Секториум - Ирина Ванка

— Не трошь ремень, Борисыч! Штаны упадут, — сказала Ксюха и подвинула к себе блюдо с мясным рулетом.

— Что мне с ней сделать?

— Откуда я знаю? Твой ребенок.

— Наверно, придется замуж ее отдать. Работать с сигами она не хочет, выпускать ее в человеческую науку нельзя, на Блазу такую вредину не возьмут. Одна дорога — в домохозяйки.

Миша подождал. Протеста не последовало. Ксюха поедала рулет, закусывая помидором. Мишины планы ее пищеварению не мешали.

— Давай что ли, отдадим ее за кого-нибудь из твоих? За Финча, например?

— Мне больше нравится Имо, — сказала Ксюха. — Мне нравятся мужики спокойные и конкретные.

— Опоздала, голубушка. За ним альфийка охотится… не приведи господи. Одним мизинцем тебя раздавит.

— Морковка что ли? — догадался Миша. — Она до сих пор от него не отстала?

— Ты знаешь?

— Наслышан. Это ж я ее Морковкой назвал. Она давно за ним бегает.

— И ты молчал?

— С какой стати я должен с тобой обсуждать наши мужские проблемы?

— Боже мой, Миша! Имка рассказывал тебе об этом?

— А кто ж ему лучше меня посоветует? — удивился он.

— Ясно, кто его научил волочиться за юбками…

— Да не… Это он сам просек. Я его учил от всяких «юбок» вовремя избавляться.

— Кол тебе, как педагогу.

— Так, Морковка — это ж тяжелый случай! — оправдывался Миша. — Он взрослая баба, притом сама его склеила.

— Не волнуйтесь, Ирина Александровна, отобью я его у Морковки. Тоже мне, овощ, — сказала Ксю и демонстративно проглотила полпомидора.

Я стала собирать посуду под наблюдением двух пар хитрых, виноградно-зеленых глаз. Все ждали моей реакции. Как реагировать, я не знала. Я затруднялась сделать выбор между Морковкой и Ксюхой.

— Что? Очко сыграло? — догадался Миша. — Покоя захотела на старости лет?

— Мне нужна свекровь, которая классно готовит, — объяснила свою позицию Ксюша. — Я сама не умею.

— Это все из ресторана, — ответила я.

— Ну и что? Вы готовите не хуже. Просто Борисыч не стал вас напрягать. Может, вы не верите, что я отобью Имо у Морковки?

— Верю, — сказала я и понесла на кухню посуду, а когда вернулась, Ксюха спала, положив голову Мише на колени.

Он так соскучился, что не пожелал опустить ее на подушку. Идиллия получилась абсолютная. Более милого существа, чем спящая Ксюха, не было в природе. Если бы она спала так всю жизнь, пожалуй, я бы согласилась пожертвовать одним из своих сыновей в ее пользу. Одно утешение — второй бы остался при мне, потому что третий снаряд не может упасть в воронку, где два уже побывало.

— Объясни мне, — жаловался Миша, — как с ней быть? Объясни, как контактер, каким образом мне с ней законтачить? Считай, что это служебное поручение.

— Никаким. Только ждать, пока сама созреет.

— Тебя в Хартии не учили специальным приемам?

— Меня учили терпению.

Миша вздохнул и прикрыл одеялом Ксюшино плечо.

— В кого она такая, чума болотная, уродилась? — спросил он. — Анжелка — вполне вменяемая баба. Я тоже… Бывает, конечно… но не до такой же степени! Ведь Дарья, моя старшая, совершенно милый человечек. И мужик у нее — то, что надо. А парнишка маленький — вообще чудо! Таблицу умножения знает лучше дедушки. В столбик умножает… в четыре года!

— А ты в его возрасте?

— В его годы я умножал в уме, — вспомнил Миша и загрустил. — А мать ее… Ты не представляешь, что за женщина. Деньги взяла, даже спасибо сказала. Я говорю: «Пардон-с, не знал-с…» А она… Нет, таких женщин не бывает. Знаешь, что она мне ответила? «Мы не хотели обременять тебя, Миша». Вот так! Ты слышала что-нибудь подобное? Чего я не женился на ней? Где были мои глаза? Она ведь так и не вышла замуж.

— Ну, так, женись.

— А Ксюндра? Что ты! Кто меня с таким прицепом возьмет? Кому это надо жизнь свою превратить в корриду? Да я и преложить не решусь приличной женщине удочерить такое…

«Ксюндра» продолжала спать у него на коленях.

— Мы же с ней вычислили координату Флио, — добавил он между прочим и стал ждать, пока до меня дойдет.

— Как ты сказал?

— Мы достали эту чертову координату. Ксюха достала. Я сам не верил.

— Каким образом?

— Тебя интересуют технические приемы?

— Нет! Господи, Миша, что ты говоришь?

— Я говорю, что у нас была навигационная координата. Подлинная!

— Была?

— Думаю, поэтому они и загрызлись. Шефу по уставу не положено держать в архиве точные сведения по редуктивам.

— Кому?

— Ну, матричным… Как их?.. Информационным, одним словом. Сиги теперь такие трусы, даже с флионерами знаться не хотят.

— Она уничтожила файл?

— Конечно. Нельзя так нельзя. Бог с ним, с кодом. Метод сработал, вот что важно!

— За что же тогда шеф ее выгнал?

— Спроси, — предложил Миша. — Финча спроси. Слушай, позвонила бы ты шефу, а?..

Шеф позвонил сам. Позвонил, когда все успокоилось, когда Миша отвлекся от идеи фикс узнать все, а Ксюха воспрянула духом и, припеваючи, мыла посуду. Вмиг она сообразила, с кем я общаюсь, и испарилась.

— Пусть расскажет тебе сама, — заявил шеф в ответ на мою просьбу. — Если сочтет нужным. Я считаю, что лучше вам не лезть… Чем меньше посвященных, тем лучше.

Вегу интересовало, когда прибудут с Блазы мои обормоты. Он сгорал от нетерпения устроить новую взбучку сотрудникам и требовал от меня объяснений, какие такие «личные обстоятельства» могли задержать их в пути?

— Ксюша! — крикнула я в открытые двери сада. — Пойдем в офис, закажем связь с твоими женихами. Заодно Гума посмотрит твои легкие.

— Не пойду, — донеслось из кустарника.

— Всем курильщикам приказано предъявлять для осмотра легкие. Идем, пока шефа там нет.

— А где он?

— Наверно, у Елены Станиславовны.

— Ага, спасибо! Он вернется в любой момент.

— Он ведь и здесь тебя найдет, если захочет.

— В офис я не пойду.

— Как знаешь.

— А вы сходите и спросите, когда он вернется…

В офисе был только растерянный Гера. Он и не уходил оттуда, сидел в кресле Сириуса, опустошал бар и грустно глядел в потолок. У меня екнуло сердце. Память нарисовала образ прежнего хозяина кресла, к нему не хватало лишь трубки и облака табачного тумана. На месте Геры я бы побоялась так долго занимать место колдуна, зная обстоятельства его отсутствия. Мне вдруг показалось, что это опасно, но Гера и так был подавлен.

— Каждый божий год, — напомнила я ему, — с Аленой происходит что-то подобное. Надо просто переждать «торнадо».

— Никогда прежде она не говорила со мной так. Все из-за Хартии. После Хартии у нее начались видения. Она стала предчувствовать беду. Все не просто так. Все это к большим неприятностям. Выпей со мной, — предложил Гера. — Вега опять собирает всех. У Сириуса алгоническая амнезия. Блаза хочет знать причину. Нашу контору теперь закроют.