Ангел на метле - Дарья Донцова

– Все. Уношусь! Ох уж эти певички! Еще только собирается зажигаться, а уже щеки дует! Ваня! Сегодня, в девять ноль-ноль! Вот тебе визитка!

Сунув мне в руку клочок бумаги, Илья улетел, я в полной растерянности посмотрел на Митяева.

– Сядь, – предложил Сергей. – Скунс полнейший идиот, но мне его идея показалась замечательной. Ты, как вижу, ничего не понял?

– Пока не разобрался!

Митяев побарабанил пальцами по столешнице.

– Попытаюсь растолковать. Илья выводит на рынок новую певицу, ее следует выделить из толпы, необходим скандал. Скунс предлагает фотосессию: ты и Мамзель.

– Я? Почему я? Зачем я?

– Фактура хорошая, – кивнул Митяев, – лицо не затасканное, придумаем тебе легенду, представим… э… богатым мужиком, олигархом, замутим историю, она будет эксклюзивно наша!

– Офигеть! – Я перешел на сленг газетчиков.

– Если честно, меня мало волнуют деньги, которые Скунс обещает «Часу пик», – продолжал Сергей.

– Погоди, – остановил я Митяева. – Он тебе платит? За что?

Митяев встал и начал мерить шагами кабинет.

– Ваня, как ты представляешь себе журналистику? – вдруг спросил он.

– Сбор фактов, интервью, объяснение сложных проблем экономики простым, доступным народу языком, бичевание пороков. – Я попытался перечислить глобальные задачи прессы. – Просветительская миссия вкупе с информационной работой.

– Ваня, знаешь, зачем детям читают сказки? – прищурился Сергей.

– Для общего развития, – удивленно ответил я на странный вопрос.

– Нет! Сказки – это жуткие истории, плавно подготавливающие детсадовцев к просмотру теленовостей и восприятию периодики, – ухмыльнулся Митяев. – Ваня, раскрой глаза, честных журналистов нет, все продаются, просто цена у каждого своя.

Совсем дешевые – им ста баксов и обеда в ресторане хватит – они словно флюгер, им заплатят – они поют. Забашляют другие – на того, о ком вчера пели, горшок с дерьмом выльют. Другие подороже – машин хотят, ювелирку, третьи совсем крутые, «принципиальные», там большая игра, место в политике, звание глашатая свободы. Но, повторюсь, продаются все, вопрос лишь в цене. Впрочем, деятели шоу-биза такие же – совместные акции, скандальные съемки со звездами – вполне рутинный факт.

– Хочешь сказать, что медийные личности сами организовывают шум в прессе?

– Очень многие, – засмеялся Сергей, – правда, есть и такие, кто, наоборот, платит за молчание. Секс, деньги, болезни – вот о чем хотят знать люди. Всем интересно засунуть нос в чужую постель, порыться в кошельке у звезды и прочитать про то, как член правительства триппер подцепил. Тираж скачет вверх от пикантных новостей. И так называемая серьезная пресса на том же стоит – пугает народ кризисами, печатает пафосные глупости и легко меняет мнение в зависимости от приказа хозяина. Если ты читаешь гневные статьи в аналитическом журнале, знай – их кто-то заказал. Очень интересно взять подшивку издания лет этак за пять и спокойно изучить. Смех, да и только! То, что было пару лет назад белым, сегодня они черным называют. С тех пор как умные финикийцы придумали деньги, мир потерял невинность!

Я вспомнил литературного критика Александра Македонского с его статьями про Смолякову и промолчал.

– Так вот, я решил использовать Скунса, – объяснял Сергей.

– Он Сунс, – поправил я.

– Да? По-моему, Скунс ему подходит больше, – заулыбался Митяев, – но суть не в этом! Проведем с тобой фотосессию, а я пущу слух, что лично курирую материал исключительной эксклюзивности. Мегапроект настолько секретный и важный, что никого к нему не подпускаю. Текст и фотки только у меня, вот тут, в компе! Крыса захочет их спереть, дождется, пока народ по домам разбежится, и сюда шнырнет. Тут мы ее и прихватим!

– Как? – задал я резонный вопрос.

– Очень просто, здесь камеры стоят!

– Думаю, о записывающих устройствах известно всем, предатель, вероятно, умеет их отключать!

– Ты стопудово прав, – потер руки Митяев, – но гадина не в курсе, что, кроме общего наблюдения, у меня в комнате дублирующая система смонтирована, ее сегодня ночью подключат. Скунса само провидение мне послало. Тебе, Ваня, за ерунду машина достанется, ну снимешься с Мамзелью! Всех дел на час! И себя распиаришь по полной.

– Сержик, – пропели из-за двери, – а вот и я!

Глава 16

Я с любопытством посмотрел в сторону входа. Интересно, у кого из сотрудников столь теплые отношения с хозяином? Кто позволяет себе фамильярное обращение «Сержик»?

Дверь распахнулась, по кабинету поплыл запах духов, за ним следом появилась Света.

– Котик, – завела было она и взвизгнула: – Вау, тут Ваня! Не верь ему! Он врет насчет аварии! Я никогда не была в Озерках! И про лохмотья он брешет. Придумывает! Приставал ко мне, лапы тянул, за попку хватал, приглашал на «Бентли» покататься, а когда я отказала, решил отомстить!

Я обомлел от негодования, а Митяев схватил трубку ожившего телефона.

– Да, я весь внимание!

Потом прикрыл микрофон ладонью и прошипел:

– Идите отсюда!

Мы со Светиком послушно вышли из кабинета. В маленьком предбаннике девушка нежно просюсюкала:

– Ванечка, не обижайся, я просто пошутила насчет попки. В принципе, я не против! Давай попьем кофейку?

В любой другой ситуации я бы отверг все ее попытки наладить контакт, но сейчас требовалось выжать из наглой девки информацию, поэтому я быстро сказал:

– Да, да, предлагаю прямо сейчас расслабиться.

– И где? – кокетливо взмахнула ресницами Светик.

– Выбирай ресторан, – галантно предложил я, лихорадочно подсчитывая наличность в кошельке.

– Фу, – скривилась девушка, – отстой. Хочу домашней обстановки. Поедем к тебе?

– Ко мне? – удивился я столь стремительному развитию событий.

Обычно дамы любят соблюдать последовательность: букет – ресторан – подарок, а уж потом следующая стадия отношений. Но Светик решила резво выбежать на финишную прямую.

– Испугался? – ухмыльнулась девушка. – Или у тебя в квартире жена и семеро козлят?

– Я пока не нашел второй половины, – вступил в игру я.

– Тогда чего ждем? – перешла в наступление Светик. – Спускайся, заводи мотор, я через пару минут прибегу.

Я пошел на парковку и по дороге позвонил домой.

– Слушаю! – заорала Ленка.

– Возьми в моей спальне из секретера деньги и сходи в кино, – приказал я.

– Чаво? – не поняла домработница.

– У тебя сегодня выходной!

– Чегой-то? Я еще белье не постирала.

– Ступай, посмотри фильм.

– Неохота.

– Тогда сходи в кафе.

– Что я, проститутка, по столовым шляться, – возмутилась Ленка, – лучше телик позырю.

– Нет, мне нужна пустая квартира.

– Без мебели? – задала восхитительно глупый вопрос домработница.

– Без тебя! – уточнил я.

– А-а-а, – протянула Ленка, – так бы сразу и сказали. Ну лады, сгоняю на рынок, куплю к весне плащ за ваш счет.

– Возьми нужную сумму, – щедро предложил я.

– Еще у меня туфель нет, демисезонных.

– Хорошо.

– И сумочки!

– Не слишком ли дорого стоит твой уход из квартиры?

– Могу остаться, тогда тратиться вообще не придется, – обиделась Ленка, – сяду тихонько с сериальчиком, а вы че хотите делайте, мне даже в голову не придет на вашу прости господи смотреть!

Тут я увидел, как из здания редакции выпорхнула Светик, и моментально согласился на все условия Ленки.

– Плащ, туфли, сумка, платье, сапоги… Только немедленно покинь территорию.

– Ох, грехи наши тяжкие, – застонала домработница, – пойду прачку остановлю!

Всю дорогу Светик болтала без умолку, не забывая говорить мне комплименты и как бы невзначай демонстрируя стройные ноги. Когда мы наконец вошли в квартиру, девушка совершенно искренне воскликнула:

– Ваня, за фигом тебе на Серегу в «Часе пик» париться, похоже, ты ни в чем не нуждаешься!

– Квартира мне досталась от родителей, отец был известным советским писателем, – сказал я полуправду.

– А «Бентли»? На улице нашел?

– Нет, в гараже, – улыбнулся я. – Как-то утром спускаюсь вниз, ба! Стоит!

Светик засмеялась:

– Где руки помыть можно?

Я довел ее до ванной, пошел на кухню, включил кофемашину, достал из борсетки губную помаду – диктофон, положил ее на стол и стал поджидать Светика. Девица появилась замотанная в банное полотенце.

– Ванечка, ты мне не продемонстрировал спальню, – без всякого смущения заявила она.

– Может, сначала кофе? – предложил я.

– С коньяком! – подхватила Светик. – Вон там бутылочка! А ну, покажи, что за марка. Вау, ты себе ни в чем не отказываешь! А почему не женишься? На голубого ты не похож!

Я молча наполнил бокалы и поставил рядом с ними чашки, из которых поднимался пар. Конечно, я не умею варить такой замечательный напиток, как Веня, но агрегат, купленный Норой, делает совсем неплохой капуччино.