Венец Бога Справедливости - Елена Шихматова

— Господин, господин, вы ведь не ушиблись?

И все-таки, кто-то ведь спас его? Мелибей огляделся и среди собравшейся толпы увидел девушку, отошедшую было в сторону. Поймав его взгляд, он задержалась.

— Спасибо, доченька. Я, старый дурак, совсем забылся.

— Ничего, только впредь, будьте, пожалуйста, осторожней.

— Так, значит, все в порядке, господин Мелибей? — спрашивал хозяин телеги. Ответ сейчас был крайне важен: к месту уже подоспела городская стража.

— Господин Мелибей, с вами все в порядке? — спросил старший по званию стражник.

— Да, да все хорошо — этот тэниец ни в чем не виноват. Пожалуйста, господин, отпустите его. А если и наказывать, то разве что меня.

— Ну…. если никто ни на кого не держит зла, то, думаю, можно и забыть об инциденте.

— Да, да — засуетился хозяин телеги, — лучше забыть об этом недоразумении! Господин Мелибей!

— Да, конечно.

— Ну, вот и ладненько, — обрадовался городской страж порядка (одним делом меньше), — а вы можете довезти господина Мелибея до того места, куда он шел.

— С удовольствием!

— О! Я все-таки, лучше пройдусь пешком, к тому же дворца идти совсем не долго. Буду осторожен — обещаю!

И тут та девушка неожиданно сказала:

— Я тоже иду во дворец, так что мы могли бы проводить друг друга.

— Я не против!

Никогда еще не испытывал Мелибей такого смущения, как сейчас, рядом своей спутницы. Сомнения мучили его, но заговорить с ней он все-таки не решался. Цин готов был поклясться, что видел эту девушку, но в далекой молодости — возможно ли такое? Наконец, когда оставалось сделать последний поворот, Мелибей спросил:

— Позволь узнать, доченька, как зовут тебя? А то, имя спасительницы своей, так и не узнаю.

— Руфина, — чуть слышно ответила она, и вот тэнийца стали одолевать другие вопросы и подозрения. Он внезапно остановился — девушка тоже.

— Ты… — протянул он и также, едва слышно прошептал — ты дракон?

Девушка удивленно посмотрела на него, молча утвердительно кивнув.

— Ты… ищешь Георга?

Взгляд Руфины резко изменился — теперь в ее глазах читалось не удивление, но испуг. Неужели?..

— Где он?

— Я не знаю, — сдавленно прошептал Мелибей, — и вряд ли кто знает.

— Нет! Нет! — из глаз е закапали голубоватые слезы, сначала тихой струйкой, а потом неудержимым потоком, с тяжкой болью в голосе она воскликнула. — Я опоздала! Опоздала!

Ноги Руфины подкосились, разум отказывался повиноваться. Она опоздала….опоздала!..

— Горе мне! — все с той же непоправимой болью воскликнула драконица, и, возведя руки к небу, она обратилась к тому, кто столько сотен лет держит ее своей пленницей. — Сжалься надо мной, Тасмир! Неужели я не искупила своей вины?! Сжалься, забери мою жизнь!

Тэнийцы, эльфы, люди, гномы — все стали останавливаться, второй раз за утро вокруг Мелибея собралась толпа.

— Не плачь, доченька, не плачь. Я не знаю, где твой Георг, но одно знаю точно: он жив! Встань, доченька, пойдем со мной.

— Откуда вы знаете?

— Если все так, как я вспоминаю, и я, действительно, видел тебя в много лет назад, то странно, что ты сама не поняла этого…

— Не поняла чего? — во взгляде Руфины затеплилась жизнь, подняв голову, она вопросительно посмотрела на Мелибея.

— Пойдем со мной, пожалуйста! Я все расскажу тебе в моем доме. А ночью ты во всем убедишься сама.

***

За несколько минут до начала соревнований на трибуне, в центральной ложе показалась королевская семья, вслед за ними, как и всегда, проследовала свита, в числе которой был, конечно же, Антонио со своей неизменной теперь улыбкой на лице. "Бедняга! — невольно подумал Адельберт, — он, наверняка помешался, а я еще открыл Игры! Боги! Это кощунство! Как же хочется вернуть все, изменить это глупое решение!" Но было уже поздно, и король понимал это: скажи он сейчас о вымышленном письме, то можно представить, какая волна негодования последует за этим!

Меж тем Антонио считал себя самым счастливым существом на свете. Еще бы! С ним говорил сам Тасмир, сам великий Бог добра и милосердия сказал ему не беспокоиться, не волноваться — так мог ли он ослушаться? Занятый своими мыслями, он, однако, только сейчас заметил, кое-что необычное.

— А что, драконы прибыли?

— Как видишь, — несколько отрешенно ответил Адельберт: ему нужно было держать речь, а в голову лезли самые неподходящие мысли, да и слова речи напрочь забылись!

— Зачем? — вновь спросил Антонио.

— Что зачем? — не понял Адельберт, уже позабыв о первом вопросе мага.

— Зачем они прибыли?

— Кто?

— Кто, кто! Драконы!

— Ах, это!.. Ну, как зачем — на Игры!

— На Игры?! Они ж отказались вначале!

— Значит, теперь передумали.

— Прям уж просто так и передумали?!

— Представь себе, бывает и такое! Все, оставь меня: я слова забыл!

Меж тем прозвучали торжественный гимн, извещающий об открытии сегодняшнего дня соревнований — далее должна была следовать речь короля.

— Все! Придется так, по ходу дела сочинять!

Король поднялся с места, и под торжественные возгласы и приветствия вышел на небольшое продолжение верхней ступени трибуны, откуда его было видно со всех сторон, уходя же, он услышал недовольное замечание Антонио.

— Знаем мы, как они на Игры приехали! Небось, узнали о том, где их ненаглядный принц, вот и примчались тут же!

"Да… — не хватало еще международного скандала! Случись, кто услышит!.." Но, к счастью, слова Антонио, уловила только королева Мариса, а она, конечно же, никак на это не отреагировала.

— Дорогие участники соревнований! Уважаемые гости нашей страны! Все те, кто приехал к нам на очередные международные Игры! В силу сложившихся обстоятельств, вы знаете, мы вынуждены были прекратить соревнования, и никто не знает, были бы ли они продолжены, если бы не те радостные известия, что мы получили вчера. Да воздадим мы хвалу Великому Богу Справедливости! Справедливость!.. Во имя этого бесценного дара я хочу вновь открыть международные Игры! Да здравствуют участники сегодняшних соревнований, сегодняшнего дня бегунов, и да победят сильнейшие, как гласит закон соперников!

Король подал знак — вновь зазвучал торжественный гимн, и вскоре на старт вышли первые участники соревнований: представители Риданы, Идэлии, Царства Льва, Каримэны, Королевства Серебряного Дерева, а также других более мелких стран. Здесь не было, правда, гномов, но им, как обычно делались определенные уступки, в частности, в день бегунов для них был отдельный забег.

Прозвучал стартовый свисток — бегуны сорвались с места. Первый круг преодолен — впереди дракон и риданец, но в шестом заметную скорость набрал идэлиец, а на восьмом эльф вырвался вперед, и пересек таки финишную черту. В результате второе место заняла Каримэна, а хозяйка Игр, Ридана, только третье.