Реформация. История европейской цивилизации от Виклифа до Кальвина: 1300—1564 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

II. ШВЕДСКАЯ РЕФОРМАЦИЯ

Густаву было еще двадцать семь лет. Он был не так высок, как мы ожидаем от северных мужчин, но обладал энергичным телом викинга, его круглое лицо было румяным от здоровья, а длинная желтая борода придавала ему достоинство, подобающее скорее его королевской власти, чем возрасту. Его нравственность была превосходной для короля, и даже церковь, которую он вскоре отвергнет, не могла усомниться в его благочестии. Он посвятил себя задачам управления страной с нетерпеливой энергией, которая иногда переходила в насилие или тиранию, но состояние Швеции к моменту его воцарения почти оправдывало его вспыльчивость и самодержавие. В хаосе войны тысячи крестьян оставили свои фермы незасеянными, шахтеры бросили свои шахты, города были опустошены конфликтами, валюта была дебетовой, национальная казна была банкротом, исполнительные мозги страны были выплеснуты в "Бане". Оставшиеся в живых феодальные бароны считали Густава выскочкой и свысока смотрели на его приход к власти. Возникали заговоры с целью его низложения, которые он пресекал сильной рукой. Финляндия, бывшая частью Швеции, все еще находилась в руках датчан, а Сёрен Норби, датский адмирал, удерживал стратегически важный остров Готланд. Любек требовал возврата займов.

Первая потребность правительства - деньги, выплачиваемые или обещаемые вооруженным силам, которые его защищают, а затем чиновникам, которые им управляют. Но в Швеции Вазы налоги стоили почти столько же, сколько они приносили, поскольку те, кто только и мог их платить, были достаточно сильны, чтобы сопротивляться. Густаву пришлось пойти на отчаянную меру - снова отчеканить монету, но плохие монеты вскоре упали до своей реальной стоимости, и финансы государства стали еще хуже, чем прежде. Только одна группа населения в Швеции оставалась богатой - духовенство. Густавус обратился к ним за помощью, считая, что богатство церкви должно облегчить бедность народа и правительства. В 1523 году он обратился к епископу Линчепинга Хансу Браску с просьбой пожертвовать государству 5 000 гульденов. Епископ запротестовал и уступил. Церквям и монастырям Швеции Васа направил настоятельную просьбу, чтобы все деньги и драгоценные металлы, не необходимые для продолжения их службы, были переданы правительству в качестве займа; он опубликовал список сумм, которые он ожидал получить из каждого источника. Ответ не оправдал его надежд, и он начал размышлять, не разумнее ли поступить так, как поступали лютеранские князья Германии, конфисковав богатства церкви на нужды государства. Он не забывал, что большинство высшего духовенства выступило против революции и поддержало правление Кристиана II в Швеции.

В 1519 году Олаус Петри, сын шведского железоделательного мастера, вернулся после нескольких лет обучения в Виттенберге. Будучи дьяконом кафедральной школы в Стренгнере, он позволил себе некоторые ереси: чистилище - это миф, молитвы и исповедь должны быть обращены только к Богу, а проповедь Евангелия лучше ритуала мессы. В Швеции начали распространяться труды Лютера. Браск просил Вазу запретить их продажу; король ответил, что "учение Лютера не было признано ложным беспристрастными судьями". 3 Возможно, он считал, что держать еретика в резерве для переговоров с церковью - политически выгодно.

Ситуация оживилась, когда папа Адриан VI отказался утвердить своего легата Иоганна Магнуса архиепископом Упсалы и предложил восстановить Густава Тролле, врага революции. Ваза отправил в курию письмо, которое тогда (в 1523 году) шокировало, а позже привело в восторг Генриха VIII:

Если наш Святейший Отец заботится о мире нашей страны, мы будем рады, если он подтвердит избрание своего легата... и будем выполнять пожелания Папы относительно реформации Церкви и религии. Если же Его Святейшество, вопреки нашей чести и миру наших подданных, встанет на сторону запятнавших себя преступлениями приверженцев архиепископа Тролля, мы позволим его легату вернуться в Рим и будем управлять Церковью в этой стране с помощью той власти, которую мы имеем как король.

Смерть Адриана и поглощение Климента VII Лютером, Карлом V и Франциском I оставили Васе свободу для продвижения шведской Реформации. Он назначил Олауса Петри в церковь Святого Николая в Стокгольме, сделал брата Олауса Лаврентия профессором теологии в Упсале и возвел третьего реформатора, Лаврентия Андреаэ, в архидиаконы собора. В палате собора под председательством короля Олаус Петри защищал лютеранство в споре с Петером Галле (27 декабря 1524 года). Ваза признал Олауса победителем и не был обеспокоен, когда Олаус, за четыре месяца до свадьбы Лютера, взял себе жену (1525). Епископ Браск, однако, был потрясен этим нарушением безбрачия и потребовал, чтобы король наложил запрет на Петри. Густавус ответил, что Олаус должен быть наказан, если он поступил неправильно, но "кажется удивительным, что это должно быть следствием брака (церемонии, не запрещенной Богом), и все же за распутство и другие грехи, которые запрещены, нельзя попасть под запрет".4 Вместо того чтобы объявить Петри вне закона, он поручил ему и его брату перевести Библию на шведский язык. Как и во многих других странах, этот вариант помог сформировать национальный язык и преобразовать национальную религию.

Густавус, как и большинство правителей, считал нравственными любые меры, укрепляющие его страну или трон. Он следил за тем, чтобы епископы, податливые к его планам, получали должности в Швеции. Он находил неотразимые причины для присвоения монастырских земель, а когда делил добычу с вельможами, объяснял, что просто возвращает мирянам то, что их предки силой заставили отдать Церкви. Папа Климент VII жаловался, что шведские священники женятся, причащаются хлебом и вином, пренебрегают таинством елеосвящения и изменяют ритуал мессы; он призвал короля оставаться верным Церкви. Но Густавус зашел слишком далеко, чтобы вернуться; ортодоксальность разорила бы его казну. На Вестерском сейме (1527) он открыто выступил за Реформацию.

Это была историческая встреча как по своему составу, так и по результатам. Четыре епископа, четыре каноника, пятнадцать членов Риксраада, 129 дворян, тридцать два бюргерства, четырнадцать депутатов от шахтеров, 104 представителя крестьянства - это было одно из самых широких по составу национальных собраний XVI века. Королевский канцлер внес в Сейм революционное предложение: государство, по его словам, настолько обнищало, что не может функционировать на благо народа; шведская церковь настолько богата, что может передать большую часть своих богатств правительству и при этом иметь достаточно средств для выполнения всех своих задач. Епископ Браск, до последнего боровшийся за свои идеалы и реальность, заявил, что Папа повелел духовенству защищать свою собственность. Сейм проголосовал за то, чтобы подчиниться Папе. Густавус, поставив все на карту, объявил, что, если таково будет настроение сейма и нации, он уйдет в отставку и покинет Швецию. В течение трех дней собрание дискутировало. Мещане и крестьянские депутаты перешли на сторону короля; дворяне имели все основания двигаться