Обретение судьбы - Белл Клер

Ратха посмотрела на стаю, плотной толпой стоявшую за Меораном. Никто из них даже не шелохнулся, чтобы помочь своему вожаку. Они просто стояли, смотрели и ждали, кто окажется победителем в этом поединке.

— Беги, Ратха! — закричал Такур, когда Меоран принялся трепать его из стороны в стороны.

— Отпусти его, Меоран! — зарычала она и прыгнула на вожака, не выпуская факел.

Меоран рывком поднял Такура в воздух, так что тот повис, как сосунок, в пасти вожака, волоча задними лапами по земле и беспомощно размахивая в воздухе передними.

Ратха едва успела остановиться, чтобы не ткнуть факелом в грудь Такура. Она отскочила и попятилась.

Такур запрокинул морду, зажмурил глаза и застыл, мелкая дрожь била его оцепеневшее тело.

— Зачем, Такур? — закричала Ратха, чувствуя, как внутри у нее все рвется от муки. — Зачем ты им рассказал?

— Не из ненависти, Ратха, — прошептал Такур, обмякнув в пасти Меорана. Он хрипло застонал, когда вожак снова с бешенством встряхнул его.

— Если я убегу, он тебя убьет, — пробормотала Ратха. — Скажи, ты уйдешь со мной, если я тебя освобожу?

Такур медленно открыл затуманенные глаза.

— Я не могу уйти с тобой. Он меня не убьет. Ему нужно то, что я знаю.

Несколько мгновений Ратха стояла, в оцепенении глядя на Такура, пытаясь найти ответ в его глазах. Когда-то он был ее учителем, другом — а может быть, даже больше. Кем он стал теперь?

Вскинув голову она встретила сощуренный взгляд Меорана.

Вся стая пожирала ее глазами из-за спины вожака.

Тем временем сила Ратхи таяла, ибо Красный Язык уже подползал к самому концу ветки. Ему еще хватало жара держать стаю на расстоянии от ее глотки, но Ратха видела, что очень скоро соплеменники прыгнут вперед и набросятся на нее.

— Уходи, однолетка, — снова тоненько простонал Такур.

Ратха почувствовала, как Фессрана подтолкнула ее сзади. Она обернулась, и в страхе посмотрела во тьму, которая тут же выпрыгнула из-за деревьев, стоило ей направить факел в сторону леса.

Не говоря ни слова, Ратха развернулась и помчалась прочь за Фессраной.

Через несколько шагов она остановилась, подняла факел и обернулась. Меоран и стая никуда не ушли, их черные фигуры выступили из ночной тьмы.

Ратха снова отвернулась и помчалась прочь, озаряя тропу светом своего факела. Они не бежали за ней… пока.

Она гнала себя вперед, не обращая внимания на подгибающиеся лапы и сосущую боль в пустом животе. Но самую страшную боль было нельзя заглушить. Дыхание с шипением вырывалось между зубов Ратхи, стиснутых на конце факела.

— Такур… Такур… Фессрана, скажи, что случилось с Такуром?

— Возможно, то, что он знает о Красном Языке, спасет его от зубов Меорана. Но не спасет от моих, если тебя поймают и убьют!

— Нет! — Она споткнулась на бегу. Земля ушла из-под лап, и Ратха беспомощно растянулась за спиной Фессраны. — Он сделал это не из ненависти! Не смей ему мстить, дай мне слово!

Фессрана пошла медленнее, давая ей время подняться и догнать.

— Мое слово ничего не значит. Меоран и мне пустит кровь, если поймает нас. Ладно, поговорим позже, когда перейдем реку. Бегом!

Факел все еще горел, но половина ветки уже обуглилась. Красный Язык обессилел, но ветер то и дело подхлестывал его, заставляя разгораться сильнее, пожирая остатки ветки.

«Можно будет наломать веток с деревьев на той стороне реки, — подумала Ратха. — Если, конечно, мы туда доберемся. Если Меоран поймает нас раньше, мое животное уже не сможет защитить наши глотки».

Ратха и Фессрана забрались на холм и сбежали вниз с другой стороны. Склон был очень длинный, и Ратха так разогналась, что Красный Язык жадно заплясал возле самых ее усов. Где-то впереди была река. За ней земля племени заканчивалась.

Ратха так далеко обогнала Фессрану, что не услышала ее предупредительного крика.

В следующее мгновение трава под ее лапами сменилась глиной, и Ратха кубарем покатилась по ней, не в силах остановиться. Бешено вращая хвостом, она попятилась, пытаясь подобрать под себя задние лапы.

Сырая глина зачавкала между ее пальцев. Мелкая галька больно ободрала подушечки на лапах. Берег стал круче, а потом ушел из-под лап. Ратха снова судорожно взбрыкнула лапами — и очутилась над водой. Потеряв равновесие, она неуклюже рухнула вниз. Факел полетел в темноту. На мгновение Ратха увидела две огненные вспышки — одну над другой. Потом они встретились, слились, и факел ушел под воду.

Ратха ударилась о воду и бешено замахала лапами. Упершись в дно, она оттолкнулась и встала на задние лапы, молотя по воде передними.

Огонь погас.

Ручей переливался в холодном лунном свете, а Ратха все искала и искала своего питомца. Она шлепала по воде, запускала лапы на глубину, даже нырнула с головой и попробовала искать усами. Бесполезно.

Внезапно что-то ударило ее в бок. Обернувшись, Ратха схватила невидимый предмет зубами. Она узнала свой факел по вкусу и запаху гари, но Красный Язык навсегда погас, и теперь в зубах у Ратхи была обычная палка — бесполезная, как сотни других таких же.

Ратха разжала зубы и выпустила палку.

Потом запрокинула голову и завыла от страха и ярости. Теперь уже ничто не защитит ее горло от Меорана! Все было напрасно. Красный Язык умер.

Снова встав на задние лапы, она стала хлестать и царапать ручей когтями, словно он был живой плотью, которую нужно было хоть как-то покарать за убийство ее животного. Потом Ратха услышала шаги над головой. Громкий плеск, раздавшийся совсем рядом, едва не сбил ее с ног. Острые зубы впились ей в загривок.

— Ратха! — громко шикнула Фессрана ей на ухо. Ее горячее влажное дыхание опалило Ратхе нежную кожу над ухом.

— Мой питомец! Мой питомец умер! — завыла Ратха, до боли обдирая горло.

— Племя приближается, — процедила Фессрана сквозь зубы. — Твои вопли приведут их сюда. Замолчи!

— Они ищут меня. Беги, Фессрана. Если они найдут меня, то не станут искать тебя.

— Скажи еще слово, и я окуну тебя мордой в воду. Я тоже держала Красный Язык в зубах, и Меоран никогда этого не забудет.

Острые зубы снова сомкнулись на загривке Ратхи, и Фессрана поволокла ее через реку, а потом вытащила на берег.

Ратха так дрожала, что едва могла стоять, а когда ветер обрушился на ее мокрую шкуру, ей стало казаться, что она осталась совсем без шерсти.

Гладкая шерсть Фессраны тускло блестела в темноте, когда она прошла мимо Ратхи и погнала ее вверх по склону.

— Стой.

Фессрана обернулась, глаза ее светились изнутри.

— Здесь заканчиваются наши земли, — сказала она, — но не ярость племени.