. Тело Тимьин Тина тенью следовало за Арчи, руки его двигались более медленно, но всегда занимали нужное положение.