Реформация. История европейской цивилизации от Виклифа до Кальвина: 1300—1564 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

развитие протестантизма. Народ, жаждущий покончить с выплатой десятины духовенству, с готовностью принял новое богословие; к 1530 году лютеране господствовали в Копенгагене и Выборге. В том же году на копенгагенском сейме состоялись публичные дебаты между лидерами католиков и протестантов; король и народ отдали победу протестантам, и "Исповедание веры", представленное на сейме Хансом Таузеном, на десятилетие стало официальным вероучением датских лютеран.

Смерть Фредерика (1533 г.) положила начало последнему акту датской Реформации. Купеческие принцы Дании объединились со своими старыми врагами в Любеке в попытке восстановить Кристиана II; граф Кристофер Ольденбургский возглавил войска Любека и дал название "графской войне"; Копенгаген пал под его ударами, и Любек мечтал править всей Данией. Но мещане и крестьяне сплотились под знаменами сына Фредерика Кристиана; их армия разбила Ольденбург и взяла Копенгаген после годичной осады (июль 1536 года). Все епископы были арестованы и освобождены только под обещание соблюдать протестантский режим. В октябре 1536 года национальное собрание официально учредило лютеранскую государственную церковь с Кристианом III в качестве ее верховного главы. Все епископское и монастырское имущество было конфисковано в пользу короля, а епископы потеряли всякий голос в правительстве. Норвегия и Исландия приняли Кристиана III и его законодательство, и триумф лютеранства в Скандинавии был завершен (1554).

IV. ПРОТЕСТАНТИЗМ В ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЕ

Золотой век Польши пришелся на время правления Сигизмунда I (1506-48) и его сына Сигизмунда II (1548-72). Оба они были людьми культуры и духа, проницательными покровителями литературы и искусства, и оба предоставили религиозной мысли и культу свободу, которая, хотя и несовершенная, заставляла большинство других европейских государств казаться средневековыми по сравнению с ними. Сигизмунд I женился на яркой и талантливой Боне Сфорца (1518), дочери миланского герцога Джангалеаццо; она привезла в Краков свиту итальянских придворных и ученых, и король, вместо того чтобы возмущаться, приветствовал их как мост к Ренессансу. Вкус к роскоши в нарядных платьях и богатой обстановке овладел аристократией, язык и манеры стали более изысканными, процветали литература и искусство, и Эразм писал (1523): "Я поздравляю эту нацию ...., которая теперь, в науках, юриспруденции, морали и религии, и во всем, что отделяет нас от варварства, настолько процветает, что может соперничать с первыми и самыми славными нациями". 6 Покоряя мужа своей красотой, изяществом и мастерством, Бона стала королевой как на деле, так и в моде. Ее сын Сигизмунд II был гуманистом, лингвистом, оратором и трансвеститом.7 Войны омрачили эти блестящие царствования, поскольку Польша вместе со Швецией, Данией и Россией участвовала в борьбе за контроль над Балтийским морем и его портами. Польша потеряла Пруссию, но поглотила Мазовию, включая Варшаву (1529), и Ливонию, включая Ригу (1561). В эту эпоху Польша стала крупным европейским государством.

Тем временем Реформация проникала в страну из Германии и Швейцарии. Свобода вероисповедания, гарантированная польской короной своим греко-католическим подданным, приучила народ к религиозной терпимости, а столетнее восстание гуситов и утракистов в соседней Богемии сделало Польшу несколько беспечной по отношению к далекой папской власти. Епископы, назначаемые королями, были культурными патриотами, с эразмианской осторожностью поддерживали церковные реформы и щедро одобряли гуманистическое движение. Однако это не умерило зависти, с которой дворяне и горожане смотрели на их имущество и доходы. Посыпались жалобы на то, что национальные богатства утекают в Рим, на абсурдные индульгенции, на церковную симонию, на дорогостоящие тяжбы в епископальных судах. Шляхта, или мелкое дворянство, особенно обижалась на освобождение духовенства от налогов и сбор церковниками десятины с самих дворян. Вероятно, по экономическим причинам некоторые влиятельные бароны с сочувствием прислушивались к лютеранской критике церкви; а полусуверенитет отдельных феодалов обеспечивал защиту местным протестантским движениям, подобно тому, как независимость немецких князей сделала возможным восстание и защиту Лютера. В Данциге один монах поддержал тезисы Лютера, призвал к церковным реформам и женился на наследнице (1518); другой проповедник следовал лютеранскому вероучению настолько эффективно, что несколько общин убрали все религиозные изображения из своих церквей (1522); городской совет освободил монахов и монахинь от их обетов и закрыл монастыри (1525); к 1540 году все кафедры Данцига были в руках протестантов. Когда в польско-прусском Браунсберге некоторые священнослужители ввели лютеранский ритуал, а каноники собора пожаловались епископу, тот ответил, что Лютер основывает свои взгляды на Библии и что тот, кто считает себя способным опровергнуть их, может взяться за эту задачу (1520).8 Сигизмунда I убедили ввести цензуру в прессе и запретить ввоз лютеранской литературы; но его собственный секретарь и францисканский исповедник Бона тайно обратились к запрещенному вероучению; в 1539 году Кальвин посвятил кронпринцу свой "Комментарий к мессе".

Когда князем стал Сигизмунд II, лютеранство и кальвинизм стремительно развивались. Библия была переведена на польский язык, а в религиозных службах латынь стала заменяться вернакуляром. Известные священники, такие как Ян Ласки, объявили о своем переходе в протестантизм. В 1548 году в Польшу переселились изгнанные из своей страны богемские братья, и вскоре в стране насчитывалось тридцать конвент их секты. Попытка католического духовенства обвинить некоторых членов шляхты в ереси и конфисковать их имущество привела к тому, что многие мелкие шляхтичи восстали против Церкви (1552). Национальный сейм 1555 года провозгласил свободу вероисповедания для всех конфессий на основе "чистого Слова Божьего" и узаконил церковные браки и причастие в хлебе и вине. Реформация в Польше достигла своего апогея.

Ситуация осложнялась развитием в Польше самого сильного унитарианского движения в Европе XVI века. Уже в 1546 году на этом Дальнем Востоке латинского христианства обсуждались антитринитарные идеи Сервета. Лаэлий Социнус посетил Польшу в 1551 году и оставил после себя брожение радикальных идей; Джорджио Бландрата продолжил кампанию, и в 1561 году новая группа выпустила свое исповедание веры. Продолжая путаницу в богословии Сервета, они ограничивали полную божественность Бога-Отца, но исповедовали веру в сверхъестественное рождение Христа, Его божественное вдохновение, чудеса, воскресение и вознесение. Они отвергали идеи первородного греха и искупления Христа, признавали крещение и причастие только как символы и учили, что спасение зависит прежде всего от добросовестного следования учению Христа. Когда кальвинистский синод в Кракове (1563) осудил эти доктрины, унитарии образовали свою собственную отдельную церковь. Полного расцвета секта достигла только благодаря племяннику Лаэлиуса Фаустусу Социнусу, который прибыл в Польшу в 1579 году.

Католическая церковь боролась с этими событиями с помощью преследований, литературы и дипломатии. В 1539 году епископ Кракова отправил на костер восьмидесятилетнюю женщину, обвинив ее в том, что она отказывается поклоняться освященному воинству.9 Станислав Хозиус, епископ Кульма в Пруссии, впоследствии кардинал, вел контрнаступление с умением и рвением. Он трудился над церковной реформой, но не симпатизировал