Знаки дороги - Роджер Желязны

– А как ты считаешь?

– Не знаю. Возможно.

– А Чедвик все это знает?

– Нет.

– Может быть так, что ему об этом известно больше, чем тебе?

Рэд покачал головой:

– Как тут определить? По-моему, все возможно.

– Отчего он так на тебя напустился?

– Когда мы расторгли деловые отношения, он очень горевал, потому что я испортил ему отлично налаженное дело.

– Так ли?

– Думаю, что да. Но он сам виноват – изменил образ операций, и мне стало скучно. Я бросил все, запутал дела и убежал.

– Но он по-прежнему богатый человек?

– Очень богатый.

– Тогда я подозреваю, что здесь кроется другой мотив, не только финансовый. Возможно, зависть к твоему благополучию.

– Возможно. Но ничего из этого не вытекает. Меня больше интересует его цель, а не мотивы.

– Я просто пытаюсь понять врага, Рэд.

– Я знаю. Но больше добавить нечего.

Он проехал сквозь туннель и повернул на въезд на шоссе. Тень, упавшая на машину, не покинула ее, когда она выехала на солнце.

– В твоей комнате все было вверх дном сегодня утром, – заметил Мондамей.

– Да. Так всегда бывает.

– А что это за знак, напоминающий китайский иероглиф, выжженный на двери? Это тоже всегда появляется?

– Нет. Это был… всего лишь китайский иероглиф. Он означает «желаю удачи».

– Как ты объяснишь его появление?

– Никак. Не знаю. Очень странно.

Мондамей тонко засвистел:

– Помню, ты однажды оставил мне какие-то книжки… с картинками, тебе пришлось еще объяснять их мне.

– Боюсь, что…

– Серии картинок с подписями.

Рэд снова зажег сигару.

– Не смешно, – сказал он.

Странная тень прикипела к кузову грузовика. Мондамей снова засвистел. Цветы начал петь…

18

Рэнди наблюдал, как замедляется пульсация бледного неба, каждый цикл становился все продолжительнее, пока наконец над ними не появилось серое небо дождливого утра. Они въехали на площадку обслуживания. С золотых и красных кленовых листьев падали капли, крыши домов покрыла изморозь. Они остановились у топливного насоса.

– С ума сойти, – сказал он. – Ведь сейчас лето, а не осень.

– Здесь – осень, Рэнди, и если ты вдруг поедешь по ближайшему въезду, а потом двинешься на юг, то попадешь в прекрасный огонь армии Конфедерации и Республиканцев.

– Ты не шутишь? Да, наверное. К сожалению, я начинаю тебе верить. Но что тогда мешает людям генерала Ли сделать обход по обочине этой Дороги, и захватить Вашингтон времен, скажем, Кулиджа, или Эйзенхауэра? Джексона?

– А ты когда-нибудь что-нибудь слышал о Дороге?

– Нет.

– Вот. Только малое число людей и машин могут найти и путешествовать по Дороге. Я не знаю, почему. Дорога – это как бы сам организм. И это – часть ее анатомии.

– А если бы я не принадлежал к числу пригодных для путешествия?

– Возможно, мне все равно удалось бы провести тебя на Дорогу. Очень много зависит от проводника.

– Значит, до сих пор не ясно, смогу ли я путешествовать один?

– Да.

– Хорошо, но предположим, один из офицеров Ли узнал о Дороге и научился перемещаться по ней. Что тогда?

– Те, кто знает секрет, не спешат поделиться с остальными, как ты сам скоро увидишь. Но даже если представить, что он действительно проник на Дорогу… Представим, что ты повернул на соседний въезд, как я тебе говорила, повернул на юг, и задавил Стоунуолл Джексона.

– Хорошо, предположим, и?

– И после этого ты развернулся и приехал в начальную точку. Окажется, что на Дороге образовалось разветвление, «вилка», которой не было раньше. Теперь ты можешь двигаться либо по маршруту, где это событие имело место, либо по тому, где оно не произошло. Первый путь будет весьма ухабистой дорогой, и, если по нему не часто будут ездить, он постепенно совершенно исчезнет. И наоборот – по той же причине может случиться так, что произойдут изменения в сети ответвлений нижних В Дороги. Мы с трудом узнаем знакомые пути. Появятся другие, тебе неизвестные. На таких боковых Дорогах легко затеряться и не найти пути назад.

– Но следы старых маршрутов остаются там, хотя почти невидимые из-за малого использования?

– Теоретически – да, они останутся там, заросшие придорожной травой, пересеченные реками, заваленные оползнями, но следы останутся. Но найти их легко только на словах.

– Не легче ли заново открыть их, исправив первоначальное вмешательство каким-то новым воздействием?

– А ты попробуй. Вернись на старое место, которое уже выглядит совершенно незнакомым и попробуй отделить старое от нового. Обратного изменения основного события уже может быть недостаточно. И само новое изменение может иметь неожиданные побочные эффекты, это зависит от твоего подхода. Ты можешь просто создать новый маршрут, хотя он очень будет похож на первоначальный, и сможет тебя удовлетворить. А может, и нет.

– Погоди. Дай мне переварить все это. Позже я еще раз расспрошу тебя. Кстати, почему мы здесь остановились? Бензина у нас пока хватает.

– Потому, что это заправочная на самообслуживании. Если ты раскроешь меня на 78-й странице и положишь текстом вниз, вон в тот ящик возле шоссе, я смогу послужить в качестве кредитной карточки, переводя деньги со счета моего прошлого хозяина. Действует ли еще его счет – это я узнаю, если ты уложишь меня в ящик. Возможно, мне удастся определить, где он заправлялся в последний раз, и мы направимся туда.

– Хорошо, – сказал Рэнди, поднимая Листья с сиденья и открывая дверцу. – А скажи пожалуйста, на чье имя открыт этот счет?

– На имя Доракина.

– Гм… что это за имя?

– Не знаю.

Он обошел машину, положил книгу в указанный ящичек. Внутри загорелся свет.

– Можешь заливать бак, – донесся приглушенный голос Листьев. – Счет по-прежнему действует.

– Получается, что мы вроде как воруем?

– Проклятье, если он действительно твой предок, то, по крайней мере, бензин он может для тебя купить!

Рэнди снял крышку с горловины бака, вставил в отверстие носик крана и поднял рычаг.

– Последний раз он заправлялся на стоянке в раннем В-16, – сказали Листья, когда он нажал на курок крана. – Туда мы сейчас и направимся и поспрашиваем людей.

– Кто присматривает за всеми этими станциями и стоянками?

– Это странный народ. Изгнанники, беглецы – все, кто не может или не хочет вернуться в родное время, или приспособиться к новой эпохе. А также пресыщенные бродяги – они побывали везде и теперь предпочитают вот такие тихие местечки вне Времени и географии.

Он хмыкнул.

– Может, где-то поблизости пишет свою книгу Амброс Бирс?

– Собственно…

Счетчик щелкнул, Рэнди выдавил еще немного, извлек наконечник крана и завинтил крышку.