Снежная вакансия - Софья Дашкевич

Откинулся на спинку, вытянул ноги, прикрыл глаза, и фантазия инквизитора понеслась вскачь. Ему мерещилась, что Арина поет для него и плещется уже не где-то там, а в его ванне. Распаренная кожа розовеет, капельки стекают по ключице на тугую грудь, сквозь пену проглядывают аппетитные разбухшие…

Кас аж зарычал от злости на самого себя. Саданул кулаком по бортику ванны и открыл кран: сейчас ему требовалось уже не согреться, а остыть. Благо шум ледяной воды заглушал пение, а от холода мозг свело, и он перестал дразнить хозяина пикантными картинками.

Еще долго мессир Нериус ворочался в пустой постели. Ни одна ведьма не мучила его так, как Арина! Кас мечтал лишь о том, что завтра вернется к расследованию, занятиям со студентами и хоть ненадолго отвлечется от этого изнуряющего, сжирающего изнутри желания.

Что ж, порой даже мечты инквизитора имеют свойство сбываться. На утреннем собрании профессоров декана ждал душ куда холоднее, чем тот, что Кас устроил себе накануне.

– Какого демона, Кас?!

Именно этой фразой встретил брата ректор Нериус.

Кассий споткнулся о порог, и Арина по инерции врезалась в его спину. Деканы других факультетов смотрели на инквизитора так, словно он обошел каждого, поплевал в их чай и оскорбил всех предков до седьмого колена. Впервые за долгие годы Кас ощутил себя нашкодившим ребенком, которого сейчас выпорют и поставят в угол. Знать бы еще, за что!

– Может, уточнишь? – осторожно спросил он, проходя и усаживаясь в свое кресло.

Арина проскользнула следом и скромно пристроилась в уголке рядом с другими помощницами, вооружившись пером и тетрадью.

– Он издевается! – Селеста всплеснула руками. – Вы видите?! Он же просто издевается над нами. Подставить своих коллег и так цинично изображать невинность… Уму непостижимо!

– Да кого я подставил?! – не выдержал Кас: терпение не входило в число его достоинств.

Маркус медленно выдохнул, видимо, не хотел взорваться от гнева, и изложил брату крайне загадочную историю. Якобы Кассий пригласил родителей своих учеников на какой-то праздник через неделю, хотя до этого все дружно решили отложить семейные выходные. Слух про то, что инквизиторов навестить можно, а зоомагов, артефакторов и остальных – нет, разлетелся со скоростью кометы. Родители пришли в ярость.

– Вот! – воскликнул Циний Кобальти, плюхнув на стол охапку вскрытых писем. – И это я получил еще до завтрака, боюсь даже заходить в библиотеку! Полюбуйтесь, пожалуйста! – Пожилой маг наугад вытянул листок с родовой печатью Тарквини.

Кас машинально взял бумагу, пробежался по ней и окончательно перестал что-либо понимать.

«Мессир Кобальти! – писал Леоний Тарквини, действующий член попечительского совета. – Если работа на руководящей должности доставляет вам столько хлопот, что вы не в состоянии устроить визит родителей и прикрываетесь некими обстоятельствами непреодолимой силы, которые отчего-то не смутили декана факультета инквизиторов, то, вероятно, вам требуется заслуженный отдых, и нам следует поднять вопрос о поиске нового декана факультета алхимии».

– Меня… – Циний аж задыхался от возмущения. – После стольких лет… Выбросить, как старую колбу… – И он дрожащей рукой вытащил из внутреннего кармана пузырек с эссенцией умиротворения и опрокинул залпом.

– Как ты мог, Кас? – Маркус рухнул в кресло и нервно провел по волосам. – Я же не против праздников, но ты… Ты же сам их терпеть не можешь! И как можно было взять и, не посоветовавшись с нами… А о моей репутации ты подумал?!

– Я понятия не… – начал Кассий, и тут вдруг на глаза ему попалась Арина.

Весь ее вид источал вину. И нарочито прямая спина, и лихорадочный румянец, и стыдливый взгляд… Язык тела не лжет – об этом знает каждый инквизитор. И сейчас язык тела Арины даже не говорил, он кричал: «Я в этом замешана по самые свои аккуратные ушки!»

Кассий скрипнул зубами. Четко ведь предупредил, что семейные выходные переносятся! Разжевал почему, на блюдечко положил… Он планировал сегодня проверить письма, дать свое одобрение, чтобы она смогла отправить. Заставь дурака демона вызывать!

– Арина, – по-кошачьи мягко обратился Кассий к несносной девице.

Вчера она так весело напевала, и декану стало очень любопытно, как она запоет теперь.

– М-м-м? – Взгляд одухотворенной феечки не от мира сего.

– Вы ничего не хотите нам всем объяснить? Может, расскажете, кто разослал приглашения на некий праздник?

– Я.

Хм… Даже отпираться не стала!

Арина встала. Наверное, чтобы покаяться публично. На мгновение – крошечное такое – Кассию стало жалко ее, но лишь до того, как она раскрыла рот.

– Я считаю, что ваша идея, мессир, была замечательная. Студенты пережили стресс, многие паниковали, и небольшое семейное мероприятие – это меньшее, что мы сейчас можем для них сделать.

Магия сама прилила к рукам, кончики пальцев Кассия закололо от боевой энергии. Организм будто требовал самой жестокой казни для этой юной авантюристки. Да, она не ведьма! Но по полному отсутствию стыда и совести запросто смогла бы посоперничать с туманным и пепельным ковенами вместе взятыми.

– Что ты несешь?! – прошипел Кас, вскипая. – Какое, демон тебя подери, семейное мероприятие?! Маркус, я не имею к этому ни малейшего отношения!

– Не скромничайте! – Арина повернулась к ректору. – Вообще-то мессир уже детально продумал программу праздника. Я преклоняюсь перед его талантом и фантазией! Снежная битва на свежем воздухе, состязания с призами, а вечером – уютный вечер историй в каминном зале. С горячим пряным вином, имбирными пряниками и яблоками в карамели. Он как раз собирался предложить свои идеи сегодня на собрании, но я отправила письма раньше времени. Приношу свои извинения, монны, мессиры. И в качестве главного извинения хочу озвучить наш главный сюрприз… Уже можно?

Этот вопрос был адресован Кассию, который был занят только одним: изо всех сил сдерживался, чтобы не вскочить и не поджарить Арину магией прямо сейчас. Разум затянулся кровавым саваном, ногти впились в ладони, воздух вокруг мессира тихонько потрескивал от искр.

– Хорошо, я скажу, – продолжала Арина, приняв молчание за согласие. – Мы с мессиром готовы взять организацию мероприятия для всех факультетов на себя.

Пуф! – и остатки терпения Каса испарились. Он вскочил, готовый схватить Арину за шкирку, выволочь прочь и показать наглядно, каково это – шутить с инквизиторами. Даже руку уже к ней протянул, но тут сбоку что-то хлопнуло.

Кассий растерянно моргнул, обернулся: Гай Фостус, декан артефакторов, аплодировал. На лоснящемся круглом лице архимага расплылась улыбка, залихватски закрученные усы торчали кверху, будто бы в знак одобрения.

После пары звонких хлопков к мессиру Фостусу присоединились и остальные, лишь Циний Кобальти блаженно таращился в одну точку – целый пузырек эссенции умиротворения дал о себе знать.