Змей подколодный - Елена Никольская

— Нет ещё, — сказал Никита, и Ольга побежала (ну, почти побежала) дальше.

Пират был там: сидел на подоконнике, устроив на кейсе подбородок. Ольга изобразила подобие реверанса и, глядя на его лицо, скисла:

— Нету, да?

— Есть, — сказал Андрей. — Я тебя подожду после физкультуры. До столовой дойдём, поговорим.

Всю первую пару Ольга изводилась догадками. Лучшей из догадок была мысль о том, что в полученной записке содержится точная дата прибытия в гимназию — завтра! Нет, сегодня! Она представила себе, как это будет, как они встретятся у маленького фонтана и как изумится Карцев, узнав, что… Пол-урока представляла, даже заработала замечание — беглое, незначительное, но оно напомнило Ольге, что следующий урок — история.

На истории её не спросили. Сэр Шелтон (сэр! подумаешь! пень высохший с длинным носом!) увлёкся собственным показом сражения Македонского с Дарием, да и весь класс увлёк. Ольга, боевики никогда не любившая, тоже глядела на учительский стол не отрываясь. Прикольно ведь! Не мультик, скорей уж кино! Вот только дрались все эти персы чертовски натурально, невзирая на гномские размеры, но и замирали послушно, когда историк принимался объяснять расположение войск.

Ободрённая успешно миновавшей историей, Ольга отправилась на кафедру химии, не дожидаясь обеда. Медленно, спокойно, проговаривая про себя заготовленную речь и примеряя соответствующее выражение лица.

Речь удалась вполне, но зайка Олег Витальевич ожиданий не оправдал. Раскаяние он признал уместным и хорошо поданным, а вот душевно исполненную историю о знакомстве с гадкими девочками и первой в жизни дегустации сухого вина (история была ещё год назад успешно опробована на маме) не оценил.

— Весьма трогательно, сударыня. Правды я, вероятно, не услышу?

— Честное слово, господин учитель… — завела было Ольга, а Олег Витальевич поморщился, но тут на кафедру впорхнула мадам Окстри, вопрошая с порога:

— Олег, вы вернулись! Не томите, умоляю!

— Добрый день, мадам!

— Guten Tag[7], Оленька! Подвергаетесь воспитанию?

— Допросу, мадам! — сообщил химик. — Сочинительствуем, перебираем версии…

— И что же случилось?

— Отметила первый выход в город. Вино и мальчики — ведь с мальчиками, Заворская? Но хотелось бы знать, с кем именно.

— Оля! Mon dieu[8]! Взгляните-ка на меня! — Мадам приподняла Ольгин подбородок. — Да не лютуйте, душа моя! Девочка раскаивается! Верно, Оленька? Не выдавать же ей мальчишек!

Она отошла от Ольги и села в кресло, приняв задумчивую позу.

— Но как это грустно, Олег! Девочка, гимназистка!.. первый курс!..

— Да уж, — сказал Олег Витальевич.

Тут в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, просунули голову:

— Можно, Олег Витальевич?

— Что вам, Делик?

Никита вдвинулся весь и сказал — покаянно, но решительно:

— Это я виноват. Это я был с Ольгой, Олег Витальевич. Добрый день, мадам!

"Вот спасибо, — мрачно подумала Ольга. — Рыцарь бедный!.. Теперь точно абзац".

— Так что ж вы ко мне пришли? — спросил химик. — Заступаться?

— Ага, — вздохнул Никита.

— Принято, — сказал Олег Витальевич. — Теперь потрудитесь поставить в известность своего куратора.

Никита поклонился и направился к дверям — вполоборота, явно собираясь сказать что-то ещё.

— Идите, идите, Делик! — откровенно уже веселясь, сказал Олег Витальевич. — И передайте Фёдору Аркадьевичу мои восторги по поводу вашего благородства!

— Обязательно, господин учитель, — уныло сказал Никита. — Но это правда я виноват, потому что…

— Ступайте, Никита. Я приму к сведению.

"Сдать, что ли, Карцева, — подумала Ольга, провожая Никиту взглядом. — Страдать — так всем! Вот дурак-то! Надо было хоть договориться!"

— Мадам! Я нашёл то, что вы просили, — сказал тем временем Олег Витальевич и полез в шкафчик. Из шкафчика он достал крошечную резную шкатулку и с поклоном поднёс к креслу. Мадам Окстри, приняв шкатулку, рассыпалась в благодарностях.

— И именно?..

— До седьмого потока, уверяю вас!

— Олег!.. — Мадам послала ему воздушный поцелуй и уже с порога добавила: — Но вы, надеюсь, будете великодушны с девочкой?

— Разумеется, мадам! — заверил её химик, и мадам упорхнула — свободная и счастливая! А мы тут…

— Я больше не буду, Олег Витальевич, — детским голоском сказала Ольга. — Так получилось, мне самой неприятно, честное слово…

— Не сомневаюсь, Ольга Сергеевна, в ваших сиюминутных чувствах. Отправляйтесь теперь на физкультуру — кстати, я ведь просил вас придти в обед? — а за этим — к себе в комнату. И не затрудняйтесь переодеванием.

И Ольга, наслышанная, что девчонок в гимназии подвергают порке в спортивных костюмах, замерла.

— Звонок уже был, — сказал куратор. — Скажете, что я вас задержал.

— Но, Олег Витальевич…

— А вы что думали? — спросил милый зайка без следа улыбки. — Бегом на физкультуру!

Ольга постояла ещё секунду и вылетела с кафедры, еле удержавшись, чтобы не хлопнуть дверью.

В раздевалку. Футболку задом наперёд. Заметила. Переодела. Подтянулась на турнике — целых два раза, от злости, наверное. Отбегала. На "мостике" постояла. Диск метнула — очень далеко! В раздевалку — и с наслаждением влезаем в платье: "А вот фигу тебе, зайка моя, не дождёшься! Я сейчас в столовую — обеда меня не лишали, нет? Мне просто необходим запас калорий! Нервный стресс, врубаетесь?!"

Напрочь забыв о тайнике, она пролетела в столовую мимо удивлённого Карцева и обедала долго и тщательно, почти до начала пары. Изящно ковырялась в тарелке, резала сосиски на мелкие кусочки, мстительно думая, что дорогой куратор сидит у неё в комнате в бесплодных ожиданиях — голодный! А будет знать, с кем связываться! Она уже всё для себя решила — о нет, не в истерике! Холодно и твёрдо! Плевать она хотела! Гуляйте к белкам, господин учитель! Ясно?!

Олег Витальевич (явно усвоивший, с кем связался) поймал её перед кабинетом физики: вежливо взял под локоток и, заглянув в кабинет, спросил преподавательницу:

— Прошу прощения, позволите мне Заворскую забрать? На полчаса, полагаю. Насколько мне известно, с вашим предметом у неё нет сложностей?

— Не жалуюсь! — ответствовала фрау Бэрр. — Но нельзя ли после классов, Олег Витальевич? Неужто так срочно?

Ольгин куратор прижал к груди ладонь — слов, мол, нет, сколь срочно! — и фрау величественно ему кивнула.

Отойдя от кабинета, химик выпустил Ольгин локоть и пошёл вперёд. Ольга постояла, глядя ему в спину, и зашагала следом. Не устраивать же скандал посреди коридора! Куда это мы — в общагу? Ну, в общаге посмотрим! Главное — его убедить, и надо твёрдо и холодно… А если не выйдет — всё тогда, значит… значит, отбегался зайчик…