Заботливая женская рука - Надежда Первухина

— А-а… — Трифон понимал, что безвозвратно сходит с ума. — А кто твои родители? Нет, погоди, не рисуй, я так до пенсии твоих рисунков не разберу! Задам вопрос иначе, хотя, конечно, это нескромно: отец у тебя есть?

Щелк.

— Мать?

Щелк.

— Они… люди?

Тройной щелчок. Рука сомневалась в принадлежности своих родителей к виду «человек разумный».

— Инопланетяне?! — восторженно выдохнул Трифон, растеряв остатки своей рассудительности.

Наконец-то!!! Вот этим все и объясняется! Рука — представитель иной цивилизации, настолько высокоразвитой, что надобность в наращивании вокруг одной руки дополнительных систем и функций организма просто отпала. Точно! И вот инопланетная рука явилась на Землю с миссией братской помощи, наблюдения и защиты! И не кому-нибудь, а именно Трифону Вамбонговичу Оглоедову, симпатичному скромному молодому человеку русско-африканского происхождения, выпала великая честь стать первым объектом заботы братьев (или сестер?) по разуму.

У Трифона даже голова слегка закружилась: ясно представилось ему, как вместе с инопланетной рукой путешествуют они по всему миру, дают интервью и автографы, рассуждают о новом витке галактической дружбы… То есть рассуждает, конечно, Трифон, зато руке приходится давать огромное количество автографов, производить миллиарды пожатий, благословений и дружественных похлопываний по плечу. Под девизом «Протяни другому руку!» на Земле заканчиваются войны, экономические кризисы, воцаряется мир и всеобщее благоденствие, а Трифон пишет книгу «Наша рука», и книга мгновенно становится мировым бестселлером, лидером продаж, славой издательств, источником баснословных гонораров для скромного, но уже великого автора… А потом, допустим, Трифону звонят с Байконура… Нет, лучше сразу с мыса Канаверал:

— Господин Оглоедов!

Нет, вот:

— Господин всемирный президент!

Так-то лучше. Значит, звонят. Видеозвонком:

— Господин всемирный президент, случилось беспрецедентное событие! Мы не одиноки во Вселенной! Братья по разуму хотят заключить с землянами нерушимый договор о взаимовыгодном сотрудничестве! Просят вас и вашу руку прилететь на Марс для свершения акта подписания!

Трифон, конечно, отнекивается, скромничает, как и положено скромничать всякому президенту земного шара:

— Да что вы, куда это мы с рученькой полетим на старости лет… Да у нас с нею плановая прополка, высев среднеспелой фасоли, написание мемуаров… И без нас есть на Земле достойнейшие. Пусть они и идут на контакт с братьями по разуму!

Тут начинаются митинги исключительно планетарного характера. Народы мира толпятся с плакатами: «Трифон, лети на Марс!», «Трифон, ты честь и совесть нашей планеты!» И марсиане тоже, конечно, волнуются и упрашивают. И даже обещают бесплатно прислать за Трифоном свой самоновейший гиперпространственный «Челленджер». Либо «Вояджер». Но уж никак не «Шаттл». Трифон не может устоять против воли народов, берет с собой руку и смело отправляется на Марс. А постаревшая, но все равно чудовищно прекрасная Димка, утирая джинсовым заскорузлым рукавом слезы, провожает взглядом в небе яркую точку ракеты и шепчет: «Вот западло, раньше-то я его голимым фуцином считала, а он крутой ништячный децибел!» А на Марсе, на Марсе-то…

…Трифон очнулся от ощутимо болезненного щелчка по носу. Марсианские пейзажи, экстремальная красавица Димка, вселенское президентство — все рассыпалось прахом. Трифон вздохнул и устыдился собственных мечтаний. Устыдился даже того, что вообще посмел мечтать. Раньше он себе таковых вольностей практически не позволял! А тут прямо развезло, как пьяницу!

— Значит, ты инопланетного происхождения, — повторил руке Трифон.

Щелк, щелк.

— Нет?! Вот блин… Ты на Земле родилась?

Щелчок.

У Трифона скоро нервный тик начнется от такого количества щелчков, точно!

— А где? В смысле, в какой стране? Или хоть на каком континенте?

Не дает ответа.

— Погоди, погоди… — Трифон призвал на помощь остатки своего логического мышления. — Ведь была же коробка! Твоя! В которой ты лежала (кстати, как ты умудрилась оттуда выбраться, ума не приложу). И там записочка какая-то дурацкая с названием фирмы! Китайской! Значит, ты китайского происхождения! Я пойду возьму коробку — посмотрю, что это за фирма!

Трифон метнулся в коридор. Чисто. В кладовку — нет и следа от блестящей коробки! И ни намека — на шелковую ленту!

К тому же в ранее захламленной кладовке теперь царил та-а-акой генеральский порядок…

Наш герой разочарованно вернулся в гостиную. Глянул на примостившуюся на диванной подушке руку:

— Ты выкинула?

Щелчок отрицательный.

— Ага, конечно! — скептически ухмыльнулся Трифон. — Вот взяла коробка и сама собой испарилась в пространстве! Чтоб понапрасну не мусорить!

Щелчок сомнения.

— Не знаешь? А кто знать будет?

Опять сомнение.

— Поверил я тебе, — пробормотал наш герой, но все же уселся рядом с рукой, спросил нерешительно: — Значит, ты не из Китая? А иероглифы тогда зачем рисовала?

Рука молчала. В смысле, не щелкала.

— Ладно. Понятно. Это твоя маленькая тайна. Не хочешь — не говори. То есть, конечно, не говори… То есть не щелкай. Тьфу, черт, вот я запутался-то!

Рука без определенного места жительства придвинулась к Трифону и ободряюще похлопала его по коленке: не зависай, корешок, все путем, расслабься!

И Трифон вправду как будто расслабился, без прежней испуганной озадаченности глянул на рукообразную сущность:

— А сколько тебе лет?

Рука погрозила пальчиком.

Трифон смешался:

— Ох, извини, я забыл, что женщин о возрасте спрашивать не принято… А ты еще та штучка!

И по элегантному жесту руки Трифон понял: да, она штучка действительно та. И опять от этого понимания мурашки заскакали по коже. Но скакали они недолго — Трифон своим мурашкам особой воли не давал, можно сказать, держал их в ежовых рукавицах.

…Некоторый скептически настроенный читатель, вскормленный идеями соцреализма, конечно, может вполне здраво рассудить: «Неувязочка у вас получается, господа! Почему это ваш гегой, этакий хгабгец, вместо того чтоб бояться непонятно откуда взявшегося в квагтиге объекта, так скзть, агтефакта, пгинимается с ним общаться буквально как с догогой тещей?! Кгоме того, наш гегой должен немедленно сообщить в соответствующие огганы пгавопогядка о незаконном втогжении в его жилище незагегистгигованной детали человеческого огганизма! Обгаз Тгифона совегшенно пготивогечит всем пгинципам постгоения литегатугного пгоизведения!»