Вечер потрясения - Андрей Завадский

– Благодарю за службу! Поверьте, вы старались не зря!

Генералы редко лично вели в бой своих пилотов, предпочитая руководить воздушными сражениями с наземных командных пунктов. Такие храбрецы, как Евгений Савицкий, командуя в годы минувшей войны воздушной армией, сражавшийся с "Мессершмиттами" не по картам, а за штурвалом стремительного "ястребка", и завершивший ту войну с двумя дюжинами побед, были исключением. Их примеру намеревался последовать и генерал-полковник Малинин, а потому для особенного пилота подготовили и особенный самолет, более всего подобавший командиру.

Красавец Су-30, которых в элитных учебных центрах насчитывалось не больше двух десятков, должен был унести Малинина навстречу сражению и, возможно, гибели. Это был тот самый самолет, на котором и должно вести в атаку своих бойцов настоящему командиру, не страшащемуся сшибки грудь на грудь. Даже специалист с трудом отыскал бы внешние отличия этой двухместной машины от обычной "спарки", учебно-боевого истребителя Су-27УБ, но начинка самолета отличалась разительно. В передней кабине, как и на тренировочной машине, располагался пилот, но задняя кабина – обе были прикрыты общим фонарем, откидывавшимся, как на любом "Сухом", назад – была оборудована совсем иначе и не предназначалась для инструктора, хотя также имела все органы управления. Там и предстояло занять место генерал-полковнику Малинину.

В эти минуты антенные решетки всех локаторов были развернуты на юг – оттуда ждали появления врага и желали как можно раньше обнаружить его, успев подготовиться к отпору. По облакам, пронзая их невесомую завесу, скользили невидимые щупальца лучей, и вот один из них, вместо того, чтобы рассеяться в пустоте, наткнулся на преграду, мгновенно эхом вернувшись назад и превратившись на экране в мерцающую отметку воздушной цели. А спустя несколько секунд к ней присоединилось целое множество пульсирующих точек, мгновенно заполонивших монитор.

– Группа воздушных целей, – скороговоркой затараторил оператор, поднеся к губам микрофон. – Азимут двести, дальность пятьсот! Идут на большой высоте! Наблюдаю не менее полусотни отметок!

– Вот и началось, – выдохнул генерал-полковник Малинин, как и все его подчиненный, уже успевший сменить мундир на летный комбинезон, а адъютант, точно верный оруженосец, не покидавший своего командира, держал в руках массивный сферический шлем. – Тревога! Все по машинам!

Заунывный вой сирены прокатился над летным полем. Пилоты, нервно курившие в ожидании приказа, побросав сигареты и отчаянно матерясь, бросились к своим истребителям. Взлетая по приставным лесенкам в кабины, они дрожащими руками торопливо защелкивали застежки привязных ремней, буквально сливаясь со своими машинами. Опускались полупрозрачные забрала шлемов, оживали, разражаясь нарастающим гулом, турбины, и уже первые истребители выкатывались на взлетную полосу, занимая стартовые позиции.

Генерал-полковник Малинин ловко нырнул в чрево тесной кабины истребителя Су-30. Командующий авиацией войск ПВО занял место в задней кабине, перед экраном отображения тактической обстановки. Отсюда, с борта настоящей "командирской" машины, Малинин мог наблюдать за действиями своих пилотов, управляя целой эскадрильей, и также мог сам вступить в бой, всецело полагаясь на мощь "Сухого", в которой прежде никогда не разочаровывался.

– Внимание, – произнес Малинин, застегнув под подбородком ремешок летного шлема. – Противник на подходе. Всем взлет!

Турбины нескольких десятков самолетов разом взвыли на высоких тонах, и истребители, рассекая воздух сдвоенными килями, будто лезвиями, один за другим начали подниматься в небо. "Сухие", разбегаясь по бетону, отрывались от земли, резко набирая высоту и занимая позиции над авиабазой Липецка. И только когда в небе оказалось не меньше дюжины истребителей Су-27, начал свой разбег первый из пары А-50. Огромный, точно дом, Ил-76М, медленно разгоняясь, добрался почти до края взлетной полосы, когда катки шасси, наконец, оторвались от бетонного покрытия, и "летающий радар" принялся медленно карабкаться вверх, чтобы присоединиться к ожидавшему его эскорту.

– Вперед, парни, – со злым смехом бросил в эфир Малинин. – Порвем этих сук! Всем слушать мои приказы и смотреть в оба!

Летчики ответили яростными возгласами. Каждый сделал свой выбор и теперь спешил вступить в бой, отомстив за позор своей страны и за гибель товарищей. Никто не думал об отступлении.

Глава 9

Битва за небеса

Ставропольский край, Россия

19 мая

Танки Т-80У летели по равнине, точно на них вдруг перестали действовать законы физики, незыблемые для всей вселенной. Боевые машины весом сорок шесть тонн парили над степью, сопровождаемые натужным воем турбин. Развив скорость восемьдесят километров в час, они во главе лязгавшей металлом колонны упрямо рвались к предгорьям Кавказа, а следом, выплевывая в воздух едкие клубы выхлопных газов, ползли боевые машины пехоты, сминая степную жесткую траву широкими гусеницами, тяжело переваливались грузовики, катились мостоукладчики и ремонтно-эвакуационные машины. Мотострелковый полк, растянувшись длинной вереницей на несколько десятков километров, стрелой мчался по степной пустоши, с каждой минутой все более приближаясь к цели.

Алексей Басов, уже начиная обливаться потом – в боевом отделении танка было жарко, и с каждой секундой становилось еще невыносимее – не выпускал из рук карту. Здесь, посреди лишенной заметных ориентиров равнины, прокладывая курс, полковник мог рассчитывать только на компас, выбирая верное направление, а уж отсутствие дороги его не ничуть страшило – "реактивные" танки Т-80 могли пройти буквально всюду.

Воздухозаборники газовых турбин ГТД-1250 жадно втягивали наполненный пылью горячий степной воздух. Над колонной на десятки метров вздымался шлейф из песка и выхлопных газов, выдававший положение полка безо всяких радаров и спутников. И двигатели боевых машин уже начинали захлебываться.

– Еще два танка вышли из строя, – доложил командир одной из рот по радио. – Фильтры забиты песком! Если так пойдет и дальше, мы потеряем половину парка еще до боя!

За спинами наступавших бойцов Сто восьмой мотострелковой оставались уже сотни километров пройденного пути, и каждый десяток верст был отмечен, будто дорожными вехами, замершими неподвижно танками и бронемашинами, обычными грузовиками, армейскими "Уралами" и "ЗиЛами", на худой конец. Техника, порядком изношенная, несмотря на все усилия обслуживавших ее бойцов, с трудом могла выдержать стремительный марш, а потому опасения командира роты были более чем оправданы. Но для полковника это почти не имело значения.

– Но половина все же дойдет до цели, – возразил Басов. – Слейте с неисправных машин все оставшееся топливо, распределите поровну между машинами вашей роты! По возможности и боекомплект тоже снимите, у нас каждый снаряд скоро будет на счету. Полагаю, не стоит ждать регулярного подвоза боеприпасов на позиции. Надейтесь впредь только на себя!

– Так точно, товарищ полковник!

Полк, сотни бронированных машин, наступал независимо от прочих подразделений дивизии – связь из-за бушующих помех так толком и не удалось восстановить. Они мчались в неизвестность, лишенные поддержки, но, на удивление, никто не пытался атаковать танкистов и мотострелков здесь, на равнине, когда могучие боевые машины были крайне уязвимы и почти беспомощны, так что Алексей Басов уже начал верить в свою счастливую звезду. Еще несколько часов – и позиции американцев появятся в прицелах наводчиков, на врага обрушится град снарядов, огненный шквал, который едва ли кто-то сможет выдержать. Они победят, сокрушат врага, и вернут мир своей стране.

Полковник Алексей Басов только мечтал о бое, как о самом счастливом событии в совей жизни, но совсем близко уже кипела яростная схватка. Враг вовсе не мешкал, но выбирал иные цели, уничтожая их методично и хладнокровно. И на раскаленную степь с небес пролилось беспощадное пламя.

Полдюжины тактических истребителей F-16C "Файтинг Фалкон" вышли к цели, укрываясь от всепроникающего взгляда радаров за гребнями холмов. Шесть истребителей скрытно приблизились к автоколонне, внезапно вынырнув из-за горушки, чтобы спустя несколько секунд обрушить на врага смертоносный дождь.

– Цель прямо по курсу, – сообщил командир группы, захватывая в прицел головную машину, громоздкий шестиосный грузовик. – Четыре мили! Ракеты к бою, парни! Пуск!

По команде пилоты залпом выпустили дюжину ракет "Мейверик", и управляемые снаряды, снижаясь, ринулись к застигнутой врасплох автоколонне, чтобы спустя несколько секунд вонзиться в борта автомобилей, расцветая пламенными цветками. Вереница грузовиков и автозаправщиков окуталась клубами дыма и всполохами пламени, взрывы переворачивали автомобили, отбрасывая их в сторону. За несколько секунд рота материально-технического обеспечения была уничтожена вместе с запасом горючего и снарядов. Танки Двадцать первой гвардейской мотострелковой дивизии продолжали движение вперед, но боевая мощь соединения уже была необратимо подорвана. Потерь противник на этот раз не понес.